Примерное время чтения: 9 минут
142

Сергей Ковалев: "Народ часто и трагически ошибается..."

НЕДАВНО Сергею КОВАЛЕВУ стукнуло 70. Но даже в этом возрасте у него нет примирения с властью, какая бы она ни была. Всегда у него своя железная логика, своя непоколебимая позиция. Неподкупен. И поэтому он - как белый ворон.

За активную правозащитную деятельность был наказан 10 годами заключения и ссылки. Возрождал Хельсинкскую группу, был уполномоченным по правам человека, даже выдвигался на соискание Нобелевской премии мира. По политическим мотивам добровольно вышел из ельцинского Президентского совета. Сейчас Сергей Ковалев - депутат Госдумы, наш собеседник.

- Сергей Адамович, вы защищаете права тех людей в Чечне, которые сами преступили закон. Почему же не тех, кто стал их жертвой?

- Защищать надо всегда того, кому грозит наибольшая опасность.

Причин, по которым Чечня вызывает наибольшую мою озабоченность, сейчас две. Первая - не существует военного специалиста, не знающего, что будет с населенным пунктом, по которому нанесен удар оружием, специально сконструированным для поражения больших площадей. Каждый лейтенант точно знает, чьи трупы лежат под развалинами домов, когда они обстреливали поселки и города вакуумными бомбами, или "Градом", "Ураганом", или огнеметами "Тос-1", "Буратино", или ракетами с кассетными боеголовками... Одним залпом они поражают от 7 до 30 гектаров территории. Под развалинами лежат трупы мирных жителей. Значит, это сознательные действия.

Это и есть самое ужасное нарушение прав человека, которое только может быть, со стороны государственной власти и военного командования. И направленное не адресно, а против кого угодно. Кто есть на этой площади, тот и жертва. Вот методы, прямо запрещенные нормативными актами, которые Россия добровольно подписала!

Вторая причина. Чеченская война - это событие, которое отражается на всей нашей внутренней политике. Мы видим сейчас, как наша новая власть начинает энергично "закручивать гайки": история с Бабицким, с "Медиа-Мостом". Ведь это все легко и возможно на фоне чеченской войны.

Мини-Афган

- Да, и война, и заложники, и спецназ в масках - это пришло в наш дом. Становится страшно за будущее.

- Россия влезает в чудовищный тупик. Мы организуем в Чечне внутренний мини-Афганистан. Там давно уже идет партизанская война. Есть только один способ ее выиграть - выжженная земля, стрельба по всему, что движется. Как немцы воевали с партизанами? За одного убитого солдата сжигали целые деревни. Это и есть эффективный способ борьбы с партизанами. А партизанская война - на годы.

- Знаете, я думаю, что надо менять власть на воюющих территориях до тех пор, пока они не сумеют договориться о решении конфликта без войн, смертей, крови...

- Давно надо было (но до сих пор еще это возможно) вступать в переговоры - прозрачные и честные. С равными партнерами. Теперь о Масхадове. Он хотел построить в Чечне светское правовое государство, а там учредилось шариатское правление. Ошибка его состоит в том, что он отдал все, ни с чем не считаясь, ради сверхзадачи - избежать гражданской войны в Чечне. Он расплатился потерей власти, репутации и цивилизованного правопорядка. Но, к сожалению, мы (и Запад тоже) способствовали этому. Никто Масхадова никогда не рассматривал как настоящего полноценного партнера. Москва хотела подчинить его. А Запад боялся Москвы и поэтому тоже не относился к Масхадову как к партнеру. Но здесь есть вина и чеченцев. Они всюду кричали одно и то же: признайте нас субъектом международного права. Но ни у кого не хватило ума провести переговоры о статусе Чечни, выдвигая перед ней жесткие, но выполнимые требования. Такие: нельзя признать членом международного сообщества территорию, власти которой не в состоянии пресечь торговлю людьми. Нельзя признать правосубъектность территории, где показывают своему будущему - детям! - как чеченские власти убивают людей на центральной площади столицы.

- Чего ж держаться за президентскую власть, если ты не тянешь на нее?

- Но были еще и внешние причины, в том числе кремлевские сценаристы, например. Борис Березовский за большие деньги выкупал заложников, сам не скрывал, что "имеет отношение к освобождению целого ряда заложников". Он не говорил только, что платил за них деньги. Я-то знаю, да можете спросить и у майора Измайлова, как освобождаются заложники. Ни один из них не был освобожден бесплатно. Имелись посредники, через которых проводился выкуп заложников. Они, конечно, известны и властям. Ведь это же ниточка для того, чтобы отыскать бандитов! К примеру, некто Салаудиен Абдурзаков. Человек крайне богатый, имевший десятки вооруженных охранников, арендовавший самолеты. Сейчас он сидит в тюрьме. Его выманили уже во время войны и арестовали. Дорого бы я дал, чтобы узнать, что он рассказывает и о ком. Он имел хорошие комиссионные. Через него выкупались итальянские журналисты. Этот человек пользовался спутниковым каналом связи. Чьим бы вы думали? Утверждают, что это канал ФАПСИ. Вот предмет для независимого журналистского расследования.

Кто продал шайтану душу

- Что федералы в отношении Чечни делают правильно, а что неправильно?

- Я не знаю ни одного правильного шага в отношении Чечни. Не утверждаю, что сейчас нужно немедленно вывести войска, но надо остановить военные действия. Надо учредить (как это было в первую войну) совместный контроль за условиями перемирия. Пусть статус Чечни будет одним из последних, но главным предметом этих переговоров.

- Как вы считаете, добьются они независимости?

- Боюсь, что дело зашло так далеко, что другого пути не будет. Но с ужасом думаю о том, что будет происходить в независимой Чечне. Чеченский ислам был очень терпимый, сдержанный. Но благодаря первой войне мы сами насадили там зерна фундаментализма, торговлю заложниками, все шариатские шуры.

- Естественно, война поднимает все дурное. А чтобы "сплотить народ", сгодятся все вековые традиции.

- Народные обычаи северокавказских горцев далеки от святости. И не надо думать, что народ всегда прав. Он тоже достаточно часто трагически ошибается. Уж мы-то, русские, или немцы, например, должны хорошо помнить, куда ведут подчас народная воля и народный энтузиазм. Чеченцы - это воины от Бога. Там культ мужской военной доблести. Там воспитанное презрение к боли и смерти. Я не видел ни одного чеченца, будь он даже изорван в клочья, который бы застонал. Пока он в сознании, он скалит зубы. Но этот народ не родил пока ни одного человека, наделенного хоть каплей гражданского мужества.

Чеченцы панически боялись друг друга. Боялись прослыть плохими мусульманами, скверными патриотами, сторонниками России. Или, не дай Бог, Запада, Америки. Это было равносильно тому, что он шайтану душу продал. Вот снарядов они не боятся. На танки лезут, как кошки.

- Сейчас население убеждено, что Путин выполняет волю народа: "покончить" с Чечней! Что ему еще остается делать?!

- Дело настоящего крупного политика - вовсе не в том, чтобы выполнять волю народа. Я всегда своим избирателям говорю: никаких наказов мне давать не надо. Если вы мне доверяете, я буду защищать ваши интересы так, как надо с моей точки зрения. А если не доверяете, не выбирайте меня.

А то ведь как получается? Сначала происходит манипуляция общественным мнением, которому эту волю навязывают, а потом ее выполняют.

- Согласна, что миссия крупного политика в том и заключается, чтобы не сиюминутно "потрафить" обществу, а видеть, чем все это закончится в перспективе. И главное - сказать об этом людям. Кстати, чем завершится борьба наций за самоопределение?

- Я вовсе не сторонник этого права. Как только создается новое моноэтническое государство, так немедленно в нем возникают граждане первого и второго сорта. Граждане первого сорта - это лица так называемой титульной национальности. А все остальные - второго сорта. А это самое грубое массовое нарушение, отклонение от концепции прав человека. На примере практически всех возникших в последнее время моноэтнических государств мы видим, что немедленно начинается дискриминация других народов. Пример - Прибалтика. А что, в Израиле разве нет элементов дискриминации?

Соскучились по сильной руке

- Кто в нашей стране для вас, так сказать, в авторитете? Кто для вас интересен? К чьему мнению

вы прислушиваетесь?

- Таких людей много. Но одно дело - сохранение независимости и своего лица, другое дело - точная и верная позиция. Я безгранично уважаю Александра Исаевича Солженицына, но я с ним почти ни в чем не согласен. Самым лучшим политическим обозревателем считаю Виктора Шендеровича. Он умеет быстро и глубоко схватывать суть проблемы. Мне симпатичны Юшенков, Похмелкин, Гайдар, с которыми мы не всегда и не во всем согласны.

- Какие у вас надежды на Путина?

- Путин - это и олицетворение, и порождение системы. Системы фаворитизма. Такая фигура, как показывает история, может разделаться со своими сценаристами-родителями. Вспомните Наполеона и Сталина. Похоже, что общество соскучилось, взыскует твердой руки, жесткого порядка, русского Пиночета. Но такая фигура не может воевать с самой системой, которая ее породила. И Путин будет эту систему развивать.

- Я заметила одну особенность: люди хотят, чтобы власть их... пугала! Неужели надеются, что этот страх родит порядок?

- Все мы понимаем, что живем далеко не в безопасных условиях. И хотели бы, чтобы нас кто-то защищал. Ищем сильного, надеемся на него. Плюс рабская психология, унаследованная нами от предков, когда вся надежда не на себя, а на Хозяина. Отсюда - большая любовь (или нелюбовь) к Сталину, Андропову, теперь вот к Путину. Вот букет, с которым мы входим в новое тысячелетие. Чем он запахнет - скоро узнаем.

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно