Баба Вера и в 88 лет спортсменка, комсомолка, красавица

   
   

Не часто встретишь человека, который почти в 90 лет сохранил бы неиссякаемую бодрость духа и жажду жизни. На любительском фото годичной давности, которому многочисленные внуки и правнуки дали название "Супербабушка", Вера Антоновна ХУДЯКОВА запечатлена в момент, когда ей наконец-то удался удар "сухой лист". Немаловажная деталь: она сделала это, сидя в инвалидном кресле.

Они были созданы друг для друга

В СВОИ 19 лет Вера была девушкой видной: "спортсменка, комсомолка, наконец, просто красавица". И при этом была воспитана в предельно строгих нравах. Именно поэтому "ненавидела летчиков". Когда те приезжали на отдых в санаторий Белорусского военного округа, в курортной Ялте начиналось такое... И надо же было такому случиться, чтобы судьба свела ее именно с летчиком, да не с простым, а с заводилой и озорником, на которого девчонки буквально вешались.

Впервые заглянув в его большущие зеленые глаза, она буквально утонула в них. Поэтому, когда он перед самым концом отпуска подошел к ней и вдруг ни с того ни с сего спросил: "Поедете со мной в белорусские леса?" - выпалила, не задумываясь ни секунды: "Поеду!"

- 6 лет уже прошло, как нет со мной моего Коли. Мы были созданы друг для друга. Представьте себе, после родов первого мальчика я в буквальном смысле слова умирала: меня уже перевели в специальную палату для умирающих. И вот как-то ночью лежу с открытыми глазами, смотрю в черное окно и изо всех сил стараюсь не потерять сознания, потому что понимаю: если провалюсь в беспамятство, очнуться уже не смогу. И вдруг вижу за окном его лицо - огромные зеленые глаза и слезы, текущие по щекам...

До сих пор уверена: если бы не его ночной приход - он потом рассказывал, что его какая-то сила вытолкнула из постели, - меня бы на свете давным-давно не было.

А в 1946 г. при испытаниях новой машины Коля потерял в воздухе сознание. Самолет камнем пошел вниз. Лишь много лет спустя он признался, что в самый последний момент, когда до земли оставались считаные метры, отчетливо услышал мой крик и успел рвануть штурвал на себя.

Конечно, мы с ним ссорились. Да и как можно было не ссориться с таким человеком, которого даже друзья называли неуправляемым реактивным истребителем.

Однажды я собралась по путевке в санаторий, и до того он меня довел перед отъездом, что я сказала себе: черт возьми, изменять не буду, но хоть погуляю. Но у меня ничего не вышло. Мне было противно, когда кто-то из мужчин просто дотрагивался до руки, чего уж говорить о чем-то большем. И всю жизнь было так.

Познакомилась с Лемешевым бесплатно

А БЫЛ случай, когда на курорт уехал Николай Васильевич. Вера осталась в Москве и как-то раз отправилась за выкройкой к сестре. Сестра жила в элитном доме на улице Горького, на 6-м этаже в подъезде, где этажом ниже жил Лемешев. И так получилось, что Вера столкнулась с прославленным певцом нос к носу в лифте. От растерянности девушка пролепетала: "Всю жизнь мечтала, Сергей Яковлевич, с вами познакомиться". - "Ну вот, - говорит он. - Не было бы счастья, да несчастье помогло". - "Ага. Да еще и бесплатно!" Когда она рассказала об этом сестре, та только и вымолвила: "Как же ты могла так фамильярничать с Лемешевым?!"

Через несколько дней позвонил с курорта Николай и спрашивает: "Где Вера?" А племянник ему возьми да и скажи: "Она тут с Лемешевым познакомилась, сейчас отправилась к нему на свидание". - И Герой Советского Союза Худяков ближайшим поездом рванул в Москву. Еле-еле его успокоили... Потом как-то раз, когда они вместе были у сестры в гостях, мужчины вышли на балкон покурить. Вдруг Николай как закричит: "Иди смотри, вон твой рыжий стоит". Вера выглянула - на балконе 5-го этажа стоял Лемешев. Поздороваться она не решилась...

Пролетарский интернационализм

- ВСЕ это брехня, что Героям Советского Союза после войны бесплатно выделили квартиры, машины, дачи... В Москве был Дом Героев, но там почему-то жили одни артисты и семья покойного Чкалова. Шесть лет мы жили в коммуналке с фанерными стенами. А когда наконец выделили трехкомнатную квартиру, Николай Васильевич, несмотря на то что у нас было уже двое детей, от нее отказался.

- Люди еще в подвалах живут, - заявил он, - а я буду в хоромах жировать? Какой я после этого коммунист?

Знаете, в чем несчастье нашего поколения? Мы всему верили. На протяжении многих лет каждый день мы просыпались с мыслью: кто сегодня окажется врагом? И верили, идиоты, что у нас в стране так много врагов. Мы так свято верили в Сталина, в идеи коммунизма, в светлое будущее, в пролетарский интернационализм! Я вам сейчас расскажу об интернационализме. Накануне начала войны мужа перевели в Комарно под Львовом. 22 июня 1941 года нас разбудил дикий рев самолетов, выскочили на балкон: много-много самолетов с красными звездами, но мы таких не видели никогда, муж говорит, наверное, какая-то новая техника. Тут звонок в дверь, посыльный: "Товарищ командир, боевая тревога..." Таким в моей памяти осталось утро, когда началась война, утро выходного дня, в который мы всей семьей собирались пойти сфотографироваться...

Поляки к нам, русским, относились нейтрально, украинцы нас ненавидели, а помогали евреи. Именно они спасли меня от лютой смерти, от немецкого плена.

В 4 утра прибежала соседка: немцы в Хлопах! А Хлопы - это деревня в километре от нас. Что делать? Подхватываю детей - и на перекресток. Идут наши машины, одна, вторая, третья, все переполнены, никто нас не берет. Тогда хозяин дома, в котором мы жили, еврей, у которого наша советская власть отобрала все: магазин, имущество, дом, побежал в часть, где служил муж, разыскал кого-то из командиров, объяснил, что на перекрестке стоит жена летчика с детьми... И за мной прислали машину. Она была тоже переполнена, но все-таки меня взяли. И вот мы едем, а вдоль дороги стоят евреи в пейсах, черных шляпах, лапсердаках - показывают, в какую сторону ехать, и предупреждают: из колодцев воду не пейте. Кто-то уже успел отравить все колодцы. Наконец добрались до границы своей родной Восточной Украины. Никаких укреплений, лишь деревянная вышка, на которой стоит солдатик с винтовкой. И вдруг из-за горки вылетает большой черный самолет. Летит так низко, что мы видим улыбающееся лицо летчика, который пикирует прямо на нас, а часовой с вышки стреляет в него из винтовки. До сих пор мне по ночам снится это улыбающееся страшное лицо.

Путину я верю

УЖЕ в зрелые годы Вера Антоновна научилась вязать, закончила курсы кройки и шитья, занималась вышивкой - и долгие годы сама себе мастерила одежду. Ей это доставляло огромное удовольствие. Особенно приятно было, когда где-нибудь на курорте к ней подходили московские модницы и спрашивали, в каком ателье она шьет наряды.

Еще одно увлечение Веры Антоновны - мягкая игрушка. Сначала она мастерила игрушки для своих правнуков (их у нее уже восемь), а потом ее уговорили вести кружок для детей. Именно "кружковцы" организовали персональную выставку бабушки Веры, которая откроется нынешней осенью в одном из московских домов творчества.

- Видите, рядом с портретом мужа у меня стоит портрет Путина. Когда знакомые спрашивают, откуда он у меня, я говорю, что написала ему письмо и он прислал свою фотографию. Но, конечно же, это шутка - из газеты вырезала. Я ему верю. Слушая его новогоднее выступление, когда он сказал: помните о тех, кто не может встретить Новый год как хочет, - я плакала. А когда по поводу гимна шум подняли, он сказал: мы ведь должны и чувства старшего поколения уважать. Кто о нас, стариках, кроме него, когда-нибудь вспомнил? Вот почему я вырезала его фото, и оно стоит рядом с портретом мужа.

Смотрите также: