Примерное время чтения: 17 минут
421

Фекла Толстая: "Толстые - люди страстные"

СЕГОДНЯ она ведёт на Первом канале документальный сериал о великих династиях России. До этого искала "народных артистов" на канале "Россия" и рассказывала в программе "Всё сразу!" на НТВ о всевозможных светско-культурных новостях. А ещё она пишет статьи и пьесы, учит итальянский и гоняет на велике...

- ФЁКЛА, не нужно быть Нострадамусом, чтобы предсказать, что в детстве вас подразнивали. То.лстой не дразнили?

- Меня и сейчас дразнят, ну и что! А в школе друзья меня звали "Графин" - производное от "графиня". Я очень горжусь своей фамилией, рада, что в такой семье родилась. И спасибо Ленину, что он в своё время написал статью "Лев Толстой как зеркало русской революции", - эта статья множество жизней спасла моим родственникам во время cоветской власти. По крайней мере, я свою фамилию никогда не поменяю.

- Интересно, как воспитывают в таких семьях, как ваша? Наверное, заставляли учиться с утра до вечера?

- Разумеется, я окончила музыкальную школу и ещё много чего. Но мне кажется, что у меня было хорошее детство. Обычное московское. Я родилась в Замоскворечье. И мы всегда в Кадашевских переулках, на Ордынке, на Пятницкой гуляли, играли в казаки-разбойники. Правда, я никогда не ходила в детский сад, потому что моим воспитанием занималась бабушка. И хотя я была девчонка очень разбитная, но при этом воспитывалась в старых традициях нашей семьи. Бабушка вспоминала, что у неё было три гувернантки, она выросла в большом имении, у неё была своя лошадь. И она меня учила всем правилам приличия, как вести себя за столом...

Например, для меня совершенно естественным было говорить "Благодарю вас" или "Можно выйти из-за стола?". Бабушка учила меня делать книксен и прочее, прочее. Говорят, что встречают человека по одёжке, а для меня важнее - как и что человек говорит (возможно, потому, что у меня лингвистическое образование и "ухо настроено" на речь) и как он ест.

- Страшно с вами разговаривать. Лингвист, полиглот, графское бабушкино воспитание, ещё слово не то скажешь и...

- Да ладно вам... А про воспитание могу сказать. Мама всегда надо мной издевается: я могу чинно есть и восклицать "Ах, где моя крахмальная салфетка?", а через мгновение соскрёбывать и доедать какую-нибудь холодную жареную картошку со сковородки. Мне нравится знать правила и приличия и нравится иногда их нарушать. Порой это специальный эпатаж, порой хулиганство, к которому я очень склонна. Возвращаясь к детству, могу сказать, что оно у меня было прекрасным, - мы прекрасно тусовались...

Летом я жила на даче или мы с родителями ездили в фольклорные экспедиции на Украину или в Белоруссию. Родители профессионально занимались традиционной славянской духовной культурой, и мы колесили по деревням, сёлам. Кроме того, в детстве несколько лет (в смысле летних каникул) я провела на съёмочной площадке, потому что во втором классе меня взяли сниматься в кино. Для меня это было очень важным.

- Интересно, какие ленты запечатлели ваш юный возраст?

- Помню, был такой двухсерийный фильм "Просто ужас". Он снимался Одесской киностудией, и всё лето я провела в Одессе. Было замечательно! Там играл, например, Семён Морозов, прославившийся к тому времени главной ролью в картине "Семь невест ефрейтора Збруева". Потом были ещё какие-то съёмки, и в итоге я уже была "отравлена" актёрством. И в восьмом классе пошла заниматься в театральную студию к Владимиру Владимировичу Книпперу, который, если не ошибаюсь, приходился племянником Ольге Леонардовне Книппер-Чеховой. И тут началась для меня новая эра - мы всё время там пропадали, играли. Я помню конец своей школы уже как время, целиком посвящённое театральным занятиям, а школа была так-сяк - как придётся. Поэтому я окончила школу со всеми пятёрками и тройкой по... поведению. Золотой медали не получила, а у нас все всегда были медалисты. И я единственная в семье, кто изменил профессии, - я не стала филологом-славистом, как родители и сестра, хотя и училась этому. Но я из-за этого не переживала. Думаю, наука ничего не потеряла.

- Такие юношеские "грехи", как курение, мини-юбки, зависание на дискотеках, появление домой на рассвете и прочее, вам были свойственны?

- У меня были очень демократичные родители. Мне всё всегда было можно, и, мне кажется, это меня спасло от очень многих бед. Понятно, что все в старших классах пробовали курить. Я потом курила в университете несколько лет. Мне разрешалось выпивать, более того, папа с детства наливал вина, когда мы сидели за столом. Он вырос на Балканах, а там детям иногда в соску добавляют вино.

- Это правда, что папа был резко против вашей театральной карьеры?

- Он не был против увлечения театром, но не считал театральный вуз образованием. Ему, профессору МГУ, академику, очень известному учёному, казалось, что у меня тоже есть голова на плечах и мне нужно получить хорошее образование. Поэтому я как-то очень естественно сначала пошла по семейным стопам. При том, что всегда с удовольствием учила языки, окончила английскую спецшколу. В МГУ получила диплом переводчика с польского языка. Последний год училась в Варшавском университете, затем в аспирантуру даже поступила и преподавала в РГГУ...

Но когда я попала в ГИТИС (правда, на режиссёрский факультет), то была приятно изумлена. Нам читали курсы потрясающие люди. Кроме того, я училась у Марка Анатольевича Захарова, который в представлениях не нуждается. Это я к тому, что в том же ГИТИСе вполне можно получить блестящее образование.

- На режиссуру пошли потому, что актриса из вас не получилась?

- Во-первых, я была уже не так молода для актрисы - поступала в 25 лет. Да и потом мне посоветовали. Говорили: "Вы всё через голову делаете, у вас главный "инструмент" - голова! Попробуйте на режиссёрский".

- Но, насколько я знаю, вы не сделали даже дипломной работы. Почему?

- Потому что ещё на третьем курсе я попала на телевидение, и как-то оно меня засосало. И потом мне не хватает силы воли заниматься режиссурой, это трудная работа и во многом мужская. К тому же никто не хочет быть средним режиссёром, а всю жизнь пыжиться и в одиночку считать себя гениальным - на это не каждый способен... Вот когда я работала в программе "Народный артист", там были люди, которых браковало жюри, и они, выходя за дверь, ругали это жюри на чём свет стоит и буквально вопили: "Я всё равно стану звездой и буду петь! Всем назло!!!" Уверена, что только у таких упорных людей всё получится. Я не видела себя режиссёром.

- А вы могли бы стать хорошей актрисой?

- Конечно. Я жалею, что эта часть моей судьбы не реализована.

- Куда же смотрел Марк Анатольевич?

- Думаю, он смотрел на других актрис, которые лучше меня и талантливее. Ничего страшного. Марк Анатольевич всё правильно делал. Но хорошей актрисой я всё равно могла бы быть, без ложной скромности.

- Давайте конкретно о вас поговорим. Что вы за человек?

- Я очень хорошая. (Смеётся.)

- К тому же личность популярная, узнаваемая...

- Меня не узнают на улице. Мне это не нужно. Мне легче, когда меня не видят. Естественно, что при желании я могла бы чуть-чуть по-другому выглядеть, немножко по-другому себя "подавать". Кто-то только войдёт в помещение - и со всех сторон слышится: "О-о-о!!!"

Нет, мне очень приятно, когда люди смотрят программы, в которых я принимаю участие. Но мне спокойней так, как есть. Я спокойно езжу на метро, хожу в магазины, люблю посещать строительные рынки. Иногда бывает, что в каком-нибудь ресторанчике вдруг кто-то присылает букет цветов или бутылку шампанского. И это тоже приятно, не скрываю, и я с удовольствием могу с этими людьми пообщаться. Самое удивительное, что наибольшее любопытство к своей персоне я испытываю в Ясной Поляне, где бываю по разным поводам. Вот там у меня часто берут автографы, особенно дети и студенты. Самое смешное, что молодёжь, которая берёт автографы, спрашивает: "А что вы здесь делаете? Какими судьбами?" Они знают, что я Фёкла Толстая, но соединить Фёклу Толстую со Львом Николаевичем Толстым им не приходит в голову. Я им говорю: "А это имение моего прапрадедушки". Они сразу: "Да? Как интересно!" И дарят всякие необычные подарочки.

- Что может так вывести из себя?

- Всё, что угодно! Толстые - люди довольно страстные.

- А влюбчивые?

- И влюбчивые тоже.

- Вы изящно ушли от ответа, не рассказав про свою первую любовь. Про первый конфликт с родителями по поводу неприхода домой ночевать, первый скандал, потому что "этот мальчик не нашего круга"... Было?

- Конечно, всё это было, потому что я всегда делала всё, что хотела. Не было только "мальчика не нашего круга", потому что он был... сыном кинорежиссёра. (Смеётся.) И потом для меня всегда было важно, что он за личность, а не чей он сын.

- Кстати, какие мужчины вам нравятся?

- Сейчас, по прошествии времени, я думаю, что идеал мужчины у всех женщин почти одинаков. По крайней мере, словами вам опишут одно и то же. Лучше высокий, чем низкий, красивый, чем некрасивый. Но ведь наше приятие или неприятие людей происходит на том уровне, который невозможно осознать. Лично я хотела бы, чтобы этот человек был умён, хотя бы потому, что мужчина-дурак - это совсем плохо. "Мой тип" обязательно должен быть умён, должен быть творческой личностью. Не в смысле "писатель, музыкант, поэт", а человеком с мозгами, способными творить на любом поприще. Для меня важна в мужчине его способность на поступки, готовность принимать важные решения, иметь свою точку зрения. И я считаю, что эти качества не зависят ни от внешности, ни от возраста, ни от профессии. Ещё для меня важно, чтобы у мужчины было хорошее чувство юмора. А не люблю я подлых людей, терпеть не могу пафосных пустозвонов, болтунов, когда воду льют и лабудой занимаются...

- Например, какой мужской поступок может вызвать ваше восхищение?

- Меня можно поразить просто письмом. Один мой поклонник писал мне, но каждое его письмо было произведением искусства. Я не знаю, как складывались любовные отношения у других женщин, но всякий мой роман сопровождался любовной перепиской.

- Не буду вас спрашивать, сколько у вас было романов. Но спрошу: вы влюбчивая, как все Толстые?

- Мне кажется, что да. Хотя, может быть, теперь меньше с возрастом. Но я влюбчивая не только в отношении мужчин и романов, но и в отношении просто людей - я могу увлечься каким-то человеком по-дружески. Я очень увлекаюсь людьми - мы познакомились, и мне хочется общаться ещё и ещё. Это происходит как вспышка...

- Для вас важны материальные проявления чувств - шикарные подарки, шубы, бриллианты?

- Нет. Шубы я не ношу вообще. Когда я была совсем ещё молоденькой и вырабатывала свои принципы, то страшно боялась всегда, чтобы финансы или вообще материальные блага влияли на человеческие отношения. И я очень тщательно охраняла все свои отношения от какого-либо финансового влияния. Может быть, даже чрезмерно.

- Но попытки были?

- Люди же умные и, как правило, дарят подарки те, которые хотят получить. Знаете, есть такое французское представление о том, что можно дарить женщине, - оно мне кажется очень справедливым. Женщине можно дарить то, что не оставляет следов, то есть то, что исчезает и не обременяет её. Духи, цветы, конфеты...

- Судя по разбросу ваших трудовых специальностей, вы достаточно всеядный и любознательный человек: официантка в клубе, журналист в газете, ГИТИС, телеведущая, языки опять же...

- Но всё же легко объяснимо. Официантка - потому что закончила университет и мне надо было где-то элементарно зарабатывать на жизнь. А тут моя подруга открыла ресторан, позвала к себе. Были такие времена, когда люди для души занимались одним, а зарабатывали другим. Между прочим, в нашей смене работали начинающие актрисы, ныне известный спортивный тележурналист, режиссёр из вахтанговского театра у нас подрабатывал водителем, бухгалтером была студентка Лит-института. И это нормально было! Я работала секретаршей, переводила, давала уроки русского, английского языка. Чем только не занималась! Даже писала какие-то рекламные статьи, потом статьи про телевидение, позже была телевизионным обозревателем.

- Признайтесь: мужчины вас боятся?

- Надеюсь, что нет. Я вообще очень не люблю людей, которые меня боятся, меня это страшно раздражает. И самое неприятное, что я начинаю давить на них гораздо больше. Не зря же говорят: "Нельзя бояться собаку, она почувствует твой страх и тогда укусит". Вот я, к сожалению, веду себя как собака. Если меня начать бояться, могу укусить... Я сама стараюсь никогда не бояться начальников или властей предержащих, и мне кажется, что люди, перед которыми лебезят, сами этого не любят. И, наоборот, с уважением смотрят на людей, которые не дрожат перед ними.

- Готовясь к этому интервью, я прочитал историю, способную выжать слёзы из камня. О том, как ваш чудом не умерший от тифа, трижды чуть не расстрелянный большевиками дедушка и ваша бабушка, разлучённые Гражданской войной, случайно встретились много лет спустя в Югославии. Буквально на улице... Есть ли в вашей семье какая-нибудь легенда или предание, передающееся от поколения к поколению, которую вы расскажете своим внукам?

- Конечно, эту историю я тоже буду рассказывать. А семейные легенды? Я могу рассказать другую историю, которая меня до сих пор трогает до глубины души. Мой отец купил на рынке такую чугунную лапу - инструмент сапожника, - на которую надевается сапог или ботинок, чтобы его удобнее было латать. Ещё у него были специальный сапожный молоток с набалдашником, коробочка с гвоздями, набор подмёток. Иногда он ремонтировал обувь. Помню, мы часто подсмеивались над ним по поводу этого его увлечения. А он, повторюсь, академик и тому подобное, на полном серьёзе говорил: "Если что-то случится, у меня есть профессия, которая нас всех прокормит. Я буду сапожником!" Теперь-то я понимаю, что это говорил человек, который, как и его семья, пережил очень много на своём веку. Но для меня не это важно, а то, что самые главные вещи заложены у человека внутри. И что мой папа ничуть не изменился бы, если бы стал сапожником. И ещё важное ощущение и от него, и от дедушки исходило: всё можно пережить. Конечно, не мне меряться с ними. Мой дедушка пережил две войны, родился в одной стране, уехал в другую, а вернулся в третью. Это страшные катаклизмы, которые невозможно пересказать словами, но главная идея, которую они все вынесли, - всё можно пережить. И они мне её передали. Может, это я и должна передать дальше - следующим поколениям.

- А у вас есть своя "чугунная лапка"?

- Свой "отходной манёвр"? Думаю, что есть. Во-первых, я хорошая официантка - без дураков. Во-вторых, могу электропроводкой заниматься. Убираю неплохо - могла бы быть уборщицей в богатых домах. Могу переводить, языки преподавать...

- Известно, что ваш муж - журналист. И больше ничего.

- А что вы хотите, чтобы я вам рассказала?

- Трогательную историю. Или что вы родственные души, а познакомились на боях без правил - интересно же.

- Нас "свёл" мой папа. Вася работал в немецкой телекомпании, а её руководство захотело взять интервью у моего отца. А папа сказал: "Немецкой телекомпании про сербов говорить не хочу!" Вдруг Вася, увидев меня в каких-то гостях, стал меня окручивать, чтобы я, в свою очередь, "охмурила" папу. В конце концов мы поехали к нам на дачу, интервью получилось. Ну а потом Вася решил, что надо отдать мне кассету, то да сё, и понеслось-поехало на долгие 8 лет.

Я считаю, что наш союз держится на том, что мы абсолютные противоположности. Я - человек эмоциональный, он - спокойный. Муж говорит, что у меня "шило в заднице", я не могу сидеть на месте. А Вася любит полежать на диване, почитать книжку. С другой стороны, он очень работящий и последовательный, сидит в кабинете с утра до вечера. А я начну пятьсот дел, потом не успеваю, и он меня тихо спасает. Мы, скорее, дополнение друг друга, потому что всё, что Васе нравится, мне абсолютно не нравится.

- Плавно подошли к теме ваших вредных привычек.

- Я очень люблю сладкое и поэтому постоянно... толстею. Постоянно опаздываю, и это ужасно. Я очень ленивая. У меня есть список самых важных дел, которые необходимо срочно сделать, но они бесконечно переносятся с одной недели на другую. Не курю. Выпиваю, но я не считаю любовь к хорошему вину вредной привычкой.

- Говорят, вы проводите свободное время чуть ли не за рубанком или пилой "Дружба".

- Это правда. Если меня изолировать от общества и уложить на диван "отдыхать" - для меня это верный путь к депрессии. А вот физический труд очень лечит людей. Что-то есть правильное в древних методиках... Как ещё отдыхаю? Сейчас увлечена итальянским. Люблю на велосипеде ездить. Обожаю играть в пинг-понг.

- Что от вас ожидать не в ближайшем, а в достаточно перспективном будущем - лет через десять-двадцать? Может, напишете книгу?

- Знаете, я давно решила, что с моей фамилией книги писать уже не нужно. Говорю абсолютно серьёзно: это закрытая тема. А если отвечать на ваш вопрос... Дело в том, что я раздираема между двумя направлениями. С одной стороны, я люблю развлекательные программы и с удовольствием их делаю. А с другой - мне интересно делать документальное кино. Поэтому у меня есть предложения и такие и сякие. И я выбираю иногда так, иногда сяк.

- А нет желания уйти глубоко в семью и нарожать кучу вундеркиндов - Толстых XXI века?

- По-моему, в жизни места должно хватать всему - тому, и другому, и третьему. И желательно, всему одновременно. Тогда всё в жизни успеешь.

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно