46

НАШЕ ИНТЕРВЬЮ. Закон и информация

О проблемах, которые будут затронуты в подготавливаемом Законе о печати и информации, корреспондент "АиФ" беседует с доктором юридических наук, заслуженным юристом РСФСР, заместителем директора Всесоюзного научно-исследовательского института советского законодательства И. Н. КУЗНЕЦОВЫМ.

КОРР. Игорь Николаевич! Последнее время дает нам немало примеров того, насколько велика роль средств массовой информации в процессах, происходящих в нашей стране. Это, вероятно, является причиной того, что выработка закона, регулирующего их взаимодействие с другими государственными институтами, была внесена в план разработки новых законодательных актов.

Как до сих пор регламентируются отношения между прессой и источниками информации?

И. К. До последнего времени в нашем законодательстве регулировались, да и то не в полной мере, лишь отдельные стороны деятельности средств массовой информации. Здесь в первую очередь надо отметить Указ Президиума Верховного Совета СССР от 12 апреля 1968 г. "О порядке рассмотрения предложений, заявлений и жалоб граждан", статью 7 Основ гражданского законодательства о защите чести и достоинства граждан и организаций, а также установление уголовной ответственности за клевету.

Однако все эти акты имеют в виду не только печать, а более широкий круг адресатов и потому оставляют открытыми многие вопросы, касающиеся средств массовой информации.

Подготовляемый в настоящее время проект Закона о печати и информации должен восполнить существующие в нашем праве пробелы: четко и ясно определить основные задачи органов печати и других средств массовой информации; порядок образования органов печати, радиовещания, телевидения и т. п.; порядок издания печатной продукции в стране; взаимоотношения прессы, радио и телевидения с гражданами и организациями; права и обязанности журналистов.

КОРР. Расширится ли творческая самостоятельность журналиста?

И. К. Безусловно. Закон должен предусмотреть целую систему мер, направленных на то, чтобы обеспечить наилучшие условия для творческой самостоятельности журналиста. Было бы целесообразно, в частности, возложить на государственные и общественные организации, их должностных лиц обязанность оказывать всяческое содействие законной деятельности журналиста, в том числе закрепить законодательно правило о том, что никто не должен препятствовать законной деятельности журналиста, преследовать его или оказывать на него давление в целях искажения информации.

КОРР. Будет ли отражено в законе право журналиста на доступ к информации?

И. К. Справедливый вопрос. Действительно, сейчас журналист зависит во многом от "милости" должностных лиц при сборе интересующей его информации. Нередко ведомства, исходя из своих узкоэгоистических интересов, порой и под надуманными предлогами, вообще отказывают представителю прессы в информации.

Вопрос о праве журналиста на получение необходимой ему информации от государственных и общественных организаций (за исключением, естественно, сведений, составляющих государственную, военную или служебную тайну) представляет одну из ключевых тем закона, и нет оснований сомневаться в том, что он получит в нем свое самое широкое и полное выражение.

КОРР. До недавнего времени такие темы, как "проституция", "наркомания" и другие, находились за "семью печатями". Но сегодня читатели газет, телезрители и радиослушатели имеют представление о реальном положении дел в стране. Однако какие-то ограничения останутся?

И. К. Одна из главных задач органов печати - обеспечение оперативной публикации всесторонней, глубокой по содержанию и достоверной информации о жизни и событиях в СССР и за рубежом. Для этого, разумеется, нет и не может быть "запретных" тем или зон, свободных от критики. Не должно допускаться лишь злоупотребление свободой слова, а именно - использование печати для распространения ложных, дезинформирующих читателей, порочащих честь и достоинство граждан и организаций сведений.

Недопустима и публикация материалов, несовместимых с требованиями общественной нравственности и охраны здоровья населения. В СССР законом запрещена пропаганда войны, расовой или национальной исключительности, вражды и пренебрежения.

КОРР. Какую ответственность должны нести лица, скрывающие или вводящие в заблуждение предоставленной информацией?

И. К. Окончательный ответ на этот вопрос даст законодатель, когда будет принят закон. Однако некоторые общие соображения, выражающие мое личное мнение, можно высказать и сейчас.

Совершенно очевидно, что условия ответственности в данной ситуации, прежде всего, зависят от того, кем именно дается такого рода информация. Например, гражданин, выступающий лично от своего имени, не должен нести ответственности за предоставление просто недостоверных сведений, без дальнейших квалифицирующих обстоятельств, ибо на него не может быть возложена обязанность проверки предоставляемых им сведений. Но он должен нести ответственность за заведомо ложную информацию, т. е. такие сведения, о которых ему было заведомо известно, что они не соответствуют действительности.

КОРР. А что касается должностного лица?

И. К. К определению их ответственности требуется иной подход. Поскольку эти лица выступают в качестве официальных представителей соответствующих государственных или общественных организаций, они должны отвечать за предоставление недостоверной информации в любом случае, даже по небрежности, ибо на них лежит обязанность проверки ее правильности. А за заведомо ложную информацию мера ответственности должна быть еще более строгой.

КОРР. Но кроме людей, предоставляющих информацию, есть те, которые ее публикуют.

И. К. Бесспорно, что за сообщение в печати недостоверных сведений должен отвечать и журналист, причем, как и в случае с должностным лицом, независимо от характера его вины (т. е. небрежности или умысла). Ведь проверка информации составляет профессиональный долг журналиста.

Несомненна ответственность и самого органа массовой информации за публикацию вводящих в заблуждение сведений.

КОРР. Во многих странах практикуется денежное возмещение за моральный ущерб от недостоверных публикаций. Может ли это быть применено у нас?

И. К. По этому поводу высказываются разные, в том числе диаметрально противоположные точки зрения. Традиционной является позиция, в соответствии с которой возмещение моральных страданий денежной суммой не соответствует духу нашего общества. Во всяком случае, до сих пор не найдены объективные критерии для определения суммы возмещения, соответствующей тем или иным ложным сообщениям.

Беседу вел А. УГЛАНОВ.

Смотрите также:

Также вам может быть интересно