236

Весь апрель - никому не верь!

Лев ДУРОВ: советская власть в сундуке

Актера однажды разыграли коллеги по сцене. В одном спектакле Дуров играл предателя-полицая и обычно после реплики жены: "А что, если вернется советская власть?" - кричал: "Ну и где она, эта советская власть, где?" И при этом начинал картинно бегать перед женой, заглядывать под стол, в сундук, как бы разыскивая эту советскую власть... И вот на очередном спектакле в очередной раз он выкрикивает: "Ну и где она, эта советская власть?" - и заглядывает под стол, потом открывает крышку сундука и видит - там кнопками прикреплен плакат: "Да здравствует советская власть!" Дуров застыл в онемении, а затем согнулся от истерического смеха.

Евгений ВЕСНИК: что торчать столбом-то?

Он, будучи еще студентом, дебютировал на сцене Малого театра. Играл в массовке: нужно было просто стоять у стены и изображать гостя в доме Фамусовых. И, как это частенько случается, молодого и неопытного актера стали подначивать коллеги постарше и поопытнее. Два таких шутника подходят во время спектакля к Веснику и спрашивают вполголоса:

- Простите, вы не Чацкий будете?

Надо знать атмосферу сцены и ощущения дебютанта, чтобы понять, с каким трудом он сдерживает истерический смех, услышав этот нелепый вопрос. Во время антракта Весник попросил прекратить издевательства. Шутники вежливо извинились и пообещали. Однако едва началось действие, они снова подошли к молча стоявшему Веснику и спросили:

- Вы не подскажете, где здесь туалет?

Этой фразы оказалось достаточно для того, чтобы юный артист, согнувшись пополам, уполз за кулисы. В страхе ожидал он окончания спектакля, рассчитывая получить взбучку от режиссера. Но самое удивительное, что режиссер похвалил Весника:

- А вы правильно сделали, что ушли со сцены. Это хороший ход, чего вам в самом деле торчать столбом... Правильно...

Михаил ЗАДОРНОВ: чернила для восьмого класса

Еще в детстве сатирик любил разыгрывать людей. Он подходил к киоску и спрашивал:

- У вас есть чернила для восьмого класса?

Продавец смотрел на него и говорил:

- Завтра зайдите. Может, завезут.

И невозможно было понять, кто над кем пошутил.

Александр ШИРВИНДТ: а умирать-то надо...

Однажды он чуть не убил Михаила Ульянова! Но не по злому умыслу, конечно, парня разыграли коллеги. Ему как статисту поручили вынести на сцену меч и положить его под камень. По действию спектакля "Антоний и Клеопатра" Антоний - Ульянов должен на авансцене, опершись на рукоятку, всем телом упасть на картонный меч, который благополучно складывался. А Ширвиндту вместо картонного студенты-шутники подсунули настоящий, он и положил его в условленное место. Когда Антоний вытащил из-под камня орудие самоубийства, он побледнел: в его руках сверкал сталью булатный меч. Что делать? Умирать-то надо! Он долго устраивался, припадая боком к мечу, потом, вместо звериного вопля сказав: "Ой!", неловко завалился, отставив меч на безопасное расстояние.

Олег ТАБАКОВ: вазелиновая месть

Он всегда замечательно разыгрывал и подначивал друзей и коллег. Единственным человеком, который разгадывал хитрости Табакова, был Евгений Евстигнеев. Он умел вовремя обнаружить подвох и избежать подначек. Все-таки и он однажды попался, но гениально вывернулся и даже остался в выигрыше. Шли съемки фильма "Продолжение легенды" про большевиков, в котором Евстигнеев играл старого большевика, а Табаков - юного романтика. Они должны были познакомиться и пожать друг другу руки. И вот Табаков незаметно набрал в ладонь липкого вазелина и пожал рабочую руку Евстигнеева. Все, кто знал о готовящейся провокации, особенно внимательно наблюдали за Евстигнеевым. Он же не только сумел остаться бесстрастным, но и начал блестящую импровизацию. Как бы от избытка чувств он вскинул измазанную вазелином ладонь и начал ласково гладить Табакова по волосам и щекам...

Смотрите также:

Также вам может быть интересно