Примерное время чтения: 4 минуты
124

"Фанера" - это танцы под музыку

ИРИНА БОГУШЕВСКАЯ выступает на российской эстраде более 10 лет. Записала два сольных альбома, получила премию "Женский образ шансона", выпустила совместно с Александром Скляром диск с песнями Вертинского "Бразильский крейсер". Сейчас репетирует в театральном ремейке знаменитой комедии "Веселые ребята" роль Анюты, которую в фильме играла Любовь Орлова. Богушевская, ломая сложившуюся в последние десятилетия попсовую традицию, выступает только "вживую". Однако ее песни практически невозможно услышать в теле- и радиоэфире.

- МОЖЕТ быть, вам и не нужен массовый зритель? Вы пишете музыку, которую многие считают элитарной.

- Обязательно нужен! К примеру, во Франции у подобной музыки очень много почитателей. Традиция жанра шансон, заложенная Пиаф, Дитрих, Азнавуром, Брелем, Гинзбургом, до сих пор очень популярна и любима. Эта музыка звучит по радио, с телеэкранов, буквально из каждого чайника. У нас же рынок монополизирован несколькими массовыми музыкальными течениями, а все, что не влезает в рамки "формата", не имеет шансов выжить. На Западе тоже есть своя популярная музыка. Однако для всех прочих течений существуют те или иные способы засветиться. Одним из рупоров, к примеру, являются радиостанции с аудиторией в несколько десятков тысяч человек. Там крутят независимую, не продюсируемую богатыми компаниями музыку. Что касается понятия "элитарный"... Мое искреннее желание - быть популярной для всех. Вот если у нас будет возможность провести чистый эксперимент и поставить мои песни в плотную ротацию на 10 радиостанций одновременно, месяц спустя можно будет судить о том, нужно мое творчество народу или нет. А пока у потенциальных поклонников нет возможности меня услышать, кроме как через Интернет, трудно делать выводы.

- Что же по-вашему "настоящая музыка"?

- В ней как минимум должны быть собственные мысли и настоящие свежевыжатые чувства. И она должна исполняться "вживую". Могу биться об заклад, в обществе растет голод именно на такую музыку. Играть вживую - это кайф, экстаз. И для меня, и для публики. При этом зал превращается в батарейку, дающую почти нескончаемую энергию. Уверена, что выступление "под фанеру" - это, скорее, танцы под музыку, аэробика. В общем, красиво. Но это совсем другая профессия.

- По сравнению с первым альбомом у вас появляется все больше веселых песен, что не очень гармонирует с тревожным настроением, витающим в воздухе после трагедий этого года.

- Свою новую пластинку "Нежные вещи" я записывала до Беслана, этим летом. Если бы запись началась после - эта пластинка была бы иной. Ведь все, что происходит вокруг, влияет на творчество. Мое детство пришлось на те времена, когда у всех было ощущение бесконечной устойчивости Вселенной. В последнее время меня преследует мысль, что в связи с постоянными терактами, у миллионов людей вдруг появилось осознание возможности внезапной гибели. Ранее это чувство было доступно лишь избранным, к примеру, воинам. А теперь нашим согражданам надо научиться жить с этой мыслью. Возможно, это позволит им поставить мозги на место.

- А что не так у наших сограждан с мозгами?

- Чтобы понять, что не так, надо почитать криминальные разделы газет. Когда человек вдруг понимает, что он в любой момент может оказаться на том свете, перед ним возникает выбор - что делать? А векторов всего три: прямо, вниз или наверх. Или жить, как раньше, или начать себя разрушать, или начать себя создавать. Десять лет назад я попала в очень серьезную аварию и была на грани жизни и смерти. После этого значительно изменила свою жизнь. К примеру, стала бережнее относиться к людям, которые меня окружают. И всерьез занялась музыкой. Надеюсь, что мое творчество может помочь человеку, находящемуся на распутье, сделать правильный выбор.

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно