Примерное время чтения: 7 минут
133

Больше всего боюсь, что будут лечить

Уважаемая редакция!

Прочитала в N 25(358) "АиФ. Здоровье" статью "Кто страшнее, собственный ребенок или психиатр", и захотелось рассказать очень интересную историю, касающуюся все той же психиатрии. В 1999 г. я устроилась работать учителем труда в детский дом N 2 для умственно отсталых детей и встретила там очень талантливого 16-летнего мальчика, которому был поставлен диагноз "олигофрен в степени имбецильности".

Я в течение зимы поработала с ним - и он стал лепить замечательные скульптуры. Пошли выставки за выставками. Сначала он принимал участие в детских выставках, затем в выставках рангом повыше: "Молодость. Творчество. Современность", "Мастера Иркутска - юбилею города". Его работы высоко оценивают художники и искусствоведы, говорят, что ему нужно учиться в училище искусств, что, учась там, за такие работы он получил бы высокие оценки на просмотрах.

Во всех медицинских справочниках (я сама имею высшее медицинское образование) говорится, что имбецилов можно лишь научить выполнять простейшие трудовые операции. А этого и учить не надо: он сам до всего доходит. Я знаю, что истории известны "душевнобольные" художники, но выдающихся "слабоумных" художников я что-то не припоминаю. Слышала, правда, что где-то в Америке здорово рисует ребенок с болезнью Дауна, но исключение лишь подтверждает правило - недаром он стал известен как феномен на весь мир.

Но продолжу историю. Нашим талантливым подростком заинтересовались местная пресса и телевидение: пошли телесюжеты и статьи о нем.

Далее Андрея (так зовут мальчика) положили на обследование в наш иркутский Институт педиатрии и репродукции человека ВСНЦ СО РАМН. Он наблюдался там 3 недели, и все специалисты (невропатолог, психиатры и медицинский психолог) дружно отклонили диагноз, поставленный ему в детском доме.

С заключением института я пошла в психоневрологический диспансер, но там и слушать меня не стали. Подумаешь, какой-то там научно-исследовательский институт! Участковый психиатр и психиатр детского дома, конечно, компетентней. Да что это за область такая психиатрия, где не считаются с наукой?! Не могу представить себе, чтобы участковый терапевт проигнорировал заключение какого-нибудь НИИ кардиологии или, скажем, эндокринолог в поликлинике не посчитался с заключением НИИ эндокринологии.

Не оттого ли, что психиатрия наша всегда выполняла (и выполняет!) социальные заказы, у нее такая особая власть? Не так давно на работы Андрея взглянул бывший зав. кафедрой психиатрии Иркутского мединститута В. А. Жмуров (очень солидный в нашем городе ученый) и заявил, что "такой талант напрочь исключает диагноз "олигофрения".

Я снова пошла в диспансер, там меня приняли очень нелюбезно. Сказали, что, дескать, мальчик имеет право на пересмотр диагноза, но вряд ли что получится. Для этого он должен пройти обследование в пограничном отделении стационара.

Прочитала вышеупомянутую статью в вашей газете, и стало страшно: а не "накачают" ли его там психотропными препаратами, защищая "честь мундира", ведь отделение нашего детского дома является структурной единицей диспансера.

Действие этих препаратов я видела: ребенку не то что имбецильность - идиотию поставить можно, когда он "накачан".

Мальчик, конечно, имеет проблемы: он социально наивен, недостаточно хорошо разбирается в жизни - еще бы, 10 лет воспитываться в таком детском доме! Он не получил фактически никакого образования.

Но так ведь и моей бабушке, украинской крестьянке, можно было бы поставить такой диагноз, как и многим ее односельчанам. Особенно если исследовать их интеллект по тесту Векслера и спрашивать: "какого цвета рубины" и "кто основал Петербург".

И еще там почему-то спрашивали, сможет ли он служить в армии и что теперь с ним делать, если он нигде не учится. Так почему же диагноз не ставят объективно, а подстраивают "под армию", "под учебу", под то, "куда его определить"?

Не правильнее было бы установить точный объективный диагноз, а уж потом решать, что ему делать и какой потенциал он имеет для развития и учебы.

С уважением, Наталья Челпанова, Иркутск

"Андрей хочет на свободу"

Отрывок из статьи, опубликованной в иркутской газете "СМ. Номер один"

ЧТО ЕСТЬ талант? Отклонение от нормы, от общепринятого, все неординарное, необычное, выходящее из ряда вон.

...В Иркутском городском выставочном центре имени В. Рогаля есть небольшая экспозиция, в которой демонстрируются работы пока еще никому не известных авторов. Среди них выделяются скульптурные изображения животных - разъяренный бык, нагнувший рогатую голову, уютная курица-наседка, слон, дружелюбно задравший хобот, толстокожий носорог, медведь, чушка с поросятами... Рядом с работами - фотография автора. Это Андрей Пищеров, ему 16 лет.

Это о нем искусствовед Тамара Драница сказала:

- Мальчик очень талантлив. Без развитого абстрактного, логического мышления он не мог бы такое создать. Его фигурки конструктивны, выразительны, они живут в пространстве, каждый зверь или птица со своим характером - один грустный, другой веселый, третий смешной. Парню надо развиваться, расти.

...Андрей Пищеров живет в детском доме-интернате N 2 для умственно отсталых детей.

Покосившиеся ворота детдома, который огражден от остального мира высоким забором. Когда-то это был дом престарелых, теперь здесь живут дети, по разным причинам оставшиеся без родителей.

В темноватых казенных коридорах, не знакомых с особым уютом, витают кисловатые запахи.

Андрей не очень четко представляет себе свое прошлое - в документах записано, что мать оставила его в роддоме, сам же Андрей говорит, что мама его "умерла, а может, бросила".

Отсталость в развитии Андрея сродни той, что была характерна для Маугли: не то чтобы мальчик рос в джунглях, просто внимания ему практически не уделялось. Обыкновенная педагогическая запущенность. Ребенок, в котором многие качества остались в зачаточном состоянии, не получил должного развития. Он не умел ни читать, ни писать. Но как только Наталья Александровна Челпанова начала заниматься с ним индивидуально, он за несколько месяцев научился читать, пишет, считает. Он нормально общается, отвечает на вопросы. Немногословен? Таким может быть любой человек. Застенчив? Обычная черта.

Что касается его работ из глины, то это просто удивительно, ведь он в жизни не видел ни слона, ни носорога, ни быка - все его художественные впечатления почерпнуты из телепередач и книжек. Андрей представляет их себе в объеме, живыми существами - такими и лепит. Злым у него получился только лев, остальные животные печальные и добрые.

- У него вообще хорошо развиты воображение и память, - рассказывает о нем Наталья Александровна. - А из проволочек, из веревочек, из ниток он мастерит крошечных человечков, с которыми может часами играть, воображая себя то врачом, то парикмахером, то учителем.

- У тебя есть друзья?

- Нет. Был один мальчик, но уехал.

- А с кем ты играешь?

- С ними (кивок в сторону клетки с белой крысой Кристиной и ее дружком Гошей).

- А чего ты боишься больше всего?

- Что начнут лечение. Мне уже делали аминазин, еще галапиридол... Очень больно, все стягивает.

- А что ты хочешь научиться делать еще?

- Резать по камню.

- О чем ты мечтаешь? Есть у тебя мечта, кроме того чтобы уехать отсюда?

- Есть.

- Какая?

- Уехать отсюда.

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно