Примерное время чтения: 6 минут
60

ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ. Встреча с читателями

* Возможен ли подлинный хозрасчет предприятий при сохранении министерств в нынешнем виде?

* Не стоит ли уже сейчас ввести конвертируемость рубля?

* Почему во время процессов 30-х годов следователи "выбивали" у арестованных признания в несовершенных преступлениях, вместо того чтобы просто подделать их подписи в протоколах?

ЭТИ И МНОГИЕ ДРУГИЕ ВОПРОСЫ прозвучали в Большом зале Центрального Дома кинематографистов в Москве во время встречи читателей с авторским активом и членами редколлегии еженедельника "Аргументы и факты". В ней приняли участие член-корреспондент АН СССР П. Г. БУНИЧ, известный советский историк Р. А. МЕДВЕДЕВ, лауреат Государственной премии СССР писатель А. И. ПРИСТАВКИН, член-корреспондент АН СССР В. Н. ТИХОМИРОВ.

Вел встречу главный редактор еженедельника В. А. СТАРКОВ.

Отвечая на вопрос о хозрасчете и министерствах, П. Г. Бунич отметил, что принципы хозрасчета отнюдь не исключают существование министерств как таковых. В десятках стран, где предприятия работают на хозрасчете, имеются министерства или органы, проводящие государственную политику. Другое дело, что министерства в том виде, в каком они существуют сейчас у нас, выступают по отношению к предприятиям как хозяйственные органы, командуют ими и поэтому всячески противятся введению на предприятиях подлинного хозрасчета. Задача и состоит в том, чтобы превратить их из органов хозяйственных в органы государственные.

Что касается конвертируемости рубля, то ввести ее можно, разумеется, хоть сегодня, если отбросить чувство ложного патриотизма и установить реальный курс.

Но дело не в этом. Даже если будет установлен низкий курс рубля, иностранные партнеры будут покупать нашу валюту лишь в том случае, когда у них появится возможность приобрести на эти рубли что-нибудь на советском рынке. Сейчас у них такой возможности почти нет, поскольку вся продукция наших предприятий расписана по планам внутреннего рынка.

Во-вторых, даже если бы наши предприятия и хотели продать свою продукцию иностранным партнерам, у многих из них это не получилось бы, поскольку их изделия не соответствуют требованиям мирового рынка и их можно продать только по таким низким ценам, что это будет лишь себе в убыток.

Таким образом, введение конвертируемости рубля предполагает наличие хорошей экспортной базы, которой у нас пока, к сожалению, еще нет.

Историку Рою Медведеву был задан, в частности, вопрос - какие изменения, по его мнению, могли бы произойти у нас в стране, если бы судьба дала Ю. В. Андропову возможность еще несколько лет оставаться на посту Генерального секретаря ЦК КПСС? Р. Медведев отметил, что Ю. В. Андропов проявил большую решимость в борьбе с разложившимися партийно-государственными кадрами разного уровня, с так называемой "брежневской мафией". Если бы не усилия Ю. В. Андропова, возможно, не было бы нынешней перестройки.

В то же время личность Ю. В. Андропова - противоречивая, сложная. Он, по мнению историка, не дал бы нашей стране сегодняшней гласности, сегодняшней демократизации. При Андропове были приняты очень суровые, репрессивные по характеру меры против инакомыслия. В то же время он много сделал в борьбе против коррупции, злоупотреблений, бюрократии.

Так что три-четыре дополнительных года жизни могли позволить Ю. В. Андропову продолжить расчистку пути для перестройки. Хотя такая работа ведется и сейчас, идет она сложно, тяжело, встречается с упорным сопротивлением, которое, однако, необходимо сломить для того, чтобы продвинуться дальше.

Р. Медведев прокомментировал показанный участникам встречи документальный фильм 1938 г. "Враги партии - враги народа" о процессе над так называемым "право-троцкистским блоком". Отвечая на вопрос, почему следователи НКВД считали недостаточным "просто" подделать подписи под протоколами допросов обвиняемых, а устраивали по приказу Сталина целые спектакли с "искренними признаниями" ни в чем не повинных людей, Р. Медведев сказал, что в задачу следователей входило в первую очередь сломить волю подсудимых.

Нужные показания они действительно могли сочинить сами и поставить подпись, хотя иногда делали это безграмотно, грубо. Один следователь, например, написал, что подсудимый "хотел уничтожить танки на всех танкерах Советского Союза". Важно было также выбить обвинения в адрес других людей. Существовала даже норма: секретарь обкома должен был назвать 40 "заговорщиков", секретарь райкома - 20.

Кроме того, процессы над жертвами сталинского террора по нескольку раз репетировались, вначале отдельно следователями, затем приводили подсудимых, разыгрывался спектакль с приглашением публики, кинооператоров, зарубежных гостей. При этом подсудимые не знали, происходит ли репетиция суда или же идет настоящий процесс. Были специальные "режиссеры", была специальная "режиссерская комната", откуда управляли всеми выступлениями, в том числе и самого Вышинского. В случае сбоев обвиняемых уводили и жестоко избивали. Как оказалось, лицами, которые охраняли обвиняемых в зале суда, как правило, были переодетые в солдатскую форму следователи подсудимых, контролировавшие "правильность" показаний обвиняемых.

Руководил этими спектаклями Заковский, который показал себя наиболее "талантливым" организатором процессов 1936- 1938 гг. Позже, когда Сталин решил, что больше необходимости проводить процессы нет, он приказал расстрелять Заковского.

Писатель А. Приставкин, отвечая, в частности, на вопрос, почему в "Неделе совести", посвященной памяти жертв сталинских репрессия, не принял активного участия, в отличие от других творческих союзов, Союз писателей СССР, сказал, что, разумеется, трудно ответить за весь Союз писателей, тем более что Союз писателей традиционно делился на две трудносовместимые части: руководство Союза писателей и сам Союз писателей.

Верхние структуры Союза писателей были созданы в незапамятные сталинские времена с функциями идеологических надсмотрщиков, с тем чтобы держать писателей "в послушании". Союз мало изменился за эти годы, оставаясь инструментом административно-командной системы, и пока никаких перемен не предвидится.

На многочисленные вопросы участников встречи ответил главный редактор еженедельника "Аргументы и факты" В. Старков. Аудиторию интересовали, в частности, условия работы редакции еженедельника, ее состав, причины, объясняющие стремительный рост тиража издания до 20,5 млн. экземпляров. Главный редактор отметил, что основной своей задачей молодой творческий коллектив редакции считает утоление информационного голода, который все еще очень силен. Это объясняется, кроме того и тесной обратной связью с читателями, ведь подавляющее большинство материалов еженедельника так или иначе связано с письмами читателей, отвечает на их вопросы.

Поступила и такая записка: "Кинематографическая общественность выражает сомнение в том, что редакция не пользуется никакими спецблагами и персональными автомашинами. Народный артист СССР".

Отвечая на этот вопрос, В. Старков отметил, что редакция работает в сложных условиях, она размещена в трех тесных квартирах жилого дома, нередко вообще не имеет транспорта даже для доставки рукописей и верстки в типографию, а тем более персональных машин. Едва ли, заметил он, к спецблагам можно отнести "уазик", называемый в народе "козлом", с брезентовой крышей, который в эти дни выделила редакции автобаза Всесоюзного общества "Знание".

Были даны ответы на многие другие вопросы собравшихся.

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно