Одесса - мама. Они могли погибнуть, не дожив до 8, 10, 15 лет... Но этого не случилось

   
   

"МАМА - это когда воняет кошками, в доме живут разного цвета дети, а женщина рядом с ними откликается на это слово", - размазывая по лицу сопли, назло всему свету нацарапал бывший беспризорник Богдан, когда попал в дом к маме Гале.

А ЧЕРЕЗ полгода, когда это слово совсем уже обжилось на его языке, он старательно вывел: "Мама - это когда тебе больно, а ей ещё больней".

В ЕЁ семье 25 детей... улиц одного приморского города.

Ошпаренные кипятком, запуганные детдомовскими нянечками, едва не проданные родными бабушками на панель, израненные тлеющей сигаретой. Рыночные попрошайки, карманники и любители клея, голодные и злые.

Одесса-мама была их семьёй, пока они не попали в дом к маме Гале. Которая не обивает пороги ведомств, чтобы выпросить себе на усыновление ребёночка получше, - она просто идёт в магазин за хлебом, натыкается на ничейное дитя и вместе с хлебом тащит его к себе в дом, так же, как тащит котят. "О, новенький прибыл", - оборачивается на дверь сразу несколько пар хитро блестящих глаз.

Смертельный номер. Как войти в клетку с израненным тигром. И втащить за руку ещё одного тигрёнка.

У неё они начинают читать сказки, целовать в щёки, ходить в школу и бросают пить. Их и на вид уже не отличишь - обычные домашние дети. Как в сказке.

И за это незаконное милосердие - "где документы? по какому праву? чей ребёнок? положьте на место!" - Галю Мартынову преследует участковый. Как когда-то преследовали и её деда Мартина, национального героя Болгарии, устроившего на Кубани детдом и принимавшего туда детей кулаков, а не только сознательных советских граждан. Преследовали и расстреляли.

Поэма без героя

НА НОЧНОМ столике у мамы Гали - томик Макаренко, примерно в те же времена создавшего свою знаменитую колонию из "секции дефективных" молодой страны.

- Да что вы всё удивляетесь? Это у меня работа такая. Кто-то же должен это делать! - говорит она, даже не оборачиваясь: малыши, кошки и свежеиспечённые школьники разных классов с домашними заданиями заслоняют её от меня, отвлекают от важного разговора - глупого донельзя с её точки зрения. Почему да почему? "Да потому, что добро всё равно побеждает зло, даже в наши злые времена!" - отвечает она то ли на мой вопрос, то ли на детский: в школе на дом задали - найти в сказках мораль...

По логике вещей, я ехала в Одессу, чтобы сделать из Гали Мартыновой героиню, - хотя участковый и не грозит ей расстрелом. Но она не дала. Отрубила, выдохнула вместе с усталостью всего своего родительского дня: "Вы думаете, мне вот это всё надо? Да если бы не эта дурацкая демократия, я бы жила в своё удовольствие, рассказы писала. Должно же после человека что-то остаться. Но раз жизнь такая настала, значит, после меня останутся вот они".

Молдаване, цыгане, нигерийцы, грузины, эритрейцы, арапчата... Вся карта полушария - с одесского Привоза. "До демократии я ходила за детьми в детский дом. А после дети начали уже валяться на улице".

Серёжу семь лет назад она нашла в парке. Он стоял под каштаном и плакал. Его ели вши, и всю свою сознательную жизнь он ходил с шапкой, растягивая лицо в жалостливую улыбочку: "Дядя, дайте копеечку". Все деньги забирала себе мама-наркоманка. И вот у него был маленький перерыв в его серьёзной взрослой работе - и он стоял под каштаном и плакал, как и положено в 8 лет, когда горе подступает к горлу.

Трёх негритят - Лаки, Эмили и Эрика - привела мама-путана.

От мамы-пьяницы Гале досталась Настя, у которой в 14 лет не было даже метрики - неучтённый ребёнок. "Сейчас бы она была уже мясом: иcкалечили, изранили, излапали бы мужики". И Оля, которая добывала себе еду сама, как зверёныш лазая по селу, и не могла пойти в школу, потому что родители пропили последнюю гривну.

От мамы-зверя - Вероника, которую родительница заперла в шкафу и ушла, а соседи услышали детский вой только на шестой день.

Крылья ангела

ТЕПЕРЬ у всех них мама-библиотекарь. Мама, которая вот уже 20 лет тащит в дом ничейных детей, которые там, на улице, меньше всего похожи на цветы жизни в розовых и голубых конвертиках.

Но, если смыть с них уличную пыль, надраить до блеска, вдруг сквозь муть их изгвазданного прошлого, которое должно было строгим курсом перейти в такое же будущее, проступит человечек, угадается когда-то ангельский рисунок крыльев за плечами, изодранных потом в пух и прах на городских помойках или просто оставленных однажды на вешалке среди платьев в шкафу, где тебя заперла на 6 суток родная мать.

И раз у меня не получилось сделать героиней Галю, то пусть героями по праву станут её дети, малолетние выпивохи и воришки, будто сошедшие со страниц макаренковской книжки, для которых мама Галя делает главное - видит в них человеков. И их самих заставляет увидеть.

...Я всё никак не могла уловить мораль этой "сказки", пока не добрела от Мартыновых до пляжа "Аркадия", где в разряженной вечерней толпе под платанами от кучки оборвышей в темноте отделился один и под шум прибоя завёл свою шарманку:

- Тётенька, дай две копе-е-ечки, пожалста!

А когда я не дала, он, сверкнув дыркой на попе, презрительно сплюнул сквозь зубы и заюлил прочь.

И я подумала, что никто ведь не знает, что по ночам снится этому оторве и где болит его душа...

И мораль, оказывается, в том, что не две копеечки тут помогут. Тут поможет Галя Мартынова.

Работа у неё такая.

Раз больше некому.


Маме Гале хватает души для её удивительной семьи. Не хватает лишь средств... Счёт Мартыновых:

БИК 328209;
КПП 26506895;
р/с для евро 26002311063403;
р/с для долларов 26003311063402;
АБ "ПIВДЕННИЙ".

Смотрите также: