Примерное время чтения: 11 минут
259

Эбьюз нерушимый

Уважаемая редакция! Хочу предложить к обсуждению один очень важный и очень щепетильный вопрос. Он касается взаимоотношений родителей с подрастающими детьми противоположного пола.

Начну с предыстории. Как-то недавно, часов в 10 вечера, мы с дочерью зашли в магазин. Народу было много, покупателей развлекали трансляцией познавательной радиопередачи. Связавшись по телефону с одной из слушательниц, ведущий предлагал ей поделиться во всеуслышание самыми сокровенным - "вынуть из подсознания то, что ее мучит". По его словам, такое обсуждение должно помочь ей освободиться от комплексов и страхов.

Вначале девушка (по голосу - лет двадцати) как будто стеснялась, но буквально в считанные минуты профессионал "развел" ее на откровенность. Она созналась, что ей не дает покоя один сон. И деликатно уточнила - "связанный с близким общением". "Это даже очень хорошо, что вас посещают такие фантазии. В здоровом теле здоровый дух!" - полушутя успокоил ведущий свою подопечную.

Но, оказалось, что это не девичьи грезы, а сцены изнасилования. "Не переживайте, ничего страшного, сейчас это случается сплошь и рядом", - продолжал "освобождать" девушку специалист. И снова пошутил, вспомнив, что по инструкции девушкам-военным в таких случаях полагается получать удовольствие.

"Нет, сон страшный! - срывающимся от волнения голосом прокричала в эфир "освобождаемая". - Дело в том, что меня насиловал мой собственный отец!".

Услышав такую интригу, все посетители магазина заворожились "исповедью".

"Т-а-а-к... Теперь понятно... - посерьезнел ведущий. - Кстати, вы знаете, что такое изнасилование называется инцестом, а по-научному эбьюзом, - просветил он собеседницу и заодно всю страну. - Давайте подробно обсудим, как это было, я думаю, что это будет интересно не только тем несчастным, которые пережили подобную ситуацию, но и многим нашим радиослушательницам. Мы должны вооружить их знаниями, чтобы они смогли избежать подобных ситуаций".

Тут я не выдержал. Схватил дочь за руку и опрометью бросился вон из магазина. У меня было такое чувство, что произошло нечто ужасное и почти непоправимое. Мне почему-то было неловко смотреть на Олесю...

Минут 5 мы шли молча. "Да что ты так переживаешь. Теперь все об этом говорят и пишут. И правильно. Лучшая защита - знания, так говорит наша классная", - попыталась пошутить она неестественным голосом.

Но разрядки не наступило. Ни сразу после шутки, ни дома, ни спустя целый месяц. Между нами словно выросла стена. Теперь я не могу подойти к ней и обнять, как раньше. Во мне будто что-то сломалось...

А думаю я постоянно вот о чем. Какие оно странное - современное "просвещение"! Или, может, странный и несовременный я сам? А те, кто впитает эти истины, что называется с молоком матери, действительно, станут более разумными и защищенными от всех жизненных катаклизмов?

Эти вопросы не дают мне покоя...
Николай Р., г. Дубна

НАВЕРНЯКА найдутся читатели, которые скажут: "Что ж, по-вашему, проблему эбьюза вообще не надо обсуждать? Пускай взрослые развращают детей, пускай дети живут с тяжелой травмой в душе, с изломанной психикой, пускай гадкие скоты знают о своей полной безнаказанности, а общество будет трусливо молчать? Вы к чему призываете - к заговору равнодушных?!"

- Нет! Ни в коем случае! Если в жизни ребенка произошла такая трагедия, как совращение взрослым, то надо сделать все, чтобы смягчить последствия этой ужасной травмы. Но почему все дети должны быть вовлечены в эту орбиту? Зачем им получать далеко не безобидные знания о том, что их, слава Богу, не коснулось? Почему не учитываются негативные последствия такого всеобуча?

Плоды просвещения

Мы задали этот вопрос немецкому специалисту, делавшему доклад на соответствующую тему. Но сперва решили кое-что уточнить.

- Вот уже несколько лет, - сказали мы, - в Германии ведется широкая просветительская работа по проблемам сексуального надругательства над детьми. Можете ли Вы утверждать, что в результате такой работы эбьюзов стало меньше?

Ответ был отрицательным. Нет, напротив, все больше и больше.

- А не опасаетесь ли Вы, - задали мы свой основной вопрос, - что широкое обсуждение этой темы может привести к совершенно не запланированным последствиям? Например, породить неловкость и страхи в отношениях детей и родителей? Вызвать нездоровое любопытство и фиксацию на той теме, которая многим людям и в голову бы не пришла? Допустим, девятилетняя девочка, посмотрев известный спектакль "Секрет", приходит домой, и отчим, у которого и в мыслях нет ничего такого, привычно целует ее в щеку, сажает на колени. А у девочки, которая до сих пор воспринимала это как нормальную родительскую ласку, немедленно возникают в голове сцены из спектакля. Там-то все началось именно с этого!

Докладчик задумался, а потом сказал дословно следующее:

- Да, конечно, такое тоже может иметь место, но положительные результаты должны перевесить отрицательные.

Должны - и никаких гвоздей! Почти по Маяковскому.

И все же мы думаем, что при широком обсуждении традиционно запретных тем в общественном сознании происходят очень серьезные сдвиги. Процесс этот - длительный, поэтапный.

Патология или новая норма?

Патология, не только сексуальная, а вообще самая разнообразная, появилась, как вы понимаете, не сегодня и не вчера. Но процесс изменения сознания начинается только тогда, когда что-то (к примеру, инцест или по-научному эбьюз) подается не как отдельный вопиющий факт, предполагающий, разумеется, сочувствие к жертве и уголовное наказание для виновного, а как распространенное и все более и более распространяющееся явление. Общественное сознание сперва испытывает шок, а потом, оправившись от шока, ...примиряется с ним. И начинается процесс адаптации.

Постепенно люди начинают считать, что порок повсюду. Не в отдельных (непросвещенных, или, наоборот, слишком просвещенных, богемных) слоях общества, а именно везде и повсюду. В самых обыкновенных семьях у самых обыкновенных людей.

Но все это еще полбеды. Самое страшное начинается тогда, когда постепенно стирается, размывается представление о норме. Говорить, что границ вовсе не существует, что у каждого своя мораль, что и норма-то - понятие весьма спорное и относительное - это, может быть, очень демократично, но и очень безответственно, ибо взрывоопасно. Все равно как курить на бензоколонке.

Чем чревато утверждение, прозвучавшее из уст психотерапевта в фильме "Кое-что об Амелии"?

- Нет такого отца, которому бы не приходили в голову мысли об инцесте.

А у телевизора сидят отцы, много отцов. И, скорее всего, до просмотра фильма мало кому из них приходила в голову подобная мысль. А тут, если уж специалист сказал... Ему виднее. На то он и специалист. Хочешь - не хочешь, а задумаешься. Вспомнишь, и как дочку любил купать, и как прижимал к груди, укачивая. Только ли ее успокаивал? А может... И ведь по дремучести своей думал, что это чистое отцовское чувство! А на самом деле, видно, боялся себе признаться. Подавлял, вытеснял...

И уже не только в общественное сознание, а и в сознание каждого отдельного человека запускается мысль о том, что и в нем подспудно живет тяга к запретному пороку. И это нормально.

А тут еще услужливая статистика подтверждает. Мало того, что практически все об этом думают, но уже каждый четвертый (в лучшем случае - пятый) перешел к делу!

И процесс идет дальше...

Сознание пока еще не может с этим примириться, но уже делает шаг навстречу. За инцест, который во все времена считался одним из страшных преступлений, виновному сегодня вовсе не обязательно полагается уголовная кара. Альтернатива тюрьме есть! Это... курс занятий с психотерапевтом.

Все равно как убийцу, зарезавшего своего ребенка, малость подлечить, "разобрать" на сеансе групповой психотерапии и считать, что это и есть оптимальный способ решения серьезных социальных проблем.

Ну, а как известно, где проблема, там и поиски решения. А где есть решение, там автоматически снимается трагедийный накал, ибо трагедия это неразрешимость (во всяком случае, в пределах жизни земной). А раз нет трагической глубины, трагического пространства, то и чувства, соответственно, мельчают и уплощаются. И запредельно страшное перестает быть запредельным. И уже вроде бы не такое страшное. И уже не "быть или не быть?", а "что делать?". А раз "что делать?", то какова последовательность действий? С чего начать? Что выделить как главное? - А вот это уже большой вопрос. Однородные члены предложения, они, знаете ли, могут поменяться местами. Сегодня одна проблема выступает на первый план, завтра иная. И, конечно же, немало зависит от индивидуального восприятия.

Что ж, вопрос интересный. Даже отчасти философский. И спорный. В каких-то случаях смягчение нравов - это свидетельство развития культуры, а в каких-то - совсем наоборот.

Игры с бессознательным

Нет, пока западное общество не отменило запрет на инцест. Напротив, принимается много конкретных мер, создаются специальные службы, пишутся инструкции, снимаются фильмы, ставятся спектакли... Но их создатели (и, конечно, потребители) попадают в ловушку. Вот уж где на редкость уместно вспомнить, чем вымощена дорога в ад! Широкое приобщение всех от мала до велика к обсуждению строго табуированных тем - это отнюдь не безобидные игры с коллективным бессознательным.

Впустив его на территорию сознания, человек должен быть готов к тому, что рано или поздно (скорее рано, чем поздно) гость, нарушая все правила этикета, поведет себя как распоясавшийся оккупант. И хозяин - сознание - вынужден будет потесниться, съежиться и, в конце концов, окажется загнанным на периферию.

А что если именно в этом кроется истинная разгадка распространения эбьюза - сдвига, который все-таки, сколько не объясняй, сколько не выстраивай причинно-следственные связи, остается уму непостижимым кошмаром?

А как в жизни? Можно привести такую аналогию. Обычно человек ходит, не задумываясь о последовательности действий, автоматически. Ум его в это время свободен как для мыслей о хлебе насущном, так и для поэтического вдохновения. Но если из подошвы вылез гвоздь и впился в ступню, тут же появляется "гвоздь в голове": как поставить ногу, как переместить центр тяжести, чтобы не наступить на больное место. Эти мысли становятся доминирующими. "В случае, когда ребенок стремится обниматься с терапевтом, забираться к нему на колени и т.д., следует проявлять осторожность и попытаться понять мотивы, руководящие ребенком. Терапевту захочется ответить ребенку тем же, но тут следует быть осторожным. "Подвергался ли этот ребенок сексуальному насилию? - пишет Г. Л. Лэндрет в книге "Иглотерапия: Искусство отношений". Сексуальные посягательства достигли сейчас таких эпидемических размеров и стали настолько эмоционально значимыми проблемами в нашем обществе, что больше уже нельзя дать никакой четкой рекомендации относительно реакции на поведение ребенка, кроме как быть осторожным".

Другая реальность

Не правда ли, это уже какая-то другая реальность? В присутствии "гвоздя". Реальность, в которой запрещения мочиться на пол, открыто мастурбировать и садиться к терапевту на колени - рядом, в одном списке.

- Да все они преувеличивают! - с раздражением воскликнул уже не воображаемый оппонент, а вполне реальный наш приятель, только что вернувшийся из поездки в Штаты. - Я разговаривал там со знакомой, она врач-педиатр. Неужели, спрашиваю, тут на самом деле так много этих эбьюзов? Что ты, говорит, это вопрос чисто финансовый. Знаешь, тут сколько баб заявляет по этому поводу в суд на своих мужей, лишь бы содрать с них деньги? - А вы, сказал нам приятель, - наивно верите этим дутым цифрам, этой рекламной шумихе.

Даже если и так, даже если "все врут календари", и почтенные коллеги на международных научных конгрессах сообщают ложные цифры... Тогда уже неизвестно, что хуже. Муж-извращенец или жена, способная ТАК оклеветать близкого человека?

Но если учесть русскую масштабность, страсть к размаху, то можете не сомневаться: отечественный эбьюз затмит свой западный прототип. А вот с правовым государством выйдет, как всегда, маленькая заминка. В общем, будут и "временные трудности" и - "все не так однозначно".

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно