Примерное время чтения: 9 минут
460

Как физик Алферов стал лириком...

ТОЛЬКО мы приготовились обидеться на Нобелевский комитет - как всегда, они обошли Россию вниманием, как наш пыл остудили. После 22-летнего перерыва - последним лауреатом в области физики был Петр Капица в 1978 году - российский ученый Жорес АЛФЕРОВ получает звание лауреата Нобелевской премии.

ЗА ПОСЛЕДНИЕ несколько дней в прессе и по ТВ прошло столько серьезных, перенасыщенных техническими терминами интервью с Алферовым, что мы решили показать академика не только как ученого, но и как обыкновенного человека, с его чувствами, переживаниями...

- Человеческое интервью хотите? Давайте тогда и поговорим не на бегу. Приезжайте в Питер, в институт.

Буду рычать

АЛФЕРОВ долго показывал вице-премьеру правительства Илье Клебанову школу при Физтехе. В конце концов Клебанов не выдержал: "Слушай, а ты сюда только питерских детей берешь? А то у меня пацан..."

- Скоро ребята (мы берем в нашу школу с 8-го класса) новый спектакль выпускают. Я там тоже буду задействован. Буду рычать пару раз.

- Это ваш дебют в театре?

- Ну как дебют? Я был в кружке детской самодеятельности. Во Дворце культуры комбината вешали объявление: "При участии Жореса Алферова". И аншлаг был обеспечен. Читал я Зощенко и Маяковского.

- Чем же вы публику брали?

- А, наверное, нравилось им - выходил пацан десяти лет и говорил: "Я, братцы мои, не люблю баб, которые в шляпках. Ежели баба в шляпке, ежели чулочки на ней фильдеперсовые, то такая баба для меня - тьфу! - гладкое место".

- Родители вас с братом так необычно назвали - Жорес, Маркс...

- Время было такое, вот нам и дал папа, старый большевик, эти имена. Меня назвали в честь Жана Жореса, основателя Французской социалистической партии. В 1964-м я приехал в первый раз во Францию, на конференцию по полупроводникам. Французы решили, что Алферов - это имя, а Жорес, конечно же, фамилия. И мне дали нагрудный значок с надписью "А. Жорес". Я из буквы "А" сделал эмблему полупроводникового диода. И приписал после Жореса: "Алферов". Американцы устроили скандал: "А почему советскому физику дали фирменный значок, а нам - нет?"

За что именно получил Нобелевскую премию Жорес Алферов? Как мне объяснили коллеги академика, достижения ученого - "исследование полупроводниковых гетероструктур, лазерные диоды и сверхбыстрые транзисторы". Если говорить "по-русски", то мы слушаем компакт-диски исключительно благодаря Алферову - иголкой, которая списывает информацию с CD, является полупроводниковый лазер. И новыми моделями сверхбыстрых компьютеров, и сотовыми телефонами мы тоже обязаны Жоресу Ивановичу.

- Вы весь день в науке?

- Как я могу весь день быть в науке? Нужно быть то в Думе, то на заседании. А эти несколько дней я общался со СМИ. Так устал...

- Неужели ни капли радости не было из-за того, что персона Алферова привлекла внимание всего мира?

- У нас и наука, и страна в очень тяжелом положении, поэтому присуждение мне Нобелевской премии вызвало у россиян большой энтузиазм. Мой коллега Юра Яковлев сказал: "Нас затоптали, во всем мире Россию воспринимают как черт знает какую страну, и тут - такая радость народу". Мол, есть порох в пороховницах! Думаю, я был бы очень рад, если б вместо меня премию получил другой российский ученый. Ну а в данном случае оснований, конечно, для радости больше. Во-первых, я, во-вторых, из Физтеха, в-третьих, из Питера.

- Скоро объявят нобелевского лауреата столетия. Волнуетесь?

- А что мне волноваться? Хоть ученый, хоть просто человек столетия - Альберт Эйнштейн.

- На базе ваших исследований ваш ученик Николай Леденцов сделал "искусственный атом", благодаря которому можно будет сделать лазер величиной с маковое зернышко.

- Грубо говоря, таким лазером вы будете прорезать толстую стену. Вы можете одновременно запустить несколько программ в компьютере, включить в Интернете кино, дать команду, чтобы оно записалось... И все это - за доли секунды. Вместо одного лазера на матрице будут сотни лазеров, это позволит считать информацию с дисков-"многотомников" буквально в один миг.

Политика - это плешь

- Когда что-то удавалось, вы могли сказать: "Ай да Алферов, ай да сукин сын!"

- Радости в науке очень много. Были годы, когда я жил в институте. Я пришел к своему заведующему лабораторией: "Можно я буду спать у вас в кабинете?" - "Пожалуйста". И я принес раскладушку, перину. Это было так великолепно! Народ разойдется, а я часов до трех ночи работаю...

- Вы уже не боитесь разочаровать мировую физическую элиту? Вдруг выдвинете такое предположение, что коллеги скажут: "Совсем сошел с ума".

- Я ничего гениального и не достиг! А мои коллеги в мире меня хорошо знают. Поэтому я и не боюсь ничего. Алферову их уже не очаровать, ни разочаровать.

- Я изучила вашу политическую карьеру...

- А у меня никакой политической карьеры не было и нет! Это я прошу оговорить сразу.

- А депутатство в НДР? А в Компартии?

- Это все плешь, выдумки. Наше общество крайне политизированно. Газеты подчеркивают: "Коммунист получил Нобелевскую премию". Почему вы были в "Нашем доме - Россия", почему то, почему се. Да я не хотел идти ни в НДР, ни в Думу. Но меня коллеги в Академии наук просили не отказываться от депутатства - Черномырдин помогал нашей академии. С самого начала и до сих пор я говорю: "Я работаю в Комитете по науке и образованию и пытаюсь помочь именно науке и образованию. А участвовать в ваших совершенно пустых политических дискуссиях я не хочу".

- Ваша зарплата в советские времена была 105 рублей...

- У нас сейчас расписывают жизнь совершенно не так, какой она была в те славные советские времена. Я заканчивал работу в час ночи. Дежурные гастрономы работали только до двенадцати. Я шел в ресторан "Москва" на углу Невского и Владимирского проспектов и брал салат "оливье", ромштекс или антрекот, "Боржоми", чашечку кофе. Платил за это 10 рублей. Когда я влюбился в свою будущую жену Тамару Георгиевну (она жила в Москве), я работал старшим научным сотрудником. Моя зарплата была 300 рублей. Билет до Москвы стоил 11 рублей. Так что я мог каждую неделю в столицу летать. Что я и делал.

- Платон разделил людей на сребролюбцев, честолюбцев и философов. Вы к кому бы себя отнесли?

- Я точно не сребролюбец. Честолюбец? Честолюбие у меня было всегда большое. Я еще школьником писал сочинение на тему "Если быть, то быть первым". Стремление быть в том, что ты делаешь, лидером, первым, - это прекрасно. Философ... К старости, может, и становишься немножко философом... Или вообще еще хуже - лириком.

- Когда вас хотел поздравить с премией Путин, он был очень удивлен, что у нобелевского лауреата нет сотового телефона.

- А мне только что моя лаборатория преподнесла его - за счет денег, которые мы получаем по грантам. Так что у меня теперь есть трубка.

Я натирался дустом

- Как вы оцениваете способности ваших детей?

- У меня детей трое. Сын Ваня - самый молодой, ему 28 лет, инженер, работал в Институте прикладной астрономии. Но сейчас занимается бизнесом - ремонтом старых кранов для лесной промышленности. Ирина, дочь моей жены от ее первого брака, - биолог. Сейчас живет в США. Недавно снова вышла замуж. Я через неделю поеду получать еще одну премию, которую мне присудило Американское оптическое общество, заеду познакомиться с новым зятем. И еще у меня дочь от моего первого брака. С которой я, в общем, в своей жизни очень мало встречался... Но я ей стараюсь помогать. Она была очень горда и рада моей Нобелевской премии, поздравила меня.

- Развод, дележ имущества... Это не выбивало вас из научной колеи?

- Господи, конечно, выбивало. В первый раз я женился очень быстро. И почти сразу понял: совершил огромную ошибку. Разводился очень долго - полтора года. Я оставил свою комнату бывшей жене.

- И дочке, соответственно?

- Дочка родилась несколько позже, в процессе развода. В то время с жильем было плохо, и мне директор института дал комнату в дворницкой. Но... Там было несметное количество клопов. Чего я только не делал, чтобы от них избавиться! И диван поставил в центре комнаты, и дустом его обсыпал вокруг. Но клопы пикировали с потолка. Потом я нашел способ, он прекрасно работал. Я дустом натирался сам. Но я не сразу засыпал - с интересом смотрел, как они по простыне движутся ко мне, остается пару сантиметров... А они - р-раз, и разворачиваются! (Смеется.)

- Дома вы легкий человек?

- Кто его знает... Надо жену спросить. Но то, что я человек нетерпеливый и эмоциональный, - это точно.

- С Тамарой Георгиевной вы, наверное, на научном симпозиуме познакомились?

- На пляже в Сочи. Мы с другом поехали на майские праздники на море. Я простудился сразу же и залег с ангиной. А мой друг познакомился с девушкой и стал мне петь, какая она очаровательная. Потом я выздоровел, и он меня с ней познакомил. Друга вызвало начальство - он работал в НИИ в Москве, а я остался... А дальше, как говорится, события развивались в ином плане. Потом Тамара Георгиевна вернулась в Химки, она работала на космическом предприятии у академика Глушко. И я стал летать каждую субботу-воскресенье в Москву. А потом нам это все надоело, и мы поженились. И Тамара Георгиевна переехала в Ленинград.

- Все-таки вы ее к себе перетащили!

- А разве были другие варианты? Совершенно ведь ясно, что никуда из Физтеха я уйти не могу.

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно