Сколько живут вещи?

   
   

Пролог. Кино не для всех.

ПРЕДСТАВЬТЕ себе большую, что называется, жилую комнату. Давайте установим в ней видеокамеру с панорамным объективом и будем снимать сто лет по одной секунде в день. Получится небезынтересный, хотя и "на любителя", примерно десятичасовой фильм. Как поведут себя в нем вещи? О, по-разному.

Замелькают мелкие предметы на полу, на столах и подоконниках: тарелки, танки, авторучки, коробочки, флакончики, бумажки (газеты, салфетки и проч.). Калейдоскопом замельтешит большая часть одежды в шкафу.

Несколько спокойнее поведут себя книги на полках, обои на стенах, дорогие аудио- и видеоаппараты. Малоподвижными могут оказаться люстра, письменный стол, напольные часы в углу.

И непоколебимо будет висеть на стене картина маслом по холсту, изображающая недорезанный в семнадцатом веке лимон.

У каждой вещи свой срок и свой ритм активности. Спичка в руке живет двенадцать секунд. А в коробке может запросто дождаться, долежать до следующей войны.

"Как же распорядиться всем этим?" - могут мимолетно задуматься люди, тоже, кстати, в основном "мелькающие" в нашем вечном документальном сериале.

Хау-ноу. Берите в руки карандаш.

У ВАС есть список вещей, которые нужно купить в этом месяце? В этом году? Можете для смеха (все равно не сбудется, то есть сбудется, но не так, как вы напишете) прибавить к этому списку то, что нужно бы купить в течение жизни, и то, что нужно купить (а, черт, совсем забыл!) немедленно, отложив чтение газеты.

А есть у вас список вещей, которые нужно выбросить? Или, скажем, избавиться от них, заменить. То есть вещей, имеющихся у вас, но которыми вы не пользуетесь или недовольны тем, как они служат. Не поленитесь, составьте и такой список. Теперь сопоставьте два списка. Кое-что должно проясниться.

Некоторые вещи живут долго, десятилетиями. Некоторые коротко - считанные секунды. А некоторые, подобно некоторым людям, занимая место в вашем жизненном пространстве, и сами не живут, и другим не дают. Им надо помогать найти новое место.

Например, ваша стиральная машина. Она еще работает. Но во время стирки над ней надо стоять, не забывать поворачивать ручки и, сливая воду, поддерживать плохенький, с признаками патологических старческих изменений шланг. Вы привыкли и как-то не думаете, что будь у вас новая, вы могли бы во время стирки вообще уходить из дома, беспечно (в смысле стирки) предаваясь занятиям не менее увлекательным. А старую можно сослать на дачу, пусть поживет на старости лет на свежем воздухе. Она, машина-то, еще крепкая. Но можно и выбросить. Во всяком случае, пора принимать решение.

Или пружинный матрас вашей кровати. Вы привыкли, что на нем неудобно, притерпелись к пружинным грыжам и пролежням. Даже не осознаете, что ваш позвоночник по восемь часов в сутки оказывается в состоянии опасного стресса. Когда боль матраса передастся вашей спине, на лечение придется потратить больше денег, чем на новую кровать. Так что подкорректируйте первый список. А заодно и второй.

Между скопидомством и расточительностью есть загадочная психологическая местность, изобилующая красивыми решениями в отношении приобретения новых вещей и определения дальнейшей судьбы старых.

Философское отступление.

ГЕРОИНЯ американского фильма "Мужчины предпочитают блондинок" говорит:

- Любовь хорошая вещь. Но золотой браслет остается навсегда.

А я че-то сомневаюсь, что он остается. - Внучка продаст немодный браслет, когда ей понадобится новый автомобиль. А потом браслет поучаствует в отливке стандартного золотого кирпича для банка, а потом превратится в электроды компьютера. А потом... В общем, через каких-нибудь триста лет его будет не узнать.

Есть вещи, которые живут долго. Но вечных вещей нет. Да они и не нужны.

Блондинки до сумасшествия любят слово "навсегда". А сами раз в месяц красятся таблетками, всей жизни у которых на полчаса после растворения в воде. А сами покупают новые часики, хотя старые могли бы исправно тикать как минимум до скончания века.

Золотистые философии на тему любви к вечности на поверку-то оказываются лишь зигзагами кокетливой болтовни, светского трепа, участники которого на самом деле мечтают о возможности переодеваться три раза в день и по возможности почаще "менять имидж". Философствуя о светлых идеалах, они реально действуют "по-черному" в отношении большинства вещей, включая свой собственный организм. И поэтому до вечности, как правило, не доживают.

Выходит, что главная тема - не вечность, а вещность. Всего одна буква разницы. И это навсегда.

Это какой бой.

ВОЛНУЮЩАЯСЯ Анка спрашивает старого пулеметчика:

- А патронов нам хватит?

- Это какой бой, а то и на полчаса не хватит... - отвечает серьезный положительный дядя, зорко вглядываясь в цепи приближающегося противника.

Речь, как можно заметить, идет об оптимальном количестве запасов тех или иных в принципе нужных вещей. Волшебство жизни, ее метаморфозы могут выстроить современную дискуссию на эту вечную тему, ну, например, так:

- А кроссовок нам хватит?

- Это какой кросс, да сколько будет туристских походов, дачных пикников и прогулок по улицам и паркам. А то и ненадеванные останутся.

Если у нынешней Анки уже есть, допустим, четыре пары, то можно заметить, что одна из них что-то залеживается. А обувь без употребления портится быстрее, чем жемчуг без носки. Скучает, сохнет.

Года через два несчастные кроссовки тихо умрут в коробке (и нитки уже не те, и кожа от неподвижного лежания приобрела незаметные в покое, но зловещие изъяны, и из моды вышли, не сделав ни шагу). Тогда их только в музей революции.

"Машина любит нагрузку", - говорят механики. Корабль на якоре, автомобиль в гараже, человек в пансионате живут меньше и хуже, чем в море, в дороге, в работе. Это надо учесть.

Жизнь вечная

ЛЕЖАЛЫЕ вещи, если спохватиться вовремя, можно реанимировать или дать им другую, иногда неожиданную роль - новую жизнь.

Добротная вещь, например купленная на Птичьем рынке тельняшка военного моряка с черно-белыми полосками, будет несколько лет служить вам верой и правдой в качестве теплой нижней рубашки или ночной пижамы, потом еще столько же в качестве элемента карнавальных костюмов на школьных и дачных праздниках, потом не меньше года в качестве идеальной половой тряпки, а потом пойдет в лоскуты для протирки боков автомобиля и других молодых вещей. Красиво умирает тельняшка. Собственно, трупа и не остается.

А если нет трупа, нет похорон, то есть ли смерть? Есть череда бесконечных и радостных превращений.

И так может быть с каждым: предметом, вещью, человеком. Найдите красивое решение. Дайте жить своим творческим способностям, они любят нагрузку. И войдите вместе с окружающими вас счастливыми вещами из вещности в вечность. Из череды дурацких похорон в череду новых рождений.

You are welcome.

Смотрите также: