Примерное время чтения: 6 минут
82

ПОЧТА "АиФ" (11.09.1991)

За и против

Мне стыдно

Я ОДИН из тех, кто не встал на баррикады, не сказал "да", но и не сказал "нет" ГКЧП. Нас много. Мне стыдно за нас.

Мне стыдно перед Ельциным и Боннэр, перед Лужковым и Руцким, перед женщинами и мужчинами, девочками и мальчиками, которые нагромоздили баррикады за меня, за нормальную жизнь.

И эти трое, которых нет. Теперь нам надо работать, чтобы нас не съела совесть, чтобы быть заодно с людьми 21 августа.

Л. Тимощук

Всего один процент

НЕ ПОНИМАЮ, какую победу демократии так славят наша печать и телевидение? Я видела собственными глазами: у здания Верховного Совета РСФСР собралось не более 50 тыс. человек, а это не составляет и 1% от жителей Москвы. Остальные же 99% не вышли на площадь, я уверена, не потому, что чего-то побоялись, а потому, что программа ГКЧП им пришлась по душе. Всем хочется порядка, хотя бы сносных условий жизни. Демократы же, за которых мы совсем недавно голосовали, лишь внесли раскол в народ, посеяли ненависть и беззаконие. Поведение тех, кто был на площади, совсем не выражение настроения большинства.

Н. Завьялова, Москва

* * *

Рядом с нами

Три судьбы

МОЙ дед И. Волк родился в 1828 г. в селе Королевка Михалпольской волости Летичевского уезда Каменец- Подольской губернии. Было крепостное право. Помещик Радзивилов решил в 1853 г. отдать деда в рекруты. Пришли в дом урядник и стражник, не дав ему собраться, забрали в волость. Там кузнец заковал деда в кандалы и повезли его на санях в уезд...

Мне сейчас пошел восьмой десяток. В 1950 г. в том же Михалпольском районе, куда я вернулся после войны, военком майор Лехман вызвал меня в военкомат и предложил с ходу показаться медкомиссии под его председательством. Признали годным. Посадили в попутную бортовую автомашину и в сопровождении офицера отправили в облвоенкомат г. Проскурова, не дав забежать домой, проститься со старой матерью, женой и с сыном, которому шел четвертый год. Облвоенкомат был обнесен колючей проволокой. Часовые не подпускали родственников ближе чем на 10 м к заграждению.

9 июля 1991 г., собрав документы, мой внук явился в райвоенкомат. Его тут же посадили в автомашину и отвезли на городской призывной пункт. Внук лишь успел позвонить на работу матери, которая тут же приехала вместе со мной к нему. Повидаться нам не разрешил капитан, стоявший с красной повязкой на рукаве в проходной.

Да, в армии надо служить всем, честно и добросовестно. Но такая "отправка" уж очень напоминает...

Р. Волк, Москва

И он ушел из жизни

ЭТО письмо меня заставила написать моя боль, моя вина. Дело в том, что я врач-сексопатолог, правда, стаж моей практической работы еще невелик - всего пять лет. Два года назад ко мне пришел молодой человек, ему было 22 года и сказал, что он не нужен для общества, потому что он - гомосексуалист. Обычно таких людей мы ставим на учет, но я не стал этого делать. Он пришел ко мне в отчаянии. Жизнь потеряла для него смысл, он боялся, что его не смогут понять друзья, и он старался их избегать.

Когда я обследовал его, то он был совершенно здоров, но немного нервозен. Конечно, как врач и как человек я его успокоил и хотел очень помочь, но оказалось все напрасно. Через три месяца он покончил жизнь самоубийством.

Теперь я хожу с чувством вины перед ним и его родителями, хотя они, как выяснилось потом, ничего и не знали. Эта история гложет меня до сих пор. Ведь я поступил не как врач, а как простой человек, который хотел помочь нуждающемуся в этом. Мне очень бы хотелось поверить в то, что существует какая-то организация, способная защитить этих людей. Может быть, действительно лучше направлять этих людей в ассоциацию сексменьшинств, чем пытаться их лечить? Пусть лучше они живут своей жизнью, также радуясь ей, как мы.

Г. Степанов, Бишкек

* * *

Обратная связь

Обретите счастье

НЕДАВНО вы напечатали письмо заключенного из Пермской области, где он пишет о безысходности своего положения, о том, что его никто не ждет. Я не отношусь к числу обездоленных или неудачников, несмотря на отсиженный "червонец", но мне жаль этих людей. Помогите им, если не хотите взрыва преступности, ее ожесточения. Я пытаюсь организовать службу знакомств для заключенных. Вот уже с июня месяца переписываются мужики с женской зоной в Краснодарском крае. Кто-то язвительно улыбнется, но если бы вы могли прочитать письма, которыми они обмениваются, послушать, как рецидивист строит планы на жизнь, давно, по его мнению, загубленную! Недавно газета "Двое", спасибо ей громадное, опубликовала мое объявление, и я получил более двух десятков писем и продолжаю получать. Письма от вольных женщин, где они пишут, что хотя и страшно, так как много ужасов пишут о зэках, они бы хотели познакомиться с заключенными. Пишут простые женщины, готовые принять в свой дом мужика, побитого жизнью, но желающего наладить ее. Прошу вас помочь опубликовать мое письмо о том, что организуется служба знакомств и для заключенных. Писать по адресу: 350034, Краснодар, 34, учр. УО-68/14. бриг. 30 на имя Капральченко Владимира Васильевича.

В. Капральченко, Краснодар

Оказалось не все так прозаично

Уважаемая редакция! В моем сумбурном интервью в "АиФ" (N 33) сразу по горячим следам событий в ночь с 20 на 21 августа есть одна неточность, которая существенным образом искажает роль депутата Румянцева и др. Из интервью получается, что они пришли под злополучный мост, когда уже все было сделано. Это не так. О. Румянцев был там значительно раньше нас, он мужественно себя вел, пытаясь предотвратить самое страшное. В сутолоке на БМП ему даже выбили зубы. Получив скорую помощь в медпункте, он снова пришел с большой группой депутатов под мост, чтобы убедить солдат и окружавших людей перевести БМП (до роты) на позиции к "Белому дому". Депутатам это удалось.

С. ЮШЕНКОВ, народный депутат РСФСР

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно