Примерное время чтения: 10 минут
135

Официально проституции в Латвии не существует

Коллега-журналист одной из латвийских газет, с которым мы собирались вечерком выпить водки по случаю завершения моей командировки, неожиданно предложил: "А давай совместим полезное с приятным - поедем на улицу Чака (улица "красных фонарей" в Риге. - Авт.). Девочки собираются сделать какое-то заявление для прессы".

Водки в тот вечер мы так и не выпили. А насчет совмещения полезного с приятным... Две девушки сидели за столиком в круглосуточном кафеюшнике "Мара", центровом на этой улице, и разгадывали кроссворд. Одна из них, представившаяся предводительницей чаковских дам, так сказать, лидером их "профсоюзного комитета", Виктория Орлова сразу перешла к делу: "Я буду пить шампанское, а Валя - коньяк. Еще закажите конфеты, шоколад, лимоны..."

Дедушка - совсем не то же, что бабушка

- Ригу заполонили "дешевки", - залпом выпив первый стакан шампанского, начала рассказывать Вита, - которые за 3-5 долларов готовы на все. Такая кошелка быстренько заработает себе на "баян" (доза наркотиков), и больше ей ничего не надо. При этом у клиента абсолютно нет гарантии, что он не подцепил какую-нибудь заразу. С другой стороны, как нам, нормальным девушкам, защититься, если вчера клиент был с "дешевкой", а сегодня поднакопил деньжат и пришел сюда? Да, наши услуги стоят 30-40 долларов в час, но зато мы регулярно проходим полное медицинское обследование и на венерические, и на сексуально-трансмиссивные заболевания, и на СПИД.

- Что в вашем понимании - "нормальная девушка"?

- Та, которая соображает, чем занимается. У которой никогда не возникнет мысли накормить клиента клофелином или запустить руку в его карман. У нас в основном взрослые женщины работают, 18-летних только две, многим надо детей кормить. Я довольно нежное создание, но если узнаю, что кто-то из наших девочек принимал наркотики или трахался за "три копейки", клянусь, в туалете крови очень много бывает.

- С клиентами проблем не возникает?

- Несколько лет назад, когда я очутилась на этой улице, честно скажу, тяжело было работать. Каждый третий день были гуманитарки, приезжали бандиты, брали за шкварник, сажали в машину, никто не думал о презервативах, трахали куда хотели и как хотели.

- А сейчас?

- О, сейчас мы чувствуем себя королевами, нас никто не бьет, нам делают комплименты, понимают, что мы женщины.

- Всех бандитов, что ли, перестреляли?

- Нет, бандиты остались те же. Просто они поняли, что чем больше нас будут бить, тем меньше мы будем зарабатывать и соответственно меньше получат они сами.

- Надо и самой не быть дурой, - вступает в разговор Валя. - Я к себе очень хорошо отношусь и, если я вижу, что мне что-то или кто-то не нравится, ни за что не поеду. А молодые девчонки ничего не соображают: лезут в машины, к которым нормальный человек даже близко не подойдет. Я, конечно, тоже не застрахована. Один раз попала на день рождения за 200 километров от Риги. 22 мужика и шесть девчонок. Девки там отрывались капитально. Видите ведь, дуры, куда попали, какого члена пьете алкоголь! Ну и получили. Я единственная, кто оттуда уехал с деньгами и без телесных повреждений. Так что никаких проблем с клиентами практически не возникает. Тем более основную их часть составляют пенсионеры.

- Неужели? А я слышал, у них такие маленькие пенсии, что даже на лекарства не хватает!

- Может, на лекарства у них и не хватает, а на нас...

- Ну не скажи. Моей бабушке, например, не хватает.

- Бабушке! А вот был бы у тебя дедушка...

Мама Бируте

- Когда я открывала в 1991 году кафе, то даже не подозревала, каким бизнесом занимаются на этой улице. А когда поняла - было уже поздно, большие деньги вложила. В кафе стали появляться определенного вида девушки, которые занимали столики, заказывали один стакан чая на всех и сидели часами. А мне надо было платить за помещение, за электричество, и у меня как у хозяйки возник вопрос: зачем мне нужны эти девушки? Я злилась, ругалась, выставляла их на улицу. А потом в кафе появились крупные мужчины и сказали: "Хотим сделать вам предложение. Внакладе не останетесь". Их предложение показалось мне настолько диким, что я и их выставила на улицу. Боролась и с ними, и с собой года два. Вначале мое кафе было единственным на этой улице, а потом рядом стали открываться другие. И я стала замечать: несмотря на цены, более высокие, чем у меня, туда люди идут, а мое кафе пустует. И я поняла, что очень скоро стану банкротом. А еще поняла, что здесь улица Чака и мне остается или принять правила этой улицы, или вместе со своими столами и стульями перебираться в другой район.

- Вы считаете нормальным, что существует кафе, где собираются девушки легкого поведения?

- По сегодняшним меркам да, нормально. Я воспитывалась и получала образование при советской власти. Что мы тогда знали о проституции? Только то, что она существует на загнивающем Западе. Помню, муж где-то раздобыл порнографический журнал, так мне было стыдно его смотреть. А сейчас я спокойно ко всему отношусь. И мне как предпринимателю абсолютно все равно, кто у меня тут бывает. Явится английская королева и купит бутылку "Метаксы" - замечательно, бандит с проституткой выпьют бутылку коньяка - тоже неплохо.

- Сейчас не бывает так, что девочки занимают столик и в ожидании клиентов сидят, ничего не заказывая?

- Я такое бездарное времяпровождение очень быстро прекращу. Если у тебя нет 40-50 центов, чтобы купить хотя бы чашку чая, иди на улицу, заработай, а уж потом приходи обратно.

- У вас есть дети?

- Моей дочери 23 года. В этом году она оканчивает юридический институт.

- Давайте на минутку представим, что ваша дочь появляется здесь, в этом кафе, и...

- Как появляется? В каком смысле?

- В том смысле, что приходит и говорит: "Мама, с сегодняшнего дня я работаю на этой улице". Как вы к этому отнесетесь?

- Моя дочь этого не сделает. Воспитывала-то свою дочь я.

- И все-таки допустим, что произошло невероятное...

- У моего мужа, ее отца, железный характер и такой же кулак. Я ее отдам ему на растерзание.

У меня нет будущего

Машеньке 18 лет. После 9-го класса ее привез в Ригу из глухой провинции сосед-цыган. Обещал наивной девочке хорошую, престижную работу. Несколько суток Машенька без сна и еды работала на этого цыгана. Он приходил каждый час и, если она не давала ему хоть сколько-нибудь денег, избивал ее. После того как об этом узнала Вита Орлова, с цыганом произошло несчастье - при довольно загадочных обстоятельствах ему разбили голову. А Машеньку отмыли, приодели, и сама Вита взяла ее под свое крыло.

- Твои родители знают, чем ты занимаешься?

- Да, знают. Я посылаю им деньги.

- И как они к этому относятся?

- Сначала были против, потом смирились. Сказали только, чтобы я была аккуратной, смотрела, к кому в машину сажусь.

- СПИДа не боишься?

- Не боюсь.

- Не знаешь, что это такое, или уверена, что заразиться может кто угодно, только не ты?

- Я на себе поставила крест. У меня нет будущего. Я уверена, что долго не проживу.

- Почему? Тебе ведь всего-навсего 18 лет.

- Вообще-то я могла бы уехать в Питер, я там родилась, и там у меня родственники. Могла бы закончить школу, потом дальше учиться...

- Что же тебе мешает?

- А кто будет помогать родителям?

Один, он и в Африке один

- Вита, тебе нравится твоя жизнь?

- В моей жизни было много прекрасного, были, конечно, и плохие моменты, но почему-то я их не помню. На этой улице я встретила большую любовь, летом прошлого года у меня был очень бурный и красивый роман. В общем, я ни о чем не жалею.

- То есть можно сказать, что ты счастлива?

- Конечно. Мне всегда нравилось поклонение мужчин. Их вниманием я отнюдь не обделена, а что еще нужно для счастья?

- Тебе необходимо много мужчин? Одного недостаточно?

- Один, он и в Африке один. Когда кто-то говорит, что ты умная, хорошая, красивая, хочется подтверждения. Хочется услышать эти слова еще от кого-то, и еще, и еще...

- Можно назвать в публикации твою фамилию?

- Мне скрывать нечего. Кстати, настоящее мое имя - Винета Дауксте. А еще я хочу сказать: я умею любить, умею быть благодарной. И я хочу любить и хочу быть благодарной. Но пока у меня это не получается. Мужчины, которых я любила, рано или поздно пытались мне доказать, что они лучше меня. А чем они лучше? Любовь - это такое высокое чувство, для которого никакие прошлые мерзости не преграда.

- Веришь, что встретишь настоящую любовь?

- Верю. И хочу этого. Очень хочу. Если честно, осточертела уже вся эта разгульная, бесшабашная жизнь...

Вместо комментария

Официально в Латвии проституции не существует. Ликвидирована даже существовавшая до недавнего времени полиция нравов. Вместе с тем - и в этом, на мой взгляд, заключается определенное лицемерие латвийского руководства - каждая проститутка, достигшая 18-летнего возраста, должна обязательно иметь при себе "желтый паспорт", или, как его еще называют, карту здоровья. Девочки с улицы Чака пытались меня убедить, что ничего зазорного в этом нет, мол, точно такие же санитарные книжки выдаются каждому, кто работает в сфере обслуживания. Однако вряд ли в санитарной книжке повара или воспитателя детского садика будет записано: "Персональная карточка желающего заниматься проституцией". По словам заведующей амбулаторно-консультативным отделением Латвийского центра сексуально-трансмиссивных заболеваний Инессы БРИЕДЕ, особого толка от этих паспортов нет. Девушка может заразиться, а потом заражать других уже через пять минут после того, как врач поставит в ее карточке штамп, что она здорова. Более того, многие проститутки, даже подписав бумагу, что они осведомлены о своей болезни, в том числе и СПИДе, выходят вечером на работу.

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно