СТАТЬЯ, НАПИСАННАЯ ЧИТАТЕЛЕМ. Почему раньше было лучше?

   
   

Последнее время все чаще слышны голоса о том, что-де "раньше жилось лучше", что старая система, "социализм", была, в общем-то, не такая уж плохая, работала все-таки, обеспечивала вроде бы всем необходимым, а вкалывать за это много не приходилось. Всю вину за кризис нашей экономики, достигший апогея к началу 90-х годов, валят на перестройку, реформы и правительство. Это если не откровенная ложь, то жестокое заблуждение.

ОБЪЯСНИТЬ такие оценки можно психологической установкой "раньше всегда лучше". А уж если сейчас жизнь точно не сахар, так прошлое кажется розовым вдвойне. Если кто-то зациклился на уровне эмоций, того не переубедишь. Если же оппоненты готовы выслушать точку зрения других, то давайте порассуждаем и поспорим вместе. Сразу же, чтобы не было недоразумений, скажу, что я от нынешней жизни не в восторге. Я - аспирант, который бедствовал во все времена. Чтобы не было недоразумения, скажу, что редакция никакой статьи мне не заказывала, а пишу я это письмо, чтобы выговориться, ну и, не скрою, с надеждой на публикацию.

ДАВАЙТЕ посмотрим на нашу историю за последние 75 лет. До 1917 г. у нас была нормальная по тем временам экономика, относительно развитый промышленный сектор и сельское хозяйство, кормившее страну. Россия была полноправным участником международных экономических отношений. Несмотря на попытку введения военного коммунизма после октябрьского переворота, от которого большевикам вскоре пришлось отказаться, прежняя экономическая система в определенной мере просуществовала до конца 20-х гг. (под видом нэпа). Можно сказать, таким образом, что к началу 30-х гг. в России еще во многом был сохранен ее гигантский экономический потенциал, созданный до революции.

Следующие 20 лет - время жесточайшей диктатуры и чудовищных социально-экономических экспериментов, унесших миллионы человеческих жизней, - были наглядным воплощением принципов военно-коммунистического хозяйствования. Целям господствующей идеологии оно служило неплохо. Страна в прямом и переносном смысле была превращена в громадный концлагерь. Рабский труд недорого обходился государству, сгонявшему миллионы заключенных на "стройки коммунизма". Остальные же были вынуждены выбиваться из сил для того, чтобы не разделить их участь.

НО ПОСЛЕ смерти Сталина ситуация меняется. Отменяются наиболее кровавые положения о "защите социалистической собственности" и поддержании трудовой дисциплины. Кратковременный энтузиазм, связанный с хрущевскими реформами, сменяется апатией. Новое поколение, воспитанное уже после разгрома нэпа, после индустриализации и коллективизации, не обладает теми трудовыми навыками, которыми обладало поколение довоенное. Этим людям уже с молоком матери вливался яд большевистской ненависти к "хозяйству" в подлинном смысле слова.

Во время брежневской двадцатилетки всеобщее разложение усиливается. Неспособный честным путем заработать себе на нормальную жизнь, народ все больше должен воровать, "брать" и пить. Все острей дефицит товаров и, главное, продовольствия. В начале 70-х крах оттягивается мировым энергетическим кризисом. Резко возросшие цены на нефть - основной продукт, который способна экспортировать страна, - позволяют использовать ресурсы "друзей" из советского блока. Нефть катастрофически дешевеет, а внутри страны подрастает новое поколение - поколение застоя. Исчерпаны последние возможности поддерживать экономику на плаву - и крах наступает.

В этих условиях к власти приходит Горбачев, стремящийся спасти старую систему, социализм, придав ему человеческое лицо. Но это ведет к дальнейшему ее развалу, так как система нереформируемая, тупиковая. Довершают дело всем известные события августа 91-го.

Вот и хочется спросить людей, испытывающих ностальгию по прошлому, - неужели они не способны понять, что страна еще до перестройки зашла в тупик, из которого старыми методами было уже не выбраться, что не перестройка привела к краху, а крах привел к перестройке? А раз так, то может ли существовать другой путь, чем тот, по которому наконец-то начинает идти весь мир и по которому пошли мы, заплатив за понимание нашей ошибки такую колоссальную цену?

М. СМЫСЛОВ, аспирант, Москва

Смотрите также: