82

ИСПОВЕДЬ РАЗВЕДЧИКА. Как я переспал с агентом

Хотелось бы через "АиФ" от лица всех наших мужчин - офицеров разведки поздравить всех женщин с праздником 8 Марта, с праздником весны. А особенно - мою жену, с которой мы уже более 40 лет делим радости и печали, трудности и успехи. И я рад, что в нашей семейной жизни не было каких-либо серьезных трещин, несмотря на то, что во время одной из загранкомандировок мне пришлось принимать неординарное решение.

С САНКЦИИ руководства резидентуры я вел работу с сотрудницей посольства США, с которой познакомился на одном из приемов.

Это действительно была работа разведчика, так как, быстро убедившись, что Джессика может стать хорошим источником секретной информации, я решил, что ее надо постепенно вовлечь в сотрудничество, не раскрывая при этом моей принадлежности к внешней разведке КГБ.

Джессика, как мне казалось, выкладывала все, что знала. Мне даже не нужно было ее ни о чем спрашивать. Почему-то она не любила многих сотрудников своего посольства, давала им нелестные характеристики. Особую неприязнь вызывали у нее, как она говорила, "эти люди из ЦРУ, которые никому не дают спокойно жить". Назвала мне имена некоторых из них, в том числе и "главного". Проверка по учетам Центра подтвердила, что "эти люди" действительно являлись кадровыми разведчиками.

Однажды, после очередной встречи в одном из ресторанов, Джессика сказала:

- Алекс! Мне надоели эти рестораны и кафе. Приходи завтра вечерком ко мне, если не забыл дорогу, есть маленький повод, а какой - пока не скажу. Я приготовлю мой любимый яблочный пирог, что-нибудь еще, и мы тихо, спокойно поужинаем. Только прихвати с собой бутылочку чего-нибудь крепенького.

Я, естественно, согласился.

НА ДРУГОЙ день, не исключая, что по случаю "повода" у Джессики могут быть еще какие-то гости, я напялил на себя свой "выходной" костюм, нацепил вместо галстука приобретенную еще в США бабочку, взял бутылку "Джонни Уокера" из своих запасов, купил по дороге букет алых роз и в назначенный час прибыл к моему ценному источнику информации.

Стол Джессика приготовила роскошный, но приборов на нем было всего на две персоны. В центре стола красовался круглый яблочный пирог, утыканный маленькими свечками, рядом стояло блюдо с разнообразными фруктами и бутылка белого сухого французского вина. А потом к этому добавились ароматные и здоровенные креветки, приготовленные в остром соусе, жареная рыба, хрустящие картофельные палочки.

Джессика много рассказывала о себе, а я сидел и слушал ее исповедь. В какой-то момент у нее даже слезы появились.

И тут случилось то, что, наверное, могло случиться много раньше, не будь я так верен "моральному кодексу" советского разведчика. Какая-то нечистая сила подняла меня с кресла, я подошел к ней и нежно поцеловал. Джесси обняла меня и одарила жарким поцелуем в губы. А потом сказала:

- Не удивляйся тому, что ты сейчас услышишь... Знаешь, на кого ты очень похож? На моего любимого киноактера Марлона Брандо. Только глаза у него карие, а у тебя голубые. Я давно ждала твоего поцелуя и давно хотела поцеловать тебя. Неужели ты этого не замечал?

С этими словами Джесси отцепила мою бабочку, отнесла ее в спальню и положила на трюмо. Потом вернулась ко мне, расстегнула пуговку на воротнике рубашки и предложила снять пиджак: "Ты же не на приеме в каком-нибудь посольстве. Чувствуй себя как дома". Я повиновался, снял пиджак, а она взяла его, тоже отнесла в спальню и аккуратно повесила на стул.

- А теперь полагается принять душ, - с улыбкой сказала Джесси, таинственно посмотрев мне в глаза, и вышла в коридор.

О ЧЕМ я думал, когда Джесси ушла в ванную, когда сообразил, к чему идет дело? И думал ли вообще о чем-нибудь? Или в голове был сумбур? Да, думал. И сумбур был, и всякая чушь в голову лезла. Прежде всего я вспомнил слова резидента: "Как бы не пахло тут провокацией" и его палец перед носом: "Без санкции Центра ни-ни-ни!" Но никакого выбора уже не было. Игра шла ва-банк: либо ЭТО должно случиться сегодня, сейчас, либо, если я встану и уйду вместе с "моральным кодексом", я больше не увижу Джесси никогда и одним источником информации у резидентуры станет меньше. Получалось, что выбор все же был! Не было времени на получение "санкции", решение надо было принимать самому. Я решил, что не имею права не только потерять "источник", но и осрамить Россию. Да и девочка была очень хороша...

Пока Джесси отсутствовала, я, проявив оказавшуюся в данном случае неуместной "бдительность", быстренько проверил, хорошо ли заперта на замок и цепочку входная дверь, осмотрел стенные шкафы, заглянул даже на балкон и под кровать в спальне. Никого не было, все было спокойно. Конечно, по теории, могли быть "жучки" где-нибудь в кровати или под столом, а то и кинокамера, замаскированная, например, за зеркалом трюмо. Со стороны ЦРУ можно было ожидать любой пакости...

И тем не менее я отмел мысли о провокации, окончательно успокоился, почувствовав, что все должно быть "о'кей", что готов к "подвигу" ради идеи.

Минуты через три или четыре, когда я только что слопал еще одну вкуснейшую креветку, слышу голос:

- Алекс! Иди же сюда! Вхожу в спальню. Темно. Но на фоне света, падающего из коридора, ведущего в ванную, вижу: в проеме двери стоит Джесси, босиком и лишь в тоненькой прозрачной комбинации, сквозь которую отчетливо видна ее чудесная фигурка.

- Что ты там расселся? Жуешь еще чего-то... У вас в России не моются, что ли?

Черт побери! Это что-то для меня новое. Я даже с женой вместе не мылся. Но делать нечего, надо "переходить Рубикон".

А потом свершился и подвиг. По-моему, на достаточно высоком уровне. Даже подумалось: хорошо, что не было пресловутой "санкции"...

Алексей ХОЛОДКОВ, полковник.

Смотрите также:

Также вам может быть интересно