349

С ФИЛЬМА АБУЛАДЗЕ НАЧАЛАСЬ ИСТИННАЯ ПЕРЕСТРОЙКА. Как к народу пришло "Покаяние"

ЭТОТ фильм Тенгиза Абуладзе стал для всех шоком. По-настоящему, с него и началась перестройка - не формальная, не официальная, не на словах, а истинная, на деле. Фильм вышел у нас на широкий экран в январе 1987 г., в мае того же года получил мировое признание - был удостоен Большого специального приза жюри, Экуменического приза и приза ФИПРЕССИ в Канне на юбилейном, 40-м фестивале. Но перед этим было полгода, в течение которых картина, снятая еще в 1984 г., выходила "из подполья". Мне удалось посмотреть этот фильм именно тогда, в сентябре 1986-го, и единственной мыслью было - ведь этого же никто никогда не увидит...

Сегодня уже нет в живых Тенгиза Абуладзе. А "Покаяние" стало почти хрестоматийным, "дежурным" символом перестройки. Фильм неоднократно шел по телевидению, в кинотеатрах. Путь его на экран стал сюжетом одной из серий в телефильме "Вторая русская революция" - "Битва за гласность", снятом Би-би-си: для Запада это тоже был важнейший знак перемен. Но как коротка наша память! И, наверное, вас поразит сегодня напоминание о том, как долго, мучительно и почти безнадежно картина шла к людям.

Всякая история по законам драматургии имеет начало, сюжетный "толчок" и, разумеется, главного героя. У истоков "обнародования" "Покаяния" стоял кинорежиссер Элем Климов, в мае 1986-го избранный первым секретарем Союза кинематографистов СССР.

Шел тогда глухой слух, что в Грузии Тенгиз Абуладзе сиял антисоветский, антибериевский, антисталинский фильм и "тайный" продюсер - сам Шеварднадзе. Напоминаю - это 1986 год, ничего "антисоветского" в помине быть не могло! А в Союзе кинематографистов, который тогда стал уже влиятельной политической силой (здание на Васильевской, 13, даже называли "островом свободы"), идут вовсю заседания конфликтной комиссии: она смотрит запрещенные в разные времена картины, и они готовятся к выходу на экран.

Грузинский КГБ "настучал" тогда Чебрикову: Абуладзе снял антисоветский фильм ("Покаяние" снималось только благодаря личной поддержке Шеварднадзе, по заказу грузинского телевидения, полуподпольно). И есть опасения, что он попадет на Запад. Это была провокация. Уже начались обыски в Тбилиси - в тех домах, где "крутили", видели картину. Говорят, Горбачев (дело и до него дошло) спросил у Шеварднадзе: что за антисоветский фильм снял Абуладзе? А Эдуард Амвросиевич ответил: что вы, Абуладзе - коммунист, член партии, ничего антисоветского он сделать не может, это картина об антизаконных действиях в стране в прошлом...

Фильм нашли, и вот в полупустом Белом зале на Васильевской конфликтная комиссия смотрит его. Кончился фильм, и Климов сказал: никаких резюме, заявлений, заключений, это дело политическое, я займусь им лично, сам, один. Он пошел в ЦК к Александру Николаевичу Яковлеву, тот был тогда заведущим Отделом пропаганды, сказал, что есть такой фильм. Он попросил копию. Посмотрел: "Это же какой-то сюрреализм!" - "В хорошем или плохом смысле?" - "В хорошем, конечно, в хорошем! Но при всей моей симпатии к талантливому фильму это дело политическое. Будет очень трудно его выпустить, пробить эту стену". Было ясно: фильм - такая мощная сигнальная ракета для всех, и если он выйдет - это станет знаком полного политического поворота у нас в стране.

Позже Яковлев пригласил Климова на встречу с женами членов и кандидатов в члены Политбюро: "Вам бы пойти, пообщаться, ведет Раиса Максимовна. Надо быть готовым практически ко всему..." Климов поехал на Ленинские горы, во Дворец приемов. Большой зал. В центре - Раиса Максимовна, напротив - Климов за столиком. Полукругом сидят жены. Пошли вопросы. И вдруг - вопрос по "Покаянию". (Значит, они уже видели, "по дачам" фильм уже пошел, а там и решались судьбы наших картин.) И было видно сразу, какую ярость у жен вызывает фильм. В результате встреча эта получилась весьма драматической - из-за "Покаяния". Стало окончательно ясно: фильм неприемлем...

Лето 86-го. Полная безнадега. Там, на верхах, решалась не просто судьба фильма - судьба мира... Начали придумывать хитрые ходы: выпустить фильм пробным показом по грузинскому телевидению. Тогда Климов пошел к Ермашу, председателю Госкино СССР: "Этот фильм должен выйти сразу в широкий прокат, чтобы его увидели миллионы".

Не знаю в точности всех подробностей того, что решалось по фильму "в верхах", но за довольна короткое время, к январю 1987-го, "Покаяние" все-таки вышло. Неожиданно подключился, помог Лигачев. А окончательное слово сказал Горбачев - так рассказывают!

И были очереди, толпы у кинотеатра "Россия". Люди обнимались, плакали... Потом был триумф, овации в Канне. "Покаяние" обошло весь мир.

Смотрите также:

Также вам может быть интересно