Нужно ли резать курицу, чтобы сделать омлет

   
   

ЧЕМ ближе парламентские и президентские выборы, тем сильнее Кремль ощущает давление политиков и депутатов, стремящихся "наварить" на популистских лозунгах. Источники "АиФ" в Кремле говорят, что на имя В. Путина ежедневно поступают письма с требованием "отнять и поделить".

ОДНА из последних "спасительных идей" - изъять часть валютных резервов Центрального банка России, чтобы "спасти промышленность" закупкой нового оборудования и технологий. Золотовалютные резервы ЦБ за последний год действительно удвоились и составляют солидную сумму в 65 млрд. долларов. Однако резервы для того и называются резервами, что они накапливаются для чрезвычайных ситуаций. В Японии, для примера, валютные резервы в 10 раз выше, и никто не требует экспроприировать часть резервов.

Отобрать или заработать?

САМЫЙ популярный лозунг последних месяцев - отобрать сверхприбыли у нефтяных и газовых олигархов. Особенно активно на абордаж идут коммунисты, выставляя в качестве популяризатора этой конфискационной идеи популярного С. Глазьева. Однако у нас уже есть советский опыт, когда все нефтяные доходы поступали государству. Но сделало ли это советских людей счастливее? Все мы помним пустые прилавки магазинов.

"Возвращение к нерыночным методам перераспределения будет искажать конкурентные отношения в экономике, искусственно поддерживать нерыночный сектор и в конечном счете замедлять экономический рост и структурные реформы", - считает известный экономист Е. Ясин.

Существует мнение, что природная рента могла бы распределяться более справедливо, исходя из конституционного представления, что недра принадлежат народу. Руководитель Экономической экспертной группы по разработке налоговой реформы известный экономист Е. Гурвич признает, что в ельцинский период была совершена масса ошибок в области налогообложения нефтяного сектора. "В России было слабое по международным стандартам изъятие природной ренты", - говорит он.

Однако в 2002 году в налоговое законодательство были внесены изменения, приблизившие его к мировой практике. Система стала более прозрачной, снизилась возможность ухода от налогов. В результате "ресурсные платежи" по сравнению с 2000 годом возросли почти в 2 раза. Изъятие прибылей у нефтяных компаний, конечно, приносит видимый социальный эффект, дает возможность власти хорошо выглядеть. Ведь именно за счет увеличения нагрузки на нефтяной сектор в последние два-три года повышали зарплату и пенсии более высокими темпами, чем позволяет рост экономики. Это возбуждает аппетиты. Тем более что, по мнению ряда экспертов, нынешний уровень обложений не предел.

"Существует мнение, что налоги на нефтегазовый сектор можно увеличивать, "сколько надо". Однако это серьезное заблуждение, - сказал "Аргументам и фактам" директор Института экономических проблем переходного периода Егор Гайдар. - Расчеты, проведенные в институте, говорят о том, что увеличивать нагрузку на "нефтянку" можно, но только на основе точных расчетов, а не по известному русскому принципу "царица захотела, царь приказал".

Для поддержания высокой рентабельности нефтедобычи в условиях российского климата и условий залегания нужны большие инвестиции для модернизации. Для достижения в 2010 году планируемых объемов добычи нефти в 400-500 млн. тонн потребуется от 9,5 до 14,7 млрд. долларов инвестиций в год.

Государство "второй свежести"

НЕ СЕКРЕТ, что помимо официального налогообложения "нефтянка" несет бремя многочисленных "добровольных платежей" в местные бюджеты, а иногда и в государственные проекты. На одном из недавних "круглых столов" в Высшей школе бизнеса МГУ приводился характерный пример: нефтяная компания "ЮКОС" выделила 1 млн. долларов для поддержки нескольких проектов малого бизнеса. Но ожидаемого результата не получилось: все проекты оказались убыточными. Они были раздавлены непомерным налоговым бременем.

По мнению члена-корреспондента РАН А. Дынкина, тормозом развития являются чрезмерная прожорливость государства, его низкое качество.

Россия входит в десятку стран с самым высоким уровнем государственных расходов и налоговой нагрузки. В прошлом году госрасходы "сожгли" 37% внутреннего валового продукта (ВВП). При такой прожорливости удвоение ВВП, о котором В. Путин говорил в своем послании, крайне проблематично. В Японии, на Тайване, в Южной Корее в годы наивысшего экономического бума расходы государства были вдвое ниже (17-18% от ВВП).

Исследователи отмечают, что присутствие государства в экономике резко возрастает во время войны. В США, Великобритании в 1939 - 1944 гг. оно превышало 40%. Так вот, по этим параметрам нынешняя российская экономика очень похожа на мобилизационную, военную экономику. О низком качестве нынешнего российского государства свидетельствуют и факторы роста. Из 6 с лишним процентов роста ВВП в период 1999 - 2003 гг. лишь 0,3% обусловлены собственно экономической активностью, а большая часть (5,9%) - благоприятными внешними факторами, прежде всего ценами на нефть на мировых рынках.

Осторожность, которую государство в последние годы демонстрирует в своих взаимоотношениях с добывающими монополиями, дает позитивные результаты. Сокращается бегство капиталов, растет прозрачность финансов, увеличивается их активность на мировых рынках, что способствует интеграции России в мировую экономику. Первые шаги делает благотворительность. На недавней пресс-конференции В. Путин сказал, что впервые за годы существования демократической России возврат капиталов превысил их отток.

Смотрите также: