Юрий Шевченко: "Я прежде всего врач, а потом министр и генерал"

   
   

Министр здравоохранения РФ, начальник Военно-медицинской академии Санкт-Петербурга, главный кардиохирург Ленинградской области, генерал-полковник Юрий Леонидович ШЕВЧЕНКО, единственный в России лауреат премии Майкла Дебейки и один из немногих обладателей мантии почетного профессора РНЦХ РАМН. Несмотря на свою министерскую занятость, он находит время, чтобы оперировать больных: "Я никогда не чувствовал величия должностей и званий. А вот чувство врача никогда меня не оставляло".

СМИ против психоза

- Ваше окружение рассказало, что в Дагестане вы попали под бомбовую атаку. Было страшно?

- В Дагестане в машину, в которой я ехал, врезался другой автомобиль. Сначала я действительно подумал, что началась бомбовая атака. Но, к счастью, это оказалось не так. Страшно не было.

- Где взять мужество людям, которые боятся, потому что их дом - уже не крепость и не спасает от терактов?

- Создалась ситуация массового психоза. Нужны люди, которые могли бы сказать умиротворяющее слово с телеэкрана, с газетных полос... Надо насытить программы отвлекающими, добрыми сюжетами. Старикам показать фильмы их молодости, согревающие душу. Молодежи - что-то свое. Всем нужны уверенность и вера. 100% не может дать никто. Но сейчас людей надо не просто успокоить, а сделать так, чтобы они были одержимы победой над теми, кто напал на наш дом.

- А кто напал? Ваша версия.

- Все сказано первыми лицами нашей страны. Мягко говоря, оппоненты использовали чеченский кризис, чтобы выстроить свое государство от Каспийского до Черного моря. Это самое настоящее нападение. И сегодня нужна мобилизация всей страны. Хотя бы эмоциональная, нравственно-духовная.

- Согласитесь, что появление на экране болеющего президента оказывает не самое благоприятное действие на процесс духовной мобилизации.

- Существует исторически сложившийся принцип для высокого ранга руководителей. В безмолвии правит кормчий мудрый. Первое лицо должно появляться на экране или по большим праздникам или по большим бедам вне зависимости от того, болеет он или нет. А когда первое лицо на экране каждый день... Я не за этот стиль работы. Надо, чтобы слово президента легло на благодатную почву, когда народ уже разберется в ситуации и выйдет из состояния стресса.

Как стать министром

- Вам не страшно было соглашаться на роль министра-камикадзе?

- Мне позвонили и предложили занять эту должность. После небольшой паузы я дал согласие. Но объяснил, что я прежде всего врач, хирург. Мне привели в пример Б. Петровского и Е. Чазова, которые сочетали врачебную практику и должность министра. Речь шла о нравственных и государственных позициях, нельзя было отказаться, так как это было бы предательством.

- Сотрудники министерства не восприняли вас как "новую метлу"?

- Я не старался быть "новой метлой". Дал себе слово два месяца ничего не менять. Разобрался в ситуации. Теперь будут изменения. Это неизбежно. Но я не хочу сейчас их конкретизировать. Может быть, и меня завтра здесь не будет. Пример нескольких предшественников позволяет допускать эту мысль. Но для меня это не будет душевной катастрофой. Тогда я с удовольствием полностью буду отдавать себя любимой работе - кардиохирургии. Недавно я провел операции в Томске и Волгограде.

- Сейчас вы и министр и начальник академии. Пытаются ли оппоненты поставить вас перед выбором?

- Пока вопрос так не стоит. Раньше я каждый день спасал 2-3 человек. Сейчас у меня такие возможности ограничены. Не скрою, я очень тоскую по своему ремеслу. Но все наладится. Подобная ситуация уже была. Когда я разрывался между клиникой и администрированием в академии.

- Говорят, хирурги после долгого перерыва в практике дисквалифицируются.

- Но только не хирурги с таким опытом, как у меня. В выходные я оперирую в Санкт-Петербурге.

- У вас в операционной всегда звучит классическая музыка. Вы сами играете на фортепиано. Что это? Сентиментальность военного хирурга?

- Пусть это будет банальность, но я не представляю, как можно прожить без искусства. Музыка дает мне силы и создает настроение. И вообще я убежден, что энергетика искусства часто лечит лучше, чем лекарство.

- Ваш распорядок дня выдержит не каждый. В 8 утра - уже на работе. Засиживаетесь допоздна. Выходные - академия. Когда вы восстанавливаетесь?

- Я от природы здоровый человек. Может быть, растрачиваю здоровье нерационально. Моя философия заключается в том, что человеку дано прожить 300 лет. Хочешь - трать их за 100, хочешь - прокури и пропей за пятьдесят. Можно и за 30 на работе "сгореть". В таком режиме, как я, работает все правительство. И спят по три часа. У меня получается чуть больше, но это сон, когда "компьютер" продолжает работать.

Бюджет, дефицит и... мэр Москвы

- Раньше у вас были претензии к министрам здравоохранения. Теперь, когда вы сами занимаете этот пост, удастся ли решить волновавшие вас проблемы?

- У меня не было претензий к министрам здравоохранения - только пожелания. Уверен, что все предыдущие министры приходили со множеством благих целей и намерений. Но у них не было времени их реализовать из-за частой смены лиц на этом посту.

- А у вас будет достаточно времени?

- Если идеи реально полезные, то их обычно подхватывают и другие люди. И я рассчитываю на это, сколько бы времени у меня ни было.

- В чем заключается ваша главная идея как министра?

- Надо изменить отношение к здравоохранению. Мы привыкли, что оно относится к социальной сфере. Но это сфера жизнеобеспечения, сфера безопасности нации! Самое главное для нас - это защита Отечества от опасностей внешних и внутренних. А внутренняя самая большая опасность - это болезнь человека. Когда мы повернем в умах эти понятия, тогда уже будет по-другому относиться к здравоохранению руководство, к своему здоровью - население, и тогда, возможно, бюджет будет другой.

- А сейчас денег действительно нет или их просто не дают?

- Я лично считаю, что деньги есть. Но в наше время надо бороться за свою долю.

- Юрий Леонидович, вам удалось увеличить бюджет здравоохранения на 50% по сравнению с прошлым годом. Но все равно это в 1,8 раза меньше потребностей вашего учреждения. На чем будете экономить?

- Дефицит - это "заболевание" хроническое. Он был во все времена, даже тогда, когда пришел Е. Чазов. Он умел очень правильно использовать связи для решения проблем здравоохранения. Именно он сразу получил шесть миллиардов для отрасли. И все равно дефицит оставался.

Старый менталитет надо менять, нельзя пассивно ждать помощи от министерства и правительства. Без сомнения, в Москве больше возможностей, чем в регионах. Однако и в провинции есть серьезные подвижки. Летом в Красноярске открыли великолепный диагностический центр, аналогов которому нет ни в одной стране. Губернатор и руководство здравоохранения помогли. Где есть хозяин, там находятся деньги и на здравоохранение. А экономить будем на рачительном использовании выделяемых и добываемых средств. Именно поэтому экономические знания медиков теперь будут считаться профессиональными.

- Миллионы долларов увозятся за рубеж людьми, уезжающими туда на лечение. Мэр Москвы Ю. Лужков тоже недавно поправлял здоровье в Вене. Считаете ли вы это "показательным выступлением" против отечественной медицины?

- Это вопрос к Юрию Михайловичу. Могу сказать только о себе. Я никогда никуда не поеду лечиться, потому что знаю, к кому можно обратиться за помощью здесь.

- То, что сделали с коленом г-на Лужкова австрийские медики, могли бы сделать наши специалисты?

- Я в этом не сомневаюсь. Не хочу комментировать, потому что нельзя забывать о правах пациента - выбор места лечения, врача и т. д. Особенно при материальных возможностях. Но когда в отделении на 60 человек один туалет, то только из-за этого можно уехать лечиться в человеческие условия.

Каждой семье - по врачу

- Ваше отношение к программе "Семейный доктор"? Утопична ли эта идея?

- Военно-медицинская академия в Санкт-Петербурге выпускает военных врачей. А по существу это и есть семейные врачи. Наши выпускники, как правило, распределяются в отдаленные гарнизоны, где и больниц-то нет. И наш выпускник с помощником занимаются здоровьем не только военнослужащих, но и их семей. Как обслуживаются люди в высших эшелонах власти? У президента - личный врач, у премьера -тоже. И богатый человек старается иметь личного врача. Это продиктовано жизнью.

- У вас есть личный врач?

- Мне предлагали, но я отказался.

- Приняты федеральные программы по борьбе со СПИДом, онкологическими и другими заболеваниями. Ваши предшественники говорили, что на их полное выполнение денег нет. А частично реализовывать - значит, кормить бюрократов.

- Может быть, с задержкой, но эти программы железно будут выполняться. Даже если не исчезнет напряженная ситуация с финансами. Приведу конкретные цифры. Уже в этом году на борьбу с туберкулезом за счет долга Индии бывшему Союзу выделено 300 млн. руб. Закуплено препаратов на 20 млн. долл. За счет федерального бюджета выделено 180 млн. руб. на лечение больных СПИДом, требующих постоянного ухода. Для детей с онкологическими заболеваниями выделено 35 млн. руб. На сахароснижающие препараты и закупку инсулина - 70 млн. руб. бюджетных денег и 32 млн. долл. - за счет долга Индии. На экспресс-диагностику диабета - 7 млн. руб.

Эти программы рассчитаны на время. Мы живем с оптимизмом, что будем жить лучше. Нам не повезло. На нас сделали большой эксперимент. Хотя не так уж плохо мы и живем. Это политики пытаются все преподнести так, будто вымирают все поголовно.

- Мы тратим огромные деньги на западные препараты. Не дешевле ли построить собственные заводы по производству лекарств. Или этого не позволяет сделать криминализированность фармацевтической отрасли...

- Не все криминализировано, а есть тенденции, как и во всем мире, кстати говоря. На эту сферу я могу влиять только как заказчик, потому что эта отрасль относится к министерству экономики. Но я убежден, что у нас будет свой инсулин и противотуберкулезные препараты. И свое оборудование.

- Будет ли сокращаться количество медицинских вузов?

- Ни в коем случае. Надо только усовершенствовать медицинское образование, особенно среднее. Я за то, чтобы выпускников снова начали распределять на место работы. Если ты учился за счет государства, то должен три года отработать по специальности.

- Ни для кого не секрет, что богатые родители освобождают своих детей от службы в армии. А бедные вынуждены отдавать даже полуслепых сыновей. Будет ли как-то отслеживаться процесс призыва на военную службу вашим министерством?

- То, что это система, - преувеличено. Хотя тенденции такие есть. Нашлись нечистые на руку люди. Они отслежены и понесли наказания. Этот вопрос можно решить радикально, если армия будет профессиональная, контрактная. Я категорически за альтернативную службу. Порой служба младших медиков намного тяжелее солдатской. Возьмите санитара в госпитале. Он сутки будет выносить дерьмо за больным, мыть его и, наконец, поняв, что это очень тяжело, побежит на передовую. И ни мама, ни папа с деньгами его не остановят.

- У вас остается время на то, чтобы знакомиться с научными открытиями?

- Сегодня приходили люди, которые придумали новые перевязочные материалы: накладываешь поверх раны - и даже рубцы рассасываются. И бинты не нужны. Тот, кто придумал, - люди без экономического мышления, без предприимчивости. Им надо помочь. У нас в "оборонке" столько идей... Вместо того чтобы сковородки выпускать, надо направить ее мощность на внедрение медицинских открытий.

- Почему вы выбрали профессию военного медика?

- В моей семье врачей не было. Я первое звено династии. Моя дочь тоже врач.

- Вы оперируете только высокопоставленных персон?

- Я формировался на оказании помощи простым людям. От высокопоставленных судьба меня хранила.

- Там ответственности больше?

- Ответственность одинаковая. А вот претензии бывают другого уровня.

- Вы находите время на семью?

- В течение дня беседуем много раз по телефону. Видимся в субботу, воскресенье. Все заняты своими делами. Жена моя художник-модельер.

- Это она вам костюмы шьет?

- Нет. Но советы дает. Когда меня назначили на пост министра, мы с женой пошли и купили два костюмчика, чтоб прилично выглядеть.

- Будете семью в Москву перевозить?

- Нет.

- А чем занимается ваш сын?

- Он юрист. Военнообязанный. И в любой момент может оказаться на войне.

- И вы не будете этому препятствовать?

- Нет.

Смотрите также: