Примерное время чтения: 11 минут
744

ВСПОМИНАЕТ ОЧЕВИДЕЦ. Шофер и его "хозяин"

О Василии Сталине и его окружении неоднократно публиковались воспоминания людей, знавших сына "вождя" по совместной работе или в те годы, когда уже попал в немилость.

Но около него всегда находились такие, которых ни он, ни его биографы не замечали. Это - прислуга. Эти "немые" свидетели, которые в конце концов заговорили...

Предлагаем вниманию читателя беседу нашего корреспондента А. БИНЕВА с личным шофером Василия Сталина - А. БРОТОМ

- В армии говорят: "ближе к кухне - дальше от начальства". У вас и "кухня" и начальство были рядом...

- До 1944 г. я был водителем у командующего бронетанковыми войсками П. Рыбалко, а после ранения возил замнаркома заготовок. В 1947 г. я познакомился со знаменитым футболистом Всеволодом Бобровым и стал возить армейскую футбольную команду. Мне было тогда около 30 лет, носил звание старшины.

Однажды во время тренировок на загородном стадионе Бобров показал мне на трибуну, где сидела группа генералов. Самого молодого из них он назвал "хозяин" команды и объяснил, что это командующий ВВС Московского военного округа генерал-майор Василий Иосифович Сталин. Одно только упоминание имени Сталина вызывало тогда бурю чувств и эмоций...

Бобров сказал мне: "Будь попроще. Ему нужен шофер из армейских". Он объяснил это тем, что "бериевская команда" со своими водителями не давала житья. Его, мол, слишком пристально охраняли.

В один из ближайших дней Бобров отвез меня в штаб на ул. Осипенко. Меня принял Василий Сталин. Он поинтересовался, знаю ли я "иностранные" машины. Я ответил, что некоторые знаю. Тогда он вызвал своего адъютанта Виктора Полянского и приказал оформить меня шофером, но поставить на довольствие штурмана в особом отдельном авиационном полку.

- Мы еще вернемся к тому, как вы впервые сели за одну из самых главных "баранок" страны. Но давайте закончим с "футбольной" темой.

- Василий, я буду его так называть для простоты, курировал армейский футбол. Чего только не случалось! Помню, как из тюрьмы "вытаскивали" футболистов. Жили они на Хорошевском шоссе в коттеджах, построенных специально по указанию нашего хозяина. Оттуда они уезжали на игры и тренировки и иной раз - в лагеря.

Был такой Федоров или Федотов - не запомнил его фамилии. Говорят, он был замечательный футболист. Но что-то там натворил и получил три года. Отсидел он тогда всего месяца четыре. Вызывает меня Василий и говорит: "Сейчас поедешь на одну операцию: заберешь человека и привезешь его прямо сюда, на Гоголевский бульвар". То есть в особняк, где жил Сталин-младший. Оказывается, ехать надо было в Таганскую тюрьму. Полянский дал мне солдат (при оружии), и мы забрали этого футболиста. Солдаты были нужны, чтобы его не отбили бериевские охранники. Дело в том, что Берия курировал "Динамо" и у них с Василием был извечный спор за лучших футболистов. Берия их сажал, а Василий выкрадывал.

А однажды в особняке на Гоголевском бульваре поселился какой-то человек. От Льва Шейнина, известного сыщика, я случайно узнал, что это - Старостин, знаменитый футболист. Он сидел за что-то, и Берия распорядился не прописывать его в Москве, так как он якобы отказался играть за "Динамо". Тогда же я заметил, что за воротами особняка все время "торчали" двое штатских. Им как-то удалось выкрасть этого футболиста и выслать его под Орел. Василий послал туда меня, машину с солдатами (на случай нападения "бериевцев") и спортивный самолет. Старостин опять появился у нас.

- Как видно, вы выполняли довольно "рисковые" задания. А возили ли вы самого Василия Сталина? Числились-то за ним.

В штабе МВО был свой большой гараж. Механик В. Кухонный, отвечавший за машины Василия, показал мне чекистский "паккард" и "мои" машины - "мерседес", "хорьх" и "додж-три четверти" (так называли этот полугрузовичок водители). Вскоре после оформления на работу спецводитель с "паккарда" посадил меня за руль одной из "моих" машин и стал показывать "трассу" Василия Сталина. Я ехал осторожно, соблюдая все правила движения. Но эмгэбэшник сказал, что "у них так не ездят". Я понял, что для них дорожных правил не существует. А хозяин, якобы, такую езду не любил.

С ним, кстати, я ездил редко. Когда он был выпивший (а таким он бывал часто), он, сидя рядом, нажимал ногой на педаль газа. Требовал, чтобы машина выезжала на тротуар, на встречную полосу. Наконец, он понял, что я не для него. Но водитель все же нужен был дома и на даче. Поэтому меня не уволили.

- Где жил Сталин-младший?

- Сначала в Доме правительства ("сером") на берегу Москвы-реки, а потом переехал на Гоголевский бульвар, в дом 7. До него там жил генерал Власик, начальник личной охраны Сталина. Он, вроде бы, проштрафился, и его из этого особняка выселили. Туда и вселился Василий. Там были шоферская, адъютантские, приемные залы, кабинет, бильярдная, она же кинозал, гаражи, спальни, столовые, кухня. Жизнь у них там, наверху, была особенная. Там - совершенно другой мир, другая обстановка. До того, как я узнал этих людей поближе, имя "Сталин" было свято для меня. Когда я окунулся в этот мир, то понял: мы для них букашки, мы - ничто. Нас можно посадить, убрать со своей дороги.

Однажды был такой случай. В особняке на Гоголевском бульваре у Василия был повар. Но, когда к нему приезжали гости, он заказывал шашлыки "по- карски" в ресторане "Арагви". Их готовили для него в особом маринаде, на специальных углях два грузина, одного из которых звали Гиви. Как-то собрались гости, и меня отправили за шашлыками. Я привез их и сел в шоферской. Дожидался, когда надо будет развозить по домам гостей. Вдруг слышу, заходит дежурный адъютант и зовет к хозяину. Разгневался, мол. Василий затащил меня к себе в кабинет. Он был пьяный, сквернословил, бегал по комнате, упрекая меня в том, что его гости, старые академики и профессора, не могут разжевать мясо... Вдруг схватил со стола одну из частей тяжелого металлического чернильного прибора и запустил мне в голову. До сих пор у меня шрам. Кровь потекла рекой. На следующее утро Василий опять меня вызвал. Иду и думаю, теперь добьет. А он только стал меня корить, что я невнимательный. И сам, мол, виноват. Спросил, не нужна ли мне квартира. Когда я пожаловался на то, что у нас нет отопления и газа, был очень удивлен. Тогда по ул. Рождественка тянули газовую линию, но мимо нашего переулка. И нам, по указанию моего хозяина (всему переулку), отвели газ. Я заплатил за это удобство шрамом на лбу.

У меня до сих пор сохранился пропуск в кремлевскую столовую на имя моего хозяина - на особое питание. Он, конечно, ничего этого не ел. Дома-то целый подвал был с балыками, семгой, мочеными и свежими арбузами круглый год... Зайдешь, отрежешь кусок балыка или ветчины... Для этого подвала я получал продукты не в "кремлевке", а на ул. Дзержинского для членов семей руководства партии и государства. Целый грузовик привозили. Все запломбировано, проверено специальной комиссией...

Василий Сталин был человеком веселым и беззаботным. Вечно у него дома гости, приемы, артисты с артисточками, футболисты, бильярд...

Я жил тогда в шоферской. Однажды поднялся в кинобудку и оттуда посмотрел через оконце для киноаппарата в бильярдную. Василий играл с Главным маршалом одного из родов войск (по понятным соображениям фамилию не называем. - Ред.). Этот пожилой человек проиграл, разделся донага и полез под бильярдный стол, а Василий его кием по "казенному" месту... Развлекался! И терпели все, иначе и нельзя было.

- Были ли у него женщины?

- Я никогда не интересовался этим. Считал и до сих пор считаю, что это не мое дело. Но знал его жен.

Когда семья Василия жила в "сером" доме, он был женат на Бурбонской. У них с Василием было двое детей - мальчик и девочка. Но Бурбонская, как я понял, была из "простых". Такого там, наверху, потерпеть не могли. "Убрать!" - и все тут. Они развелись. Вскоре Василий женился на дочери маршала Тимошенко - Екатерине Семеновне. Она жила на даче - в шикарном домище с прислугой, с кухней, гаражом, псарней... Чего там только не было!

Однажды меня вызывает адъютант и говорит, что меня затребовала к себе жена хозяина. Чем-то ей не угодил ее шофер. Она в это время училась сразу в двух вузах. Профессора приезжали к ней на дачу, где она и сдавала экзамены, зачеты... Женщина она была очень строгая, даже жестокая. Детей Василия от Бурбонской она не любила. Их тайно подкармливала повариха, да я привозил им из города гостинцы.

Как-то адъютант сказал мне, что ночью на станцию Ухтомская придет грузовая машина с вещами - подарками для высшего командования и их семей из ГДР. Мы поехали. Действительно, пришел грузовик, полный ценностей. Адъютант забрал кое-что для Василия "(в основном приборы для письменного стола), а остальное приказал отвезти на дачу к Екатерине. Об этом мне не велено было сообщать хозяину. Два солдата разгрузили все на даче.

Это были золотые украшения с бриллиантами и изумрудами, десятки ковров, много дамского белья (прямо царского!), мужские костюмы в огромном количестве, пальто, шубы котиковые и каракулевые (четыре - золотистый, серый, коричневый, черный каракуль), горжетки, посуда, воротники из чернобурки.

Позвала она меня и спрашивает, хитро так, что, мол, со всем этим делать. Я и говорю - носить. А она смеется - все не переносить, ковров не истоптать. И действительно, дом и так ломился от ковров, золота и хрусталя. Попросила меня все это продать. Но в комиссионках требовался паспорт, а она не хотела предъявлять свой. У меня же была красноармейская книжка. Тоже - опасно. И решили мы все это продать через скупку. Переживала, что дешево, но деваться было некуда. Я нашел такую скупку на Трубной. Целый месяц я возил туда это барахло. А деньги сдавал Екатерине. Однажды меня задержали, когда пытался продать кое-что в Столешниковом переулке, в комиссионном магазине "Меха". Меня отвезли в милицию, но там начальник узнал машину Василия, и меня отпустили, извиняясь и даже предлагая сопровождение. Набрались десятки тысяч рублей. Я спросил Екатерину, зачем ей столько денег. Она ответила, что "Сталин не вечен, а деньги всегда останутся деньгами". Только золото не продала.

И все это на фоне страшной бедности и нищеты. Я возвращался домой и видел, как живут мои соседи.

К 1950 году мне все это порядком надоело. Замучили бериевцы своим вниманием. Однажды, когда Василий уехал в отпуск, всю прислугу отправили отдыхать в санаторий, в Марфино, под Москву. Там один из эмгэбэшных водителей, которого я знал под именем Костя (они никогда не представлялись), попросил меня никогда к ним не подходить, так как у руководства могли возникнуть ненужные вопросы. Они, дескать, чекисты, а я простой армейский старшина. Я вспомнил, что каждый месяц в госбезопасности на Лубянке я писал на специальном бланке отчеты - что делал, с кем встречался и так далее. Однажды я в чем-то ошибся, и меня вызвал к себе один из заместителей Берии. Не помню его имени. Он показал мне отчеты его сотрудников, наблюдавших за мной. Обнаружилось несовпадение с моими. От меня потребовали вести личный дневник. Нельзя было оставить машину на минуту без того, чтобы около нее моментально не выставили милицейский пост. Я узнавал "ищеек" на улице. Они постоянно были рядом. Тогда и подал рапорт.

- Видели ли вы когда-нибудь Иосифа Виссарионовича Сталина?

- Видел только один раз. На даче у Василия в день его тридцатилетия. Собралось много гостей. Были там и Каганович, и Булганин, и Микоян, и Молотов. Вдруг все забегали, охрана, прислуга... В ворота въехала машина Сталина-отца. Он холодно поздравил сына, и все прошли в дом. Они были в натянутых отношениях. Нас, конечно, и близко туда не пустили.

Не могу забыть всего этого, поэтому и решил заговорить. Может, легче станет?

ОТ РЕДАКЦИИ. Предоставляя слово нашим собеседникам, мы полагаемся на их память и честность. Но все же, когда речь идет о событиях давно минувших, дней, не исключается вероятность каких-то ошибок или неточностей. Если кто- нибудь из наших читателей обнаружит такую неточность (фактического характера), у него есть возможность написать нам об этом.

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно