63

Александр Городницкий. Экстремал с гитарой

СОЧИНЯТЬ песни в небе, на Северном полюсе, в океане и глухой тайге - занятие, хоть и творческое, но не безопасное. Тем не менее классик бардовской песни Александр Городницкий всю свою жизнь занимается творчеством в подобного рода экстремальных условиях. Недавно известному барду и ученому исполнилось 70 лет. Автор более 250 научных работ и примерно такого же количества песен в настоящее время заведует лабораторией в Институте океанологии им. Ширшова РАН, где мы с ним и встретились.

- АЛЕКСАНДР Моисеевич, как один из основоположников бардовской песни, что вы можете сказать о нынешнем состоянии этого жанра?

- Поэты с гитарами были всегда. Просто сейчас поэзия из "кухонной" превращается в "стадионную". Выйдя на эстраду, авторская песня стала жить по законам шоу-бизнеса. Произошла не просто популяризация жанра, а смена творческих профессий. Посмотрите на Олега Митяева, братьев Иващуков, Васильевых, Мищуков - это же деятели шоу-бизнеса. Я уже не говорю про ансамбль "Песни нашего века", чей альбом на какое-то время по объему продаж вытеснил Пугачеву и Киркорова. По сути, авторская песня стала самодеятельной эстрадой, или, если хотите, шансоном.

- Где обычно вас настигали творческие идеи?

- За письменным столом я не сочинил ни строчки, поскольку умею писать только с натуры. Например, "Песня подводного пилота" была написана в подводном аппарате на глубине 5 километров, а "Перекаты, перекаты" в момент, когда я сплавлялся по непроходимым горным перекатам и порогам в поисках пропавшего товарища. Для меня наивысшая форма признания то, что мои многие песни ушли, что называется, в народ. На севере мне уже в трех местах показывали могилу автора песни "Караван", которую, вообще-то, написал я. Ни разу не пытался никого разубеждать, иначе стало бы одной могилой больше.

- Догадываюсь, за 40 лет экспедиций у вас возникало немало экстремальных ситуаций?

- И на самолете в океан падал, и в тайге горящей блудил, трижды попадал в сильный шторм, оказываясь на волосок от гибели. Однажды застрял в подводном аппарате, забурившемся в дно. Поскольку я не всегда был таким интеллигентным, страшным и старым, как сейчас, два раза меня пытались убить из-за женщин. Ну а больше всего шансов погибнуть у меня было, конечно, в блокадном Ленинграде 41-го года.

Несмотря ни на что мне кажется, я прожил счастливую жизнь, поскольку всегда занимался тем, что мне интересно.

Смотрите также:

Также вам может быть интересно