231

ВОЗВРАЩАЯСЬ К НАПЕЧАТАННОМУ. Их путь пролег на Колыму

Статья "Убийство Кирова. Некоторые подробности" ("АиФ", 1989, N 6) вызвала многочисленные отклики наших читателей. Один из них нам прислал старший научный сотрудник Магаданского областного краеведческого музея А. КОЗЛОВ.

СМОТРЮ пожелтевшие номера газеты "Правда" за 1935 г. Совсем недавно она писала о приговоре над убийцей С. М. Кирова Л. В. Николаевым и 13 его "сообщниками", и вот новое сообщение: "23 января сего года в г. Москве Военная Коллегия Верхсуда СССР под председательством В. В. Ульриха в составе членов коллегии Матулевича и Голякова рассмотрела дело по обвинению бывшего начальника Ленинградского управления НКВД СССР Медведя Ф. Д., его заместителей Запорожца И. В., Фомина Ф. Т. и сотрудников Ленинградского управления НКВД Горина-Лундина А. С., Губина А. А., Котомина М. И., Янишевского Д. Ю., Петрова Г. А., Бальцевича М. К., Мосевича А. А., Белоусенко А. М. и Лобова П. М... Данными судебного следствия и признаниями обвиняемых установлено, что бывший начальник Ленинградского управления НКВД СССР Медведь Ф. Д., его заместители... сотрудники Ленинградского управления НКВД... и особенно Бальцевич М. К., имевший по своей должности непосредственное отношение к делам о терроре... проявили не только невнимательное отношение, но и преступную халатность "к основным требованиям охраны государственной безопасности и не приняли необходимых мер охраны.

Медведь Ф. Д., Запорожец И. В. и Горин-Лундин А. С. не приняли мер к своевременному выявлению и пресечению деятельности в Ленинграде террористической зиновьевской группы, в том числе убийцы т. Кирова злодея Л. Николаева, хотя они имели все необходимые для этого возможности. - Все обвиняемые по настоящему делу полностью признали себя виновными по предъявленным им обвинениям. Военная Коллегия Верхсуда СССР приговорила: 1) Бальцевича М. К. ...к заключению в концлагерь на 10 лет, 2) Медведя Ф. Д. и Запорожца И. В. ...к заключению в концлагерь на три года каждого. 3) Губина А. А.. Котомина М. И. и Петрова Г. А. ...к заключению в концлагерь на три года каждого. 4) Фомина Ф. Т., Горина-Лундина А. С.. Янишевского Д. Ю.. Мосевича А. А., Белоусенко А. М. и Лобова П. М. ...к заключению в концлагерь на два года каждого".

Исходя из этого сообщения, многие делают выводы, что к осужденным ленинградским чекистам был применен суровый приговор. Однако на самом деле все было по-другому. Не зная судьбы М. К. Бальцевича, хочу уточнить, что через два с половиной месяца после приговора все остальные осужденные ленинградские чекисты оказались на Колыме. Там они были использованы на работе в Дальстрое.

Этот государственный трест но промышленному и дорожному строительству, организованный постановлением Совета Труда и Обороны 13 ноября 1931 г. и широко использовавший труд заключенных, возглавлялся известным чекистом Э. П. Берзиным. Активному участнику подавления левоэсеровского мятежа в Москве и разоблачения заговора Локкарта, принципиальному и честному коммунисту, ему удалось создать сплоченный коллектив, который как раз добился наиболее значительных успехов по добыче золота. Сам Э. П. Берзин с конца 1934 г. находился на "материке", был в длительном отпуске, но одновременно решал и многие производственные вопросы, связанные с работой Дальстроя. Вполне естественно, что с ним договорились об использовании осужденных ленинградских чекистов.

Встречал же их на Колыме в середине апреля 1935 г. заместитель Э. П. Берзина З. А. Алмазов. Некоторые из бывших чекистов приехали с семьями, и он помог им в создании нормальных жилищных условий.

Ф. Д. Медведь был назначен заместителем начальника Оротуканского горнопромышленного района, а И. В. Запорожец и Ф. Т. Фомин занимали такие же должности соответственно в Тасканском горнопромышленном районе я Управлении дорожного строительства. Практически незнакомые с новой работой, они вместе с тем показали себя энергичными и опытными организаторами.

Вернувшийся из отпуска Э. П. Берзин (постановлением ЦИК СССР от 22 марта 1935 г. он был награжден орденом Ленина) провел реорганизацию Даль строя. Вместо Горного управления с различными районами были созданы два горнопромышленных управления: Южное (ЮГПУ) с центром в Оротукане и Северное (СГПУ) - в Хаттынахе. Начальником ЮГПУ стал Ф. Д. Медведь. За высокие показатели, достигнутые к 18-й годовщине Октября, он был награжден золотыми часами, а И. В. Запорожец - импортным ружьем.

С начала 1936 г. И. В. Запорожец возглавил все управления дорожного строительства Дальстроя. К себе он взял заместителем Ф. Т. Фомина.

Ну, а что же другие осужденные ленинградские чекисты? Известный колымский геолог 30-х годов Б. И. Вронский, вспоминая Ф. Д. Медведя, писал: "Большинство его подчиненных стали начальниками приисков. Многие из них получили назначение во вновь организованное Северное горнопромышленное управление. Все эти люди оказались на месте, и дела в новом управлении шли успешно. В частности, бывший чекист А. А. Губин работал начальником прииска "Штурмовой".

Вместе с тем в конце августа 1936 г. на Колыму вместе с секретарем Далькрайкома партии Л. И. Лаврентьевым (Картвелишвили), председателем Далькрайисполкома Г. М- Круговым приезжал начальник Управления НКВД по Дальнему Востоку, комиссар государственной безопасности 1-го ранга Т. Д. Дерибас. По всей видимости, он встречался с Ф, Д. Медведем, И. В. Запорожцем, Ф. Т. Фоминым, так как даже газета "Советская Колыма" от 1 сентября 1936 г. писала: "За время своего пребывания на Колыме руководители края осмотрели трассу на всем ее протяжении до Хаттынаха, а также посетили ряд приисков".

Есть данные, что Т. Д. Дерибас провел совещание с работниками У НКВД по Дальстрою и на нем присутствовали бывшие ленинградские чекисты А. С. Горин-Лундин, А. А. Мосевич и П. М. Лобов. Все они занимали руководящие посты. А. С. Горин-Лундин со второй половины 1936 г. являлся "и. о. начальника УНКВД по Дальстрою". А. А. Мосевич - начальником секретно-политического отдела, а П. М. Лобов - начальником оперативного отдела. Возможно, что эти перемещения находились в прямой зависимости с изменениями, происшедшими в высшем эшелоне власти, когда в конце сентября 1936 г. на место наркома внутренних дел Г. Г. Ягоды пришел Н. И. Ежов. Во всяком случае они будут трудно объяснимы, если не считать, что А. А. Мосевич, П. М. Лобов и в первую очередь А. С. Горин-Лундин были назначены с его ведома. Являвшиеся по-прежнему "опальными", они устраивали Н. И. Ежова, так как, выдвинутые на ключевые посты в Управлении НКВД по Дальстрою, могли быть использованы по его усмотрению. А надавить на них не составляло особого труда, ибо дело об убийстве С. М. Кирова не предавалось забвению, а пополнялось новым содержанием.

Наверное, в связи с этим А. С. Горин-Лундин писал доносы на директора Дальстроя Э. П. Берзина, обвиняя его во многих грехах, в том числе и в шпионаже в пользу Японии. В конечном итоге это послужило тому, что тот был отозван Н. И. Ежовым в отпуск и арестован на станции Александров 19 декабря 1937 г. Спустя семь с половиной месяцев Э. П. Берзин был расстрелян. К этому времени бывших ленинградских чекистов уже вывезли с Колымы. Вне всякого сомнения, что это было связано с подготавливавшимся процессом по делу Н. И. Бухарина. А. И. Рыкова, Г. Г. Ягоды и других. Последний объявлялся Вышинским организатором убийства С. М. Кирова.

Однако один бывший ленинградский чекист еще оставался на Колыме. Им был Ф. Т. Фомин, которого не коснулась рука ежовского "правосудия". После отъезда И. В. Запорожца он с 1 августа 1937 г. возглавлял Управление дорожного строительства Дальстроя. Спустя несколько месяцев новый директор (начальник) треста К. А. Павлов назначил на эту должность Р. П. Аугшкапа. Ф. Т. Фомин стал его заместителем, а с конца мая 1938 г. в течение более чем 11 месяцев руководил Тенькинским дорожно-строительным районом. 14 апреля 1939 г. о нем еще писала газета "Советская Колыма". А 8 мая до Ф. Т. Фомина все-таки "дотянулся" новый нарком НКВД Л. П. Берия. Федор Тимофеевич был арестован. Только через год после смерти И. В. Сталина его реабилитировали. Являясь персональным пенсионером, Ф. Т. Фомин написал воспоминания, которые под названием "Записки старого чекиста" выдержали два издания. В них он ни одной строчкой не смог упомянуть имен своих товарищей по Ленинградскому управлению НКВД и по работе на Колыме. Какова же в точности судьба Ф. Д. Медведя, И. В. Запорожца и других, мы так пока и не знаем.

По-видимому, подобное отношение к ленинградским сотрудникам НКВД можно объяснить тем, что они входили в то же ведомство, что и руководители Дальстроя. Последующая трагическая судьба ленинградских чекистов связана, возможно, с тем, что новое руководство НКВД (Л. Берия) устраняло тех, кто в какой-то степени мог оспорить официальную версию событий 1 декабря 1934 года.

Смотрите также:

Также вам может быть интересно