Примерное время чтения: 6 минут
156

Дыры таможен в мешке бюджета

В САМОМ центре Москвы, на Красной Пресне, прямо между Домом правительства и зоопарком уже второй год стоят два радиоактивных контейнера. Спокойненько себе стоят на складе Центра международной торговли, никем не огороженные и никак не прикрытые. Стоят и фонят. Излучение с одного бока превышает максимально допустимое в 2 раза, а с другого - во все 6.

В КОНТЕЙНЕРАХ - 46 с половиной тонн щебенки для теннисных кортов. Щебенка - из Швеции. Привезла ее в Россию Всероссийская теннисная ассоциация. Как видите, все известно. Кроме самой ассоциации о контейнерах уже четыре месяца знают в МЧС. И полтора года - в санэпидемнадзоре и Государственном таможенном комитете. Не знают только, что со всем этим делать.

Согласно Таможенному кодексу товар, опасный для здоровья и жизни, подлежит немедленному вывозу за пределы РФ. Только кто его будет вывозить? Теннисная ассоциация сказала, что у нее денег нет.

"У нас создалось впечатление...", - начинает аудитор Счетной палаты Александр Ножников. Правда, тут же оговаривается, что выводы делать пока рано. Короче, впечатление такое, что в Россию свозят радиоактивные отходы. Открывается фирма, закупает за границей что-нибудь химическое, скажем, реактивы. Завозит их в Россию, помещает на таможенный склад. Пока то да се, время идет. Хватились - хозяин пропал, а контейнеры, оказывается, излучают. На Западе уничтожать все это гораздо дороже, чем везти к нам.

Куда улетают окорочка

"ВПЕЧАТЛЕНИЕ" у Александра Ножникова "создалось" после того, как он облазил таможенные склады временного хранения. Интересовал проверяющих главным образом "конфискат" - то, что таможня по тем или иным причинам у владельцев изъяла. Конфискованное становится государственной собственностью, его надлежит продать, а денежки - в бюджет. По закону на всю процедуру отводится 2 месяца. Так вот чего только на тех складах нет!

Но сначала все-таки о том, что там есть. На одном, например, 12 тонн сигарет и 3 тонны импортных шмоток хранятся с 26 марта 1994 года. Больше 4 тонн лекарств - с 6 декабря 1996 года. Разного прочего товара - на 23 с лишним миллиона долларов. На другом складе второй год ожидают неизвестно чего золотые слитки. По бухгалтерии - 853 кг. По факту, правда, уже стало на 232,3 кг меньше. Вроде бы переправили в Гохран... Зато появилось другое золото - 469 кг, ни в какой бухгалтерии не числящееся.

Дело, конечно, запутанное. Но не гневить же судьбу, в самом деле. Появилось откуда-то золото - и слава Аллаху. Хотя справедливости ради надо отметить, что фактов, когда на складах таможни что-то прибавлялось, несравнимо меньше, чем тех, когда оно убывало в неизвестном направлении.

Например, окорочка куриные в количестве 1596 мест (24 тонны). Управление по борьбе с таможенными правонарушениями ГТК России распорядилось перевезти их с одного склада на другой. "По пути перемещения" окорочка бесследно исчезли. Как и не было.

Аналогичные казусы случались и с сигаретами. Особенно когда их передавали одному ООО - "Дельта связь". Товар на 5 млн. руб. просто пропал. ("Дельта связь" так и заявила: "Похитили, наверное".) Табак еще на 2 с половиной миллиона рублей куда-то якобы отгрузили, но документов нет. У другого ООО под названием "Фраен" документы были: факс из Брянской таможни в подтверждение того, что конфискованные в России сигареты проданы куда-то в Армению. Когда проверяющие позвонили на Брянскую таможню, выяснилось, что они такого факса не посылали.

Имеется история и про конфискованные на таможне иномарки. Такая по-российски бесхитростная. За последние 3 года на Московской западной таможне "потеряли" 279 дел, заведенных на легковые автомобили. Сколько это в машинах - сказать сложно. Даже председателю ГТК Михаилу Ванину. Как он сообщил, "определить недостающие данные о размере нанесенного ущерба не представляется возможным".

Водка по полтора рубля

ПЯТЬ лет на таможне хранилась водка: 6 с половиной тысяч литровых бутылок и 143 с половиной тысячи полулитровых. Потом решили, что она испортилась и пора ее переработать на технические цели. Водку со склада забрала фирма "Лайф К". На вполне законных основаниях: выкупила ее у таможни по полтора рубля за бутылку. По 7 рублей с полтиной "реализовали" виски - 32,5 тыс. бутылок. Тоже, говорят, оказалось испорченным, надо перерабатывать. Но, во-первых, как утверждают знающие люди, виски перерабатывать нельзя - можно только вылить. А во-вторых, в Москве виски "Gold Label", может, и кажется испорченным, а отвези его за окружную, да крепостью 40°, да по 7 с полтиной... Это же совсем другое развитие сюжета! Тем более что документов о том, пошло это все на технические цели или на какие другие, нет.

Откуда на таможне берутся такие цены - вопрос отдельный. Таможня приглашает специальных оценщиков - профессионалов своего дела. Результат получается раз в 30 ниже того, что сами поставщики указывают в таможенных декларациях. И раз в 100 ниже того, что указывает рынок. Даже оценивая золото, независимые эксперты умудрились назначить ему цену ниже биржевой.

Кроме того, из этих денег надо заплатить за эту самую оценку, за хранение плюс комиссионные тому ООО или ЗАО, которое этот товар со склада заберет и будет реализовывать. В постановлении правительства записано, что комиссионные не должны превышать 5%, но у таможни редко когда получалось дать посреднику меньше 10%. В результате от той самой водки государство получило даже не полтора рубля, а 10 копеек с пол-литра.

Дошло до того, что таможня умудрилась однажды продать 111 дефицитных самосвалов "Ивеко" и другую строительную технику за 27 млн. долл., из которых 26 млн. долл. достались вовсе не государству.

За державу обидно

ПО ОФИЦИАЛЬНЫМ рапортам ГТК, российской таможне удается реализовывать едва ли не половину конфискованного товара, причем с большой выгодой для государства. На проверенных таможнях продавали, дай бог, четвертую часть. И вырученные деньги не всегда доходили до бюджета.

Бывало, конечно, что недостатки вскрывались. Тогда делались выводы, начальников освобождали, и они отправлялись... руководить соседней таможней.

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно