Сколько денег нужно для счастья (30.11.1999)

   
   

Александр ПОЧИНОК, министр России по налогам и сборам, отвечает на вопросы "АиФ"

- Александр Петрович, оставим пока в стороне цифры, проценты сборов. Скажите, как вы спите?

- Спокойно. Почти без сновидений. Отключаюсь, и до утра...

- Это выглядит странно. Потому что вы сейчас для многих людей страшнее, чем милиция, ФСБ. Вы олицетворяете силу, которая отнимает у людей деньги. Не ощущаете на себе концентрации негативных эмоций?

- Нет. Я очень смеялся над шаржем, в котором "АиФ" изобразил меня Фредди Крюгером. Считаю, что нужно действовать по закону - и будет все в порядке. Конечно, обидно, когда попадают в тяжелую налоговую ситуацию хорошие люди. Потому что мы вынуждены брать налог, даже когда чувствуется, что по справедливости не надо было бы. Но закон есть закон. Это - первое. Второе - мы сейчас очень следим за тем, чтобы у наших сотрудников были чистые руки. Нам должны верить. Я также за то, чтобы были своеобразные налоговые адвокаты, отстаивающие интересы налогоплательщиков.

- Но чтобы остались налоговики с чистыми руками, нужно выгнать тех, кто их испачкал взятками...

- Безусловно. У нас есть своя служба внутренней безопасности. И мы действительно отсеиваем довольно много людей. У нас были десятки случаев, когда криминальные структуры хотели устроить к нам на работу сотрудников. Плюс огромный аппарат налоговой полиции, дружественного нам органа, который досконально нас проверяет...

- Все равно бывают случаи, когда и вас, и налоговую полицию используют в своих целях какие-то структуры. Они "стучат": пишут, звонят, навлекая проверки на своих конкурентов. Вы реагируете на такие звонки?

- Позвонить можно... Мы сейчас, кстати, оборудуем систему тотальной записи телефонных звонков. Спокойнее будет и нам самим. Мы будем знать также, о чем наши сотрудники говорят.

- Очереди и толкучка в ваших офисах не способствуют четкой и честной работе...

- Здесь другой вопрос. Поэтому-то и нужны налоговые представители и возможность заполнения декларации дома, в спокойной обстановке. Это сразу сбросит очереди. Плюс налоговые консультанты. Плюс обучение с детства налоговой грамотности.

Монеты - источник знания

- Александр Петрович, вся ваша работа связана с деньгами. А вы лично деньги любите?

- Я хорошо отношусь к ним. Но не как к фетишу, потому что деньги как средство накопления меня не очень интересуют. Меня волнует монета как таковая: она очень красивая! Россия умеет печатать деньги. Посмотрите, наши золотые монеты продаются дороже, чем, скажем, канадские, китайские, корейские. В России традиционно хорошо делали деньги. Все наши памятные монеты дают массу информации, приобщают к российской истории.

- Но сейчас граждане России вынуждены хранить деньги в наличных долларах.

- Да, при этом все понимают, что они кредитуют США. А ведь было время, когда в русских рублях хранили деньги с удовольствием. Более того, мой дед вспоминал, что был период, когда предлагали выбор: ассигнациями платить или золотыми монетами. Золотые монеты карманы оттягивали. Ассигнации брали охотно.

- Людям-то важно не качество денег, а их количество. Как вы считаете, сколько человеку надо денег для счастья?

- Я считаю, что счастье за деньги не купить! А дальше все зависит от потребностей. Мировой опыт показал, что, когда люди начинают зарабатывать выше 2000 долларов в месяц, в стране уже появляется мощный средний класс, наступает политическое спокойствие. Ведь глупо быть, например, богатым в бедной стране. Более того - это страшно. Ну построите вы себе особняк где-то за городом и обнаружите - нет дорог, нет школы, нет того, нет другого, и рядом ходят бедные, голодные, злобные люди... Сейчас у нас, к сожалению, рабочий получает до 100 долларов в месяц. Значит, надо увеличить реальные доходы почти в 20 раз! Это - десятки лет.

Так что этот век мы потеряли...

- Имеете в виду строительство социализма?

- Я имею в виду все, что было начиная с революции 1905 года. Самый главный критерий - это не выплавка стали, а доходы населения. Они должны расти. А так мы уже к Индии приблизились.

- Вы-то сами, в силу вашей должности, относитесь к людям достаточно обеспеченным. Вам хватает на жизнь?

- Мне хватает.

- А на увлечения?

- Да. Я коллекционирую современные монеты.

- Александр Петрович, сбор налогов - это борьба: кто кого? И поскольку каждый думает, как бы меньше заплатить, нет ли у вас в связи с этим какой-то подозрительности, ненависти к людям?

- Если в каждом видеть преступника, толка от этого не будет. Если по-честному, то есть некоторый спортивный интерес. Понятно, что они ищут способы укрыться, а мы - как их найти.

- Вы давали данные о кандидатах в депутаты. Не было для вас неожиданностей: ах, я думал, у "Иванова" много чего есть, а у него ни дачи, ни машины, ни квартиры...

- Я ничему не удивляюсь. У нас традиционно неприлично быть богатым. Потому-то кандидат в депутаты ритуально танцует и кричит: мы бедные, бедные... Бедный, к сожалению, не будет защищать интересы государства. Весь опыт показывает, что, если действительно бедный человек прорывается во власть, первое, что он начинает делать, - исправлять эту несправедливость. Я не призываю выбирать только богатых, голосовать надо за тех, кто честно декларирует свои доходы, какие бы они у них ни были. Кстати, я даже немножко обиделся на "АиФ", который написал, что Починок не приватизировал квартиру потому, что какой-то налог готовится. Во-первых, наоборот - лучше приватизировать квартиру. Во-вторых, я это сделал. В-третьих, это было в декларации, которая должна быть в редакции. Кстати, у меня и дача купленная. Я все расходы на ее содержание плачу.

- Возможно, ваша декларация не попала к автору того материала. Прошу нас извинить.

- Принимаю.

- Есть богатые люди, которые хотят заплатить налог как бы по закону, но очень мало. Не выходят на вас с этим?

- Ходят такие люди. Надо, чтобы их меньше пускали в министерство.

- Они же вас могут и в бане поймать, и в театре...

- В бане не поймают - это точно. Я уже и не помню, когда в бане был. (Смеется.) В театр хочется, но как-то не получается в последнее время.

Человек-компьютер

- Александр Петрович, извините, но вы похожи на человека-компьютер. Нет ли какой-то зацикленности на цифрах, процентах?

- Есть, к сожалению. Автоматически я все просчитываю. Человек должен отключаться и отдыхать. Но жизнь не позволяет мне это делать.

- По должности вашей, наверное, нельзя иметь друзей?

- Друзья должны быть. Причем у меня они разные - и бедные, и богатые. Меня два раза фактически снимали. И тогда сразу обнаружилось, кто с тобой дружил по должности, а кто - по-настоящему.

- Вы были другом Чубайса. И вдруг пошли слухи, что вы - человек Березовского...

- Я никогда не зачислял себя ни в чьи "человеки". Уж точно человеком Бориса Абрамовича я не являюсь. К Чубайсу всегда относился очень хорошо и продолжаю ему симпатизировать. Но симпатии симпатиями, а для меня первично - получить налоги с РАО ЕЭС.

- Амбиции у вас есть? Не хотели бы стать премьером?

- Я хочу довести свое дело до конца. Чтобы оно работало. Как в Швеции. Есть Солнце, есть Луна, есть налоговая шведская система, которая обязательно работает. Когда у нас она будет такой же естественной, тогда можно будет идти дальше. Я излишней скромностью никогда не страдал.

- Отчего возникает синдром власти? Один человек сказал нам, что у людей высокого уровня "крыша" едет: у них машина комфортабельная, охрана, дача, квартира...

- Гайдар в свое время придумал очень хорошее определение - "синдром лифта". У члена Политбюро всегда был человек, который нажимал на кнопку лифта в здании на Старой площади. Члена сняли с работы. Он приехал вещи забирать, вошел в лифт, а лифт стоит, потому что некому кнопку нажать.

Власть - это все наносное. Надо с иронией к этому относиться, понимая, что огромное количество фимиама относится к должности, а не к человеку. А должность - это преходяще. Тем более у нас в России.

Я считаю, что быть хорошим бизнесменом - не хуже, чем министром. А быть хорошим художником, наверное, даже намного лучше. И хотя у меня звездочек на погонах много и они очень большие, это вовсе ничего не значит. Да, они есть. Это этап карьеры.

Смотрите также: