56

"Единство" не должно быть единственным

НА ВОПРОСЫ "АиФ" отвечает Сергей ШОЙГУ - лидер "Единства", вице-премьер российского правительства, министр "самого чрезвычайного" из министерств.

- "Единство" одержало на выборах блестящую победу, а вы в Госдуму не пошли, хотя накануне ("АиФ", 6 октября 1999 г.) заявляли, что, если избиратели выразят вам доверие, уйдете в политику. Итак, вы слукавили, Сергей Кужугетович?

- Не слукавил. Просто и тогда, и сейчас я уверен, что больше пользы могу принести на своем месте - в МЧС, в правительстве. "Единство" десантировало свой передовой отряд в Государственную думу - это главное. А есть или нет в Думе Шойгу - совсем не важно.

- Но люди голосовали за Шойгу.

- Люди голосовали за "Единство"!

- Нет. Люди выбирали людей - Шойгу, Карелина, Гурова. Прошли выборы, и вдруг уже другой лидер - Грызлов - говорит от лица фракции...

- Какой другой лидер? Лидером как был Шойгу, так и остается. Мы в своем движении вперед не останавливаемся, продолжаем построение партии.

- Не на пустом месте. У вас такое богатое наследие партий власти - КПСС, ДВР, НДР...

- Вы, конечно, понимаете, что мне бы не хотелось ассоциироваться с таким наследием. Вы заметили, что на первом съезде и на нынешнем политсовете "Единства" не было до боли знакомых лиц в том изобилии, в котором они присутствуют на любом другом съезде?

- Хорошо, а зачем нам вообще нужна партия? Тем более что все так не ново, уже было, строились в ряды...

- Никто никого не собирается строить, одергивать - куда пошел, стой там... Приходите со своими делами, идеями - главное, чтобы они вписывались в то, что проповедуем мы. Я никогда не говорил, что "Единство" должно быть единственной политической силой в стране. Я никогда об этом не говорил и не скажу. Потому что если это произойдет, мы точно, один в один, повторим то, что сделала КПСС. Нам нужна как воздух многопартийная система. Но когда на выборы идут регистрироваться 126 партий и движений - это полный бред. Ну, в конце концов, должна же наша российская демократия дорасти до того, чтобы у нас было правое крыло, левое крыло и центр. При таком раскладе мы - правящая партия, потому что человек, о поддержке которого мы заявили задолго до начала выборной гонки, стал президентом. Если завтра президент объявит о своей принадлежности к КПРФ, тогда у нас КПРФ будет правящей партией, не приведи Господи.

- А вы не боитесь, что как партия Путина вы соберете под свои знамена конформистов, которые рассядутся по вашим партийным лавкам, как галки на ветках?

- Хороший вопрос, просто изумительный! А вы посмотрите, что сегодня происходит. Президент публично не объявляет о своей партийной принадлежности, а строительство партии идет - не сверху вниз, а снизу вверх. Проходят региональные конференции, люди выбирают координационные советы, лидеров, создают отделения партии у себя на местах. На съезд мы соберемся, чтобы сказать - мы объединяемся. И вот тут может начаться то, о чем вы говорите. Но для того чтобы в "Единстве" что-нибудь перекроить, надо созывать партийную конференцию, опять-таки снизу вверх. Так что если кому-нибудь из губернаторов захочется нас поддержать, ему придется стать рядовым членом партии и дальше уже делом доказать, может он быть лидером нашей партии в своем регионе или нет. Беспринципность в выборе партнеров чревата. Мне бы вообще хотелось, чтобы в нашей партии было как можно больше людей, которые не были когда-либо политически ангажированы партиями или политическими движениями. Врачи, преподаватели, ректоры университетов, ученые. Это не серая масса, а думающие люди, которых, как вы говорите, непросто строить в ряды и колонны. Но объединяясь, неминуемо придется и размежевываться. Тот, кто всерьез и основательно поддерживает нас, кто мне верит, те и дальше будут доверять. А те, для кого это было сиюминутное решение, уйдут. Это не только к рядовым партийцам относится, но и к лидерам. Если ты действительно думаешь, как излагаешь о том, что твоя основная забота - не твоя личная судьба, а судьба страны, твоего народа, партии в конце концов, которую ты возглавляешь, которую ты создал, - будь готов поступиться личными амбициями.

- Кстати, об амбициях. Накануне президентских выборов вас как-то явно, нарочито убрали с телеэкрана. Именно вас. Это был пиаровский ход - сосредоточить внимание на господине Путине? По нашим сведениям, было даже дано такое указание.

- Я такое указание сам себе дал. Понимаете, там и без меня хватало разных замечательных лиц. Президентская гонка - кандидатов уйма, им всем надо "светиться". А мне-то чего среди всего этого делать? Тем более что я еще во время парламентских выборов убедился в справедливости высказывания одного из сенаторов, который говорил, что очень опасное дело - кидаться грязью, можно промахнуться, а на руках-то грязь останется. Многие после парламентских выборов не знают, где руки помыть. Бог им судья, я никому не собираюсь быть ни прокурором, ни адвокатом.

- Со времени своего дебюта на политической сцене вы сыграли - довольно успешно - несколько ролей. Сначала отца-донора, который дал жизнь "Медведю". Затем - личного имиджмейкера будущего президента. А теперь на очереди роль партийного босса?

- Ну нет, это все мне не свойственно. Я - прежний. Спасателем был, спасателем и останусь. Я вам больше скажу. Если у меня появится ощущение, что я слишком далеко ушел от своей работы, я это исправлю. И очень быстро.

- За это время вы были у Ельцина?

- Вы знаете, нет. Порядок прежний - я с удовольствием навестил бы Бориса Николаевича, но только тогда, когда позовут. В отличие от многих из тех, кто с ним работал, а теперь клеймит его позором, я никогда не допускал этого. Он - первый президент государства российского. Всеми теми свободами, которыми мы обладаем - слова, поступка, веры, - мы должны быть обязаны ему. Он один из немногих политиков, которые не струсили в 91-м. Он шел до конца. И я тоже ни о чем не жалею.

Смотрите также:

Также вам может быть интересно