222

"Чужая" заграница (27.08.2003)

НА МНОГОЕ я стала смотреть по-другому, читая ваши статьи. Вот уже 4 года я живу в Греции. Осталась здесь нелегально, но два года назад получила все документы, и надо бы радоваться... Есть работа, знаю язык. А в итоге пришла к мысли, что мне не нужна эта "чужая" заграница. У меня мать - немка, а отец - украинец. Когда он умер, старшая сестра стала быстро собирать документы на выезд в Германию. Отец был коммунист, свято чтивший идеалы партии и Родины - СССР. У него и инсульт случился от того, что он услышал о развале Союза. Говорить о том, что я - немка, мне даже как-то неловко. Среди родственников об этом и не заговаривали: то, что мы имеем отношение к немцам, считалось как бы "тайным позором" семьи. Фильмы о войне, слова "немец" и "фашист" вызывали у нас всех неловкость. Мы не могли даже толком расспросить бабушку о нашем прошлом. А оно, как и у многих, было тяжелым. Мой дед - австрийский военнопленный в Первой мировой войне. Его отправили на поселение в далекий узбекский городишко. Потом грянула революция, границы закрылись. Так и остался мой дед Яков в Узбекистане. Женился на единственной немецкой девушке в городе, у них родилось подряд 5 детей, но выжили только трое. А потом был 37-й год, и "добрые" соседи спрашивали сапожника Якова: "Где лучше жизнь - в Австрии или в Узбекистане?" Осторожный Яков отвечал, что не знает. И напрасно. Наверное, если бы он сказал: "Конечно, здесь, в советском узбекском раю!", все было бы по-другому. Но по доносу его посадили в 37-м, а расстреляли в 42-м, через три часа после того, как он написал заявление с просьбой о предоставлении ему советского гражданства.

Мы - советские

Моя бабушка последние годы жизни была, мягко говоря, не в своем уме. Уверяла всех, что она - немецкая шпионка. Постоянно собирала вещи и спешила на какой-то единственный поезд, отправляющийся в Германию, на родину. Хотя и не видела эту родину никогда. Бабушка - дочь немецкого инженера, приехавшего в свое время в царскую Россию строить железные дороги. И его судьбу тоже переиначила революция. Вместо почетной работы он "загремел" в ссылку, под спецнадзор и прочие сопутствовавшие иностранцам в советской России радости. Когда подросли дочери, моя бабушка продала единственную корову-кормилицу и "купила" дочерям другую национальность. Так сестры Штайнер - Эльвира и Регина - стали русскими. А на брата Адольфа денег уже не хватило. Так и остался немцем. То, что в семье, где отец - "враг народа", ради спасения детей не произносили ни слова по-немецки, и так понятно.

Сейчас мне неловко, когда я думаю о том, что мама восстановила свои документы и в мае едет "сдавать экзамен" на немецкое гражданство и свою национальную принадлежность. А что уж о нас - ее детях - говорить! Какие мы там немцы... Мы - советские.

Маме тяжело сейчас учить немецкий язык, который страх за жизнь детей вытравил из ее памяти. Мне ужасно жалко ее. Инициатор отъезда - сестра. И правильно она поступила. Ради детей своих. А мои сказали - нет! Они взрослые, и это их выбор. А ЧТО ДЕЛАТЬ МНЕ? Я все время вспоминаю одну заметку о жизни переселенцев в международном выпуске "АиФа": одна старушка (78 лет) пишет о том, что живет весело. Дети ее на Украине, а она в немецком доме престарелых. Они там собираются компанией, играют на балалайке и гармошке и песни поют.

Верю, что это чистый, сытый и уютный дом престарелых, как и все в Германии. Но волосы дыбом от ужаса! Дети на Украине, а она на балалайке песни поет! Вроде бы порадоваться надо за женщину, а я расплакалась. Я с ума схожу от тоски по своим детям.

Силой никто не держит

В Греции я многое поняла, и это "открытие" не так уж радужно. Во-первых, стало ясно, что 45 лет - это уже старуха! Отработанный материал. Что самое ценное - это молодость... Здесь в моем возрасте кроме как смотреть за стариками и больными, ты ни на что не годен. А какой это морально тяжелый труд - не передать словами. Да разве только морально трудно? На своей последней работе я вот уже год ни одной ночи не спала по-человечески. До утра по 6-8 раз встаю и веду старушку в туалет. Скажете, ну и что особенного? В общем, действительно ничего: встать самой, поднять ее, одеть, повести под руки в туалет, отвести назад, раздеть, уложить в постель, дать лекарство, а потом лечь и умудриться заснуть. Через час-полтора все по новой. И так - каждый день. Выходных у меня нет, из дома выйти и оставить старушку тоже не имею права. Днем не так тяжело, но голова гудит, как чугунок. Молчу про оскорбления и прочие "прелести" этой работы. Поймите правильно: я не жалуюсь. Меня ведь здесь никто силой не держит. Получаю 750 евро в месяц. И на мое место найдется не один десяток желающих, если что. Держит меня здесь желание заработать и помочь детям. Очень боюсь нищеты, голода, холода... Тысячу раз говорю спасибо Элладе, которая дает нам (а вернее, нашим родным) возможность жить и быть сытыми и одетыми. Я завидую эллинам, беззаветно любящим свою родину, семьи, традиции. Когда здесь с тобой здороваются, всегда спрашивают: "Кала эси?" (Это значит "Тебе хорошо?") И надо обязательно ответить "Хорошо". Иначе не поймут. Очень благодарна эллинцам за их терпимость к нам, чужакам. Ведь кого только в этой стране нет! Удивляюсь их сердечности. Всегда помогут, чего только не приносят мне порой - яйца, апельсины, зелень всякую из своих садов. И даже любимую газету "АиФ" привозит мне из города сосед Афанасий. И очень переживает, когда не получается купить свежий номер. Потому что знает, как я его каждый раз жду. Для меня "Аргументы и факты" - окошко в мир. Очень интересно читать про Германию, где живет много наших переселенцев. Я представляю себя на месте того или другого и думаю: а могла бы я так бороться за место под солнцем на новой родине? Конечно, могла бы, но только ради большой цели. А цель у каждой матери одна - счастье детей! Вот и моя мама зубрит давным-давно забытый немецкий, чтобы сестра с семьей оказались в благополучной стабильной Германии...

Бедность - порок

А я вот оказалась здесь, в Греции, в чужих домах и с чужими семьями встречаю праздники и живу чужой радостью и чужими горестями. Лучший день недели - это воскресенье. Потому что по выходным я звоню маме, сыну и дочке. Каждому по три минуты. А потом всю неделю живу этими разговорами и жду следующего воскресенья. Ненавижу деньги, ради которых нужно идти на такие вот муки. Но что поделаешь? По большому счету, это ведь даже не глубокая нужда, а жадность наша. И те 2 миллиона немцев, уехавших из Казахстана на историческую родину, вряд ли были движимы исключительно надеждой и желанием обрести истинную национальную принадлежность. Все гораздо проще. Германия - богатая страна. Казахстан - нищая страна. Конечно, лучше жить в богатой. Веселее, во всяком случае. Кстати, здесь, в Элладе, народ умеет и любит веселиться. Самое главное - застолье не упирается только в выпивку. На улице не увидишь ни пьяных, ни выпивших. Умеют красиво петь и танцевать. Этому и в школе учат.

Есть такая поговорка - "Бедность не порок". Неправда, бедность - это и порок, и унизительное отупение. Когда я ехала в Элладу, только и думала наконец-то накопить на мечту своей жизни - каракулевую шубу. Прозаично, да? Но я так за свои 45 лет намерзлась... А когда заработала первую тысячу долларов, оказалось, что нужнее компьютер для сына-студента. Потом сгорел старенький холодильник... И так далее: надо, надо, надо... Месяцы складываются в годы, а потребности все увеличиваются. У меня такое чувство, что я продана в вечное рабство. Нет, дети ничего не требуют. Я сама хочу сделать жизнь и им, и себе хоть чуточку пристойней, чем она есть. Может быть, хоть им с высшим образованием не придется, как мне, ехать на чужбину и присматривать за чужими старухами!

Многие наши (к ним я причисляю выходцев из всех бывших республик СССР) стараются остаться здесь навсегда, счастливы и довольны. Бывало, попросишь у кого-нибудь одолжить почитать что-нибудь на русском языке - книгу или газету старую, а оказывается - нет у них, не нуждаются. А я тоскую. По детям, по маме, по обилию и доступности книг, газет, телевидения и просто по болтовне часами по телефону с подружкой.

Там же, в международном выпуске, вы часто печатаете письма молодых женщин, вышедших замуж за европейцев. Слава богу, что они счастливы. У молодых - любовь и будущее. В Греции большая часть наших женщин сразу по приезде мечтает выйти замуж. Каждый кажется принцем. А потом выясняется, что у каждого принца своя корысть. Часто русскую женщину берут в жены как бесплатную прислугу в дом. Все имущество стариков уже завещано детям. Брак регистрируют в муниципалитете. Потому что венчание в церкви - это как бы настоящий брак. Но наши женщины этого не знают. Бывает, что годами ухаживают за старыми греческими мужьями, а потом сами на старости лет остаются ни с чем. А сил и здоровья для того, чтобы зарабатывать себе на пенсию, - уже нет.

Знаете, что сказала одна богатая местная госпожа своей русской служанке, когда та не могла толком понять, что от нее требуется, и сделала что-то не так? "Скажи спасибо, что ты из России, а не из Албании или Филиппин, а то бы я тебя по щекам отхлестала..." Так что спасибо Родине, что своим великим именем защищает нас от побоев и унижений на чужбине.

Смотрите также:

Также вам может быть интересно