Что у богини между лопаток

   
   

ОДНАЖДЫ я оказался на Поклонной горе у самого подножия стелы за спиной у всадника Георгия. И вдруг увидел две совершенно прозаические двери. Значит, в памятник в буквальном смысле этого слова можно войти и кто-то эту процедуру совершает ежедневно? Так журналистское любопытство довело меня до внутренностей богини Ники.

Центр управления

А ЗА ДВЕРЬЮ располагался настоящий бункер, именуемый в документах Центром управления памятником. Зачем управлять монументом?

- Стела - не самая устойчивая конструкция, - рассказывает Александр Патрикеев, руководитель группы по эксплуатации. - Тоненькая былиночка, которая качается на ветру со скоростью 5-6 метров в секунду. Поэтому нам приходится следить за колебаниями и гасить их. Зураб Церетели, конечно, об этом не задумывался. Единственное, что он изменил в процессе работы, - убрал крылья Ники назад (по проекту они были расставлены в стороны). Если бы он этого не сделал, памятник бы просто сдуло.

Напомню: высота "былиночки" - 141,8 метра, а вес - около 1 тыс. тонн. Что же будет, если она рухнет?

- Упасть стела не может. Даже когда была буря и скорость ветра достигала 45 метров в секунду, верхушка отклонялась сантиметров на 90, не больше, - утверждает дежурный инженер Юрий Усок.

Наверх!

БЕЗОПАСНОСТЬ прежде всего! Поэтому обещание хорошо себя вести приходится подтвердить подписью в журнале. Я натягиваю на себя спецовку, пластмассовый шлем и варежки. Каска пригодилась сразу (без нее набил бы громадную шишку): почти успешно минуя два низких прохода, оказываюсь в том месте, где штык крепится к дулу. Передо мной двухэтажный лифт. Сверху мы размещаем фотографа, снизу - я и наш сопровождающий Юрий Усок. Впереди долгих 10 минут езды до отметки 80 метров.

С каждым метром внутреннее пространство все сужается. Так недолго и клаустрофобию заработать. Иногда мимо меня "проезжают" толстенькие металлические тросики. Они помогают проводить профилактические работы. Прицепил страховку к тросу и повис этак в 70 метрах от земли.

Лифт встал, приехали. Дальше надо карабкаться по перекладинам: три пролета по 12 метров. Тут-то и пригодились варежки: на улице сыро и грязно, часть влаги проникает внутрь конструкции. Цепляться за такие "ступеньки" противно и неудобно: варежки становятся мокрыми, прилипают к перекладинам.

Вот первое окошко. Но из него видна "только улица немножко". Вид загораживает гаситель колебаний (бочонок весом в 10 тонн), созданный для Ники. И еще мальчики-амуры по бокам светят трубами (между прочим, золотыми) и задами. Поддавшись уговорам Юрия ("Из Ники вид лучше!"), лезу выше.

Наконец-то мы у богини в спине. Если очень хочется измазаться в пыли и ржавчине, можно спуститься и до большого пальца левой ноги. И вдруг - свет... Оказывается, Юрий открыл люк, расположенный между божественных лопаток. С бешеным сердцебиением высовываюсь наружу. Стою по пояс в Нике и глазею на столицу. Да и сама Ника с этой точки выглядит довольно внушительно. Я подсчитал: меня влезет в нее во всю длину аж шесть раз. Разглядываю гладкую поверхность тела. Ни одной белой кучки - следа посещения голубей. Этим ведь страдают все столичные памятники. Как объясняет Юра, голуби сюда не долетают, высоко, а вот хищники с Воробьевых гор добираются: орлы и соколы. Они рассаживаются на антенны датчиков и высматривают добычу. С такой высоты! Кстати, не нужно зимой чистить спину богини от снега, ветром его сдувает. А появляющуюся грязь смывают швабрами, высунувшись из люка.

...Уже спускаясь с памятника, я вспомнил, что оставил варежки наверху: снял, чтобы дотронуться до Ники. Ну да ничего, думаю, Юрий после нашего ухода вновь поднимется и заберет их. Ведь это для меня неизгладимое впечатление, а для него - будни.

Смотрите также: