Примерное время чтения: 8 минут
89

Память до Кембриджа доведет

СРЕДИ проживающих в Германии иностранцев гимназию заканчивают лишь 8%. Никон Разумов не только получил гимназический аттестат в саарландском Хомбурге, но и стал в 2004 году победителем сначала земельного, а затем и всегерманского конкурса молодых ученых "Jugend forscht" в разделе биологии.

С ПОМОЩЬЮ метода магнитно-резонансной томографии Никон изучал связь некоторых структур мозга с различными типами памяти. За что был премирован солидной для гимназиста денежной премией. А также вместе с шестью молодыми людьми, отличившимися по другим дисциплинам, - поездкой в Берлин для встречи с канцлером. Правда, вместо Шредера беседовали с министром образования. Сейчас Никон учится в Кембридже.

Не сбивайтесь в шайки

- КАК давно ты в Германии?

- Мы переехали сюда 12 лет назад. Немецкого я не знал. Поселили нас в лагере. Так и жили первое время в мультинациональном "гетто" вместе с турками, сирийцами и другими. Конечно, непросто было. Родителям тоже пришлось многим поступиться и со своим российским высшим образованием и докторским званием работать в Германии на более скромных должностях. Мои мама, бабушка и дед окончили Санкт-Петербургский университет. Папа - Институт физической культуры и спорта им. Лесгафта. Дед - доктор биологии, профессор, специалист по изучению эмоционально-стрессовых состояний, а отец - кандидат биологических наук, занимался патологией опорно-двигательного аппарата у спортсменов.

Трудностей у меня было сверхдостаточно. Одно время мы жили в Рорбахе, городке в 15 км от Хомбурга. В гимназию я ездил на велосипеде. Летом - приятная прогулка. Но зимой и осенью, в дождь или снег удовольствие не из лучших. Материально родителям было трудно, и я, как мог, подрабатывал. Подсобным рабочим на фабрике спортивной одежды, официантом на дискотеке, газеты разносил...

- Как тебя приняли новые одноклассники?

- Поначалу в гимназии меня приняли весьма настороженно. Да и на немецком языке я говорил еще плохо. Многие ученики были намного крепче и сильнее меня. Я записался в секцию карате. Не всегда весело было. На собственном опыте знаю, как нелегко с разными предубеждениями бороться. Но встречались и приветливые, дружелюбные люди.

Но, по большому счету, одноклассникам безразлично, кто пришел в класс. Ну приехал русский - не первый и не последний. Конечно, расхожие клише о переехавших из стран СНГ в Германию - не самые приятные, что тут скрывать: многие считают, что в основном наша молодежь "специализируется" на алкоголе-наркотиках да тунеядстве-хулиганстве. Главное, не стараться с первых же шагов отгораживаться от класса. Люди там учатся разные, поэтому не нужно пытаться изменять себя, основываясь на предубеждениях некоторых одноклассников.

Про себя лично скажу, что первый друг у меня появился только в 9-м классе.

А другим могу посоветовать следующее: учите немецкий и не сбивайтесь в шайки, не ищите защиты и удовольствия в алкоголе и наркотиках. Не пытайтесь нарочито или вульгарно (с помощью силы, угроз или обмана) завоевывать авторитет. И наконец, научитесь уважать менталитет коренных жителей Германии; он, может быть, и заметно отличается от ваших личных представлений о жизни, однако вырабатывался веками и в нем много полезных и здравых идей.

Слабое звено

- ПОЧЕМУ ты решил заниматься именно исследованиями памяти?

- Еще в 11-м классе я стал задумываться над вопросом: почему одним гимназистам для подготовки домашних заданий достаточно двух часов, другим же и пятичасовые "сидения" не приносят желаемого результата? В течение двух последних лет в школе я параллельно изучал информатику в Саарландском университете и закончил два семестра. Там я понял, что восприятие информации мозгом происходит очень неоднородно и имеет свои границы. Но знаем мы о них пока очень мало.

Уже давно известно, что существуют различные виды памяти. Например, зрительная или звуковая, когда мы запоминаем что-то на слух. И эти виды памяти у каждого человека по-разному развиты. Моя идея заключается в выявлении уровня развития каждого вида памяти и в последующем выравнивании этих уровней. Ведь в различных жизненных ситуациях нам на помощь приходят соответствующие виды памяти. По себе знаю, что с картинками мне работать легче. Схемы, графики запоминаю с ходу. А вот если надо готовиться к устным выступлениям, что-то повторять или иностранные слова учить на слух, тут мне требуется гораздо больше времени и терпения.

И в этом я не одинок: одни запоминают внешность человека, но не могут вспомнить имени, другие помнят имя, но уже не знают, как этот человек выглядит. Наша задача заключается в том, чтобы определить, какой вид памяти у того или иного человека развит лучше, и попытаться помочь ему развить другой вид, тренировать слабое звено.

- Каким образом школьник получил доступ к томографу?

- Я интересовался аппаратурой, которую используют для углубленного изучения работы мозга, в первую очередь речь шла о методе ядерно-резонансной томографии. После долгих поисков узнал, что такой прибор имеется в лаборатории нейрологии в Хомбурге (университет Саарбрюккена). Там меня весьма приветливо встретили, а когда узнали, какими вопросами хочет заняться явившийся к ним гимназист, помогли освоить томографию и сформировать методику исследования.

В кузницу нобелевских лауреатов

- А ПОЧЕМУ ты выбрал Кембридж?

- Нисколько не хочу преуменьшать качество обучения в ряде немецких университетов, равно как и их элитность, но именно Кембридж, подаривший миру более 70 лауреатов Нобелевской премии, является наиболее серьезной школой в области биологического изучения основ памяти. Еще до сдачи выпускных экзаменов и участия в конкурсе "Jugent forscht" я побывал в Кембридже, прошел там собеседование и тестирование. "Твой средний балл в аттестате не должен быть большим, чем 1,3", - предупредила директор колледжа. (В Германии "единица" - высшая оценка, поэтому чем меньше средний балл, тем лучше. - Прим. ред.)

- И с какой оценкой ты в итоге закончил гимназию?

- Средний балл - 1,1.

- Но высшее образование в Англии стоит больших денег...

- Конечно, Кембридж очень дорогой университет, денег на оплату обучения у моей семьи, разумеется, не было. Помог министр экономики Саарланда Ханс Петер Георги. Он организовал встречу со спонсорами "Ротари клуба", который и финансировал учебу.

- В Кембридже ты уже прижился?

- Все не так просто. Особенно с немецким образованием, которое в принципе не готовит к дальнейшему обучению в таком университете, как Кембридж.

- А в чем проблема?

- На мой взгляд, различие школьного образования в Германии и Великобритании заключается в следующем: немецкая школьная система охватывает большое количество предметов (этика, политика, экономика), многие из которых хотя и важны для общего развития, с другой стороны, сокращают время на изучение естественных наук. В Англии эти предметы вообще не входят в школьную программу. Поэтому все время уходит на основные дисциплины. Я не критикую немецкую школу, но при современном развитии науки уровень подготовки выпускников для освоения фундаментальных знаний в элитных университетах Европы здесь все же недостаточный. Однако я приложу все силы, чтобы остаться в Кембридже.

"Какой из меня русский профессор..."

- ПОХОЖЕ, ты твердо решил заниматься естественными науками?

- Да, больше себя никем и нигде не вижу. Зарабатывание денег как самоцель меня не очень интересует, а филолог-гуманитарий из меня никудышный, ведь вся женская линия моей семьи - гуманитарная: мама и обе бабушки.

- По России не тоскуешь?

- Конечно, тоскую. Ведь я там родился. И там могилы всех моих предков. Очень хочется туда съездить. Каждый день думаю об этом. Правда, воспоминаний становится все меньше, да и поблекли они за 12 лет. Я ведь уехал из Петербурга 9-летним мальчишкой и с тех пор там больше не был. Друзья-знакомые ездят по турпутевкам, рассказывают, какой город красивый. Но мне там армия грозит, так что в ближайшее время Питер не увижу. Да у меня есть еще обязательства перед Саарландом, где я окончил гимназию и благодаря которому я стал студентом Кембриджа. Сначала надо добиться успеха в науке, а потом, я считаю, что просто обязан потрудиться на благо этой маленькой и дорогой для меня немецкой земли. Вот 40 исполнится, сразу в Санкт-Петербург полечу. А получится ли там когда-нибудь преподавать, пока не знаю. Да и с русским у меня уже проблемы, по крайней мере, с письменным. Со временем язык вряд ли лучше станет. Не знаю, какой из меня русский профессор выйдет...

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно