Примерное время чтения: 4 минуты
93

Театр на обочине

Театр на Юго-Западе - настоящая радость для московских театралов. В репертуаре более 30 спектаклей.

Вечные аншлаги: здесь даже выдают подушки - сиденья для тех, кто не имеет места. Но... театр расположен в цокольном этаже жилого дома, зал на 120 мест... Сцена невелика, хотя "юго-западные" спектакли на гастролях в России и за рубежом собирают тысячные залы. О перспективах рассказывает художественный руководитель народный артист России Валерий БЕЛЯКОВИЧ.


- Тяжело работать, не имея перспективы со зданием. А тут ещё жители окрестные провели сбор подписей против строительства нового здания для театра... Это немножко оскорбительно для нас, просветителей, которые 30 лет здесь "пахали"... Ну это уже вещи философского порядка: не надо, наверное, этого нового здания слишком сильно хотеть... Хотя "антисанитарные условия" много выжали здоровья из наших актёров.

- Как собираетесь встретить 30-летний юбилей театра? Или это "производственная тайна"?

- Нет, не тайна. Сейчас мы работаем над спектаклем "Требуется старый клоун" по пьесе М. Вишнеча. Думаю о серьёзных вещах, вроде "Царя Эдипа", который является моей давней мечтой. Хотя ставить и играть "Эдипа" самому сложно. Ещё есть мечта - сделать спектакль по Хармсу. Но его нужно "перемалывать", делать сложную композицию. А это тяжёлая литературная работа.

- Кем вы считаете себя в большей степени - режиссёром или актёром?

- В сущности я загубил себя как артиста в своём же театре. Сейчас вот играю Воланда в "Мастере и Маргарите". Это была роль Виктора Авилова. Я же только сейчас начинаю понимать, как роль нужно делать. Вообще по-настоящему к актёрской профессии я не притрагивался. Вернее, в том-то и беда, что лишь притрагивался, а не постиг глубин. У меня было не так много собственных ролей. Всегда кто-то играл, а я "на подхвате".

- Кто пришёл к вам в театр за последние годы?

- Ну насчёт пополнения труппы - это такое дело... опасное... В театре всё основано на любви и на подборе "по группе крови". Как влюбляются люди, как семейные пары составляются, так и театр подбирается. Потому что люди готовы терпеть и вздорного режиссёра, и хреновые условия работы (я имею в виду и помещение, и его технические возможности), готовы терпеть из-за того, что они "по группе крови" подходят друг другу.

- Недавно вы поставили в Лос-Анджелесе с голливудскими актёрами спектакль "The Shelter" ("Ночлежка"), современную версию горьковской драмы "На дне". Чем работа с американскими актёрами отличается от работы с нашими?

- Для меня актёры не по национальности делятся, а по степени таланта. В Лос-Анджелесе я имел дело с профессионалами, но это были киношные артисты в большинстве своём. И школы театральной у них нет, и работают на сцене, как в кино. Вот придёт продюсер, посмотрит спектакль, скажет им, какие они хорошие, и возьмёт в какой-нибудь сериал или шоу. Поэтому они с таким замиранием слушали про Станиславского, Мейерхольда, Таирова... Я репетировал без переводчика, а экзистенциальные понятия объяснял минимумом слов, которые знал сам.

- Публика, которая ходит в ваш театр, это в основном молодёжь?

- Состав зрительного зала пропорционально распределён между возрастами. К нам ходят и пенсионеры по бесплатным билетам, и школьники. Но основной "золотой запас" нашего зрителя - это всё-таки такой средний возраст, интеллигенция московская, из всех районов столицы, а также из других городов и даже из других стран, где у нас очень много друзей. Когда я ставил спектакль в Лос-Анджелесе, пришлось выступать с творческим вечером в районе Силиконовой долины (Сан-Франциско, Сан-Хосе, Пало-Альто), и на этом вечере было много-много наших зрителей, которые работают сейчас в Америке.

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно