Примерное время чтения: 6 минут
385

Париж: мода 2000 года

Каждый сезон появляются платья, которым еще труднее найти хозяев из-за своей бесценности, в прямом и в переносном смысле.

У ВЕЛИКОСВЕТСКИХ львиц и модниц Парижа в конце января всегда настают тяжелые деньки. Для нас с вами, ясное дело, это еще разгар зимы, а они уже дышат весной и летом.

НАЧАЛО июля и конец января - время показа коллекций "от кутюр" самых знаменитых домов моды. Если для нас показ "высокой моды" - это прежде всего шоу, пунктиром намечающее линии предстоящего сезона, то для модниц - бесконечная череда нарядов для пополнения их домашних коллекций. И как существуют "пожирательницы бриллиантов", женщины высшего света, ни дня не способные прожить без новых украшений, так же существуют и "пожирательницы" коллекций "от кутюр", такие, например, как Муна аль-Файед, бывшая жена арабского миллиардера. В наследство от несложившегося брака ей достались не только миллионы ежемесячного пансиона, но и гардероб из платьев "от кутюр", насчитывающий более тысячи (!) экземпляров от самых знаменитых кутюрье за последние 20 лет.

Муна аль-Файед, сожалея о былых временах, ныне может себе позволить лишь четыре-шесть платьев "от кутюр" в год. Сожалеют о былых временах и сами дома высокой моды. Дело в том, что со скоростью сжимающейся шагреневой кожи исчезает клиентура домов высокой моды - тех, кто может себе позволить купить платье "от кутюр" от Кристиана Лакруа или Эмануэля Унгаро за 200 тысяч долларов, от двух тысяч постоянных клиенток в 50-х годах до двухсот в наши дни. И каждый сезон появляются платья, которым еще труднее найти хозяев из-за своей бесценности, в прямом и переносном смысле.

На нынешних показах выделялись два творения. Одно - рук Жан-Поля Готье, который элегантностью и утонченностью своих работ начинает затмевать себя прежнего, мастера эпатажа и подрывателя устоев. Одна из чернооких красавиц от Готье представила на суд избранных незабываемое платье из розового атласа, обшитого раскрытыми веерами. Вышивка ажурной вязью, покрывшая веера и само платье, потребовала 2000 часов работы (около 50 недель) и подняла планку цены на недосягаемую высоту - 1 миллион современных франков (около 180 тыс. долларов).

ГАЛЛИАНО, вдохновленный в наступающем сезоне идеями сюрреалистов Дали и Кокто, завершил свою коллекцию для Диора другим свадебным платьем из белого тюля и целлофана, превращенными мастерским раскроем в пачку из тысячи (!) тончайших лепестков. 2600 метров материала и 100 часов работы двадцати работниц ателье Диора. И финальный вес незабываемого наряда Венеры от Диора, окутанной тончайшими белыми волнами, ни много ни мало - 30 килограммов. Невесту при выходе к публике сопровождало 6 мужчин в черном, буквально переносивших эту белоснежную пену с места на место.

Тридцать килограммов - и ни грамма вышивки. Ибо другой тенденцией наступающего сезона станет уменьшение ее значения. Отрадно, что Валентин Юдашкин, единственный русский представитель в парижском синдикате "от кутюр", представлявший в Карусель дю Лувр свою очередную коллекцию "Конец века", к веяниям с вершин мировой моды не остался равнодушен.

Ограничив себя в вышивке и в цветовой гамме, Валентин Юдашкин все модели решил в четырех цветах - белом, черном, серебряно-стальном и золотом. Кажется, что он вступил в бой с собственной тенью. Поединок интересный, и победы нового Юдашкина убедительны именно в моделях более лаконичных, лишенных излишеств и украшательств, милых сердцу Юдашкина вчерашнего. Поэтому платья и костюмы в металлизованных, серебряных тонах кажутся гораздо более интересными, чем те, что решены в золоте, цвет которого, по словам художника, символизирует "надежду на будущее, на "золотой век".

Другая тенденция, пролившая бальзам на сердце в дни Недели высокой моды в Париже, - реальная "носибельность", если так можно выразиться, моделей. Даже наш Юдашкин начинает создавать костюмы и платья "от кутюр", которые прекрасно смотрятся не только на подиуме, но и в жизни.

Есть, конечно, "избалованные" кутюрье, такие, как Александр Маккуин, продолжающий своими спектаклями, наполненными скорее театральными костюмами, чем реальными нарядами, ковать марку "Живанши". Однако безумства "от кутюр" Галлиано для "Кристиан Диор" и Маккуина для "Живанши" - это промоушн системы товаров, производимых под этими марками: парфюмерии, кожгалантереи, рубашек и т. д. и т. п. Ничто не в силах остановить Арно, который по-своему готовится встретить 2000 год. Прикупив в конце прошлого года акции "Гуччи" и доведя их число до 26,7% от общего капитала (то есть став первым акционером группы), он приготовился покорять империю моды "Ив Сен-Лоран". Переговоры уже были на мази, и мелькала цифра 5 миллиардов франков, но все действия были внезапно в начале этого года приостановлены. Специалисты говорят о позиционной войне, чтобы сбить первоначальную цену.

НО ЧТО бы ни происходило вокруг дома "Ив Сен-Лоран", сам кутюрье, несмотря на годы и недомогания, продолжает творить "высокую моду". Вечная Женственность и Элегантность порхала на подиуме отеля "Интер-Континенталь" под неусыпным и бдительным оком вечной музы кутюрье несравненной Катрин Денев. Одной из главных тем последней коллекции мэтра стали женские блузки из летучих невесомых тканей. После белокрылой Венеры сюрреалистов у "Диора" Ив Сен-Лоран явил изумленным гостям и журналистам Венеру а-ля Боттичелли, Лаэтисию Каста в венчике из роз.

Другой звездой показа Ива Сен-Лорана была Наоми Кэмпбелл. Отсутствие скандалов, приветливость породили немало разговоров о ее каком-то новом суперудачном романе. Наоми даже не отказалась безвозмездно выступить в показе многообещающего и талантливого голландского кутюрье Тимистера. Всеобщий интерес вызвали его прозрачное платье, отделанное прозрачными же чешуйками (еще одна Венера!), и другое вечернее платье, оригинальность которому придала обработка ткани воском горящих свечей малахитового цвета. Тимистер, споря с приверженцем металла и новейших материалов Пако Рабанном, доказывает возможность открытий там, где, казалось, все уже прошли и нет ничего нового. Такое платье требует двух дней работы и стоит от 5 до 20 тысяч долларов.

Ожидание двухтысячного года пронизывало практически все коллекции надвигающегося

летнего сезона. У "Шанель" модели извлекались из сундуков Коко - в них посредством новых колористических решений, легких пастельных тонов вносилось дыхание нашего времени. Лапидус искал новые цвета, цвета будущего - с помощью компьютера. Специальная программа расшифровывала ноты музыкальных отрывков, а специальный принтер выводил получившиеся узоры на ткань. Мюглер встречал 2000 год очередными находками в покрое и в линиях. Художники уже встретили новый век. Будем готовиться и мы. О показах мужской моды читайте в ближайших номерах "АиФ".

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно