Примерное время чтения: 4 минуты
191

Княжна, дочь народного поэта

ДИСКУССИЯ, развернувшаяся вокруг захоронения останков Николая II и его семьи, вызвала интерес, в частности, к ныне живущим родственникам убитого государя. Одним из представителей Дома Романовых, чье происхождение, факты биографии и политические пристрастия всегда были безупречными с точки зрения отечественных монархистов и зарубежных эмигрантских кругов, является княжна Романова - двоюродная племянница последнего российского императора. На территории Толстовского фонда в пригороде Нью-Йорка нам удалось побеседовать с ней.

Вера Константиновна, ваш отец - внук Николая I, Великий князь Константин Константинович - оставил о себе память во многих областях: герой русско-турецкой войны, энергичный начальник военно-учебных заведений, президент Императорской Академии наук... Но, пожалуй, с самой неожиданной стороны он проявил себя, начав публиковать под псевдонимом "К. Р." свои стихи. Некоторые из них стали песнями - и их распевала вся Россия.

- Да, особенно "Умер бедняга в больнице военной..." В молодости отец командовал ротой Его Величества Измайловского полка. Он обратил внимание на то, как бессердечно обходились с телами умерших солдат. Довезут мертвеца до ближайшего поворота, а дальше гроб отправляется без сопровождения - дескать, "хорони себя сам".

Отец был взбудоражен, возмущен и в первом порыве написал эту балладу. А затем, как должностное лицо, принял меры для пересмотра положения о солдатских похоронах.

Эту песню многие считали народной, не зная автора слов. Отец мне рассказывал, что намного позже, гуляя с адъютантами по Воробьевым горам в Москве, он услышал ту же песню, только говорилось в ней о Порт-Артуре. Но ведь стихи были написаны за 20 лет до японской войны! Просто в тот момент в народе соотносили смерть солдат с событиями в Маньчжурии.

- Вы помните самого Государя Императора?

- Конечно. Как-то он приезжал к нам в Павловский дворец на чай. Я тогда

была совсем маленькой. Помню, мне нужно было идти на свою детскую половину на музыкальный урок. Подошла к родителям попрощаться. А император повернулся ко мне, внимательно посмотрел, погладил по голове, сказал какие-то ласковые слова... Он меня тогда заворожил.

Во время германской войны мы с мамой и братом Георгием были приглашены на завтрак к государю. На сладкое подали замечательный шоколадный крем. Нам предложили добавку. Мы с братом ее съели. Предложили снова. Нам очень хотелось, но мы решили, что это уже будет нарушением этикета, и скрепя сердце отказались.

Мои воспоминания о государе носят какой-то гастрономический оттенок - семейные завтраки, обеды... Но понимаете, к семье, семейной жизни и государь, и мой отец относились с большим вниманием. Общеизвестно, какой заботой стремились окружить друг друга и родителей Великие княжны. Они немного стеснялись своих титулов, домашние их звали просто по именам. И в быту они держались очень скромно. Я, например, точно знаю, что платья старших княжон донашивали младшие.

- У вас остались воспоминания о 1917 г.?

- Помню, как в Петрограде я узнала об отречении государя. Возвращаюсь домой с прогулки по Миллионной улице, а мой лакей Иванов - несимпатичный такой мужчина - встречает меня с красным бантом. Я на него набросилась: "Как ты смеешь, это же против царя!.." А он мне в ответ: "Гы-гыгы, царя больше нету!"

Мы чувствовали приближение чего-то ужасного, но не предполагали, что это будет настолько чудовищным... У меня было шесть братьев и две сестры. Олега смертельно ранили на фронте в 1914 г. После 1917 г. Иоанна, Константина и Игоря сослали сначала в Вятку, а потом в Алапаевск. Там их и расстреляли - вместе с Елизаветой Федоровной, сестрой Императрицы. Тела сбросили в старую угольную шахту. Колчаковцы, которые пришли туда позднее, определили, что в гнилой воде они еще три дня оставались в живых. У Константина во рту нашли землю - он грыз ее то ли от жажды, то ли от страшной боли.

Много лет спустя в Европе, а потом в Америке мне снился один и тот же сон: будто бы я стою спиной к какой-то яме и меня сейчас будут расстреливать... Кошмарный сон, и пробуждение тоже кошмарное: боишься, что сейчас откроешь глаза и увидишь, что тебя действительно пришли уводить на расстрел.

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно