625

Любовь при отягчающих обстоятельствах

"МАМУЛЯ, в моей жизни случился парадокс. Я влюбился в женщину, но она полная противоположность мне. Нас очень многое разделяет, и впереди полная неизвестность. Не каждая женщина пойдет на самопожертвование, зная, с кем ей придется связать свою судьбу, когда годы поджимают и надо делать выбор в своей жизни. Да еще и обстоятельства складываются так, что я не могу сразу признаться ей в своих чувствах, так как она может понять меня превратно. Это такая женщина, о которой раньше я мог только мечтать. Мамуля, ее зовут Катя. Это мой следователь. Виталий".

Блондинка и "человек-паук"

"ВОР махровый" Виталий Морец работал вместе с подельником Изей. (Увидев последнего, старичок-прокурор сказал: "Да я ж его отца еще при царе сажал!".) Изя был на подхвате - грузил награбленное. Виталий же исполнял роль мозгового центра и исполнителя. "Человек-паук" - называл его Изя. В богатые одесские квартиры они залезали через балконы. Вещи сбывали, а золото Виталий продавал цыганам на углу Дерибасовской, предварительно взвесив в ближайшей пристрелянной аптеке. Он не давал себя обмануть. И не давал себя поймать - до поры до времени. Пока ему все не надоело.

- Это же не жизнь, - говорит он, - а существование. Я даже думал: будут брать, так пусть лучше пристрелят - чтоб разом все закончить.

Он жил одним днем. Жил на широкую ногу, спуская все деньги за неделю. С его "набегов" кормилась еще целая толпа друзей-приятелей. По городу он ходил, опустив голову, обходя милицейские посты. "Уж скорее бы", - думал он в последнее время. В том, что однажды его найдут, Виталий не сомневался.

Двадцативосьмилетняя следователь милиции Екатерина Покровская на пятом году работы в райотделе как-то заглянула в кабинет к пожилой начальнице. Из-за кипы бумаг выглядывали очки, хвостик, перетянутый канцелярской резинкой, и ненакрашенный грустный рот. И характер у нее был скверный... Катя поняла, что и ее скоро ждет то же самое. Вот уже 5 лет она разрывалась между райотделом и своей однокомнатной квартиркой, в которой умирала от рака мама и тяжело доживал старенький дедушка. Вся смешная зарплата, полученная за неусыпное бдение над законностью в веселом городе Одессе, уходила на лекарства.

- Сидит у меня на допросе один барыга. Сосиски уплетает. А я допрашиваю его и думаю: "Две сосиски!.. Боже, какой роскошный обед!"

Мужчины никогда не задерживались в жизни следователя милиции Екатерины Покровской, красавицы-блондинки с двумя высшими образованиями, мужской работой, неунывающим характером и больными стариками. Взвалить на себя такую ответственность не решался никто.

- Когда мы встретились, то поняли, что до этого момента жили впустую, - вспоминает Катя. - Просто прожигали свою жизнь - он во вред государству, а я - на его благо.

Следственный эксперимент

ИТАК, два существа: вор-рецидивист, которому надоело быть вором, и следователь, которая хотела быть просто женщиной. Екатерине Покровской поручили вести дело Виталия Мореца: 24 эпизода, полгода работы.

И все у них было, как бывает у всех. Ее предчувствие (когда он впервые появился в наручниках на пороге ее кабинета); его объяснение в любви (когда он послал на радио письмо и заказал для нее песню); ее объяснение; свидания два раза в неделю (когда они проводили целые дни вдвоем на допросах и следственных экспериментах); решение пожениться (когда он выйдет из тюрьмы, а она уйдет из милиции). Их история любви была необыкновенной - при отягчающих обстоятельствах.

Когда следствие подходило к концу, а их роман был в самом разгаре, Катя повезла Виталия на очередной "следственный эксперимент" - в одно общежитие. Конвой и водителя Катя подобрала своих, а мама Виталия, работавшая в той общаге и души не чаявшая в молодой следовательнице, открыла им одну из комнат... В тот раз во всем здании неожиданно погас свет. Минут на пятнадцать. А когда свет включили, оказалось, что подследственный Морец сбежал.

Следователь Покровская ждала его несколько часов. А ближе к полуночи, не дождавшись, пошла в родной райотдел - сдаваться. Виталия Мореца объявили в международный розыск. Такого милицейского скандала в Одессе не было давно.

- Если б я вышла замуж за старого начальника ГАИ и ездила на "Мерседесе" в собольей шубе, никто бы не удивился! А тут - никто не верил, что это любовь. Все думали, что я за деньги помогла ему бежать, - говорит Катя.

В любовь Виталия никто не верил тем более... Никто, даже его мама. А Катя - верила. Даже после побега. Даже сидя в следственном изоляторе в одной камере с банкиршей и директором пионерлагеря, она верила.

Сначала его решили не брать живым. Но Мореца спасло то, что он мог дать признательные показания, которые помогут следовательнице Покровской. Его поймали на десятые сутки со словами: "Ты за что, козел, девочку так подставил!" Когда он узнал, что Катя все это время сидела в изоляторе, ему пришлось вызывать "скорую". Он написал все, что требовалось.

Еще через неделю Катю отпустили. Пока она сидела, в Одессе началась весна. Она шла в свою однокомнатную квартирку и подставляла лицо солнцу. Еще через две недели умерла мама. Следователя Екатерину Покровскую уволили с работы в милиции и дали три года условно. Виталия Мореца приговорили к шести годам тюрьмы. На его деле - гриф "Склонен к побегу".

Возвращение

ПРОШЛО пять лет.

- Вы ему сигарет и чая привезите, пожалуйста! А если хотите, чтобы он вам всю душу раскрыл, то пирожных! - кричит Катя в трубку, а я записываю. Еду на Западную Украину к осужденному Морецу. Наказание он отбывает в населенном пункте Катериновка. "Виталий, вам жена сладкого передала".

- Мне тогда, в общежитии, как в голову стукнуло что-то, я просто вышел на улицу, вздохнул полной грудью, и ноги меня сами понесли... - говорит мне Виталий под осуждающим и недоверчивым взглядом замначальника колонии по воспитательной работе. Там тоже не верят в любовь.

Они поженились в тюрьме, на свадьбе была только его мама. С тех пор вот уже несколько лет - письма каждый день и редкие поездки безработной бывшей следовательницы на другой конец страны. "Вот и сегодня Морецу письмо...", - как бы с недоумением говорит замначальника по воспитательной работе.

"Я смог перенести столько счастья и не сойти с ума", - написал он ей однажды.

История любви хорошенькой следовательницы и вора-рецидивиста широко известна на Украине. О них уже сказали всё и все. Кроме самого главного - того, чего не знают еще и они сами. "Все истории любви кончаются свадьбой. Но еще никто не говорил, что бывает после", - цитирует Катя героиню Барбры Стрейзанд.

На днях состоялся суд по условно-досрочному освобождению. Виталий Морец возвращается домой. Теперь она будет ждать его каждый день по четным числам - когда оттуда приходят поезда. "Вот тут-то мы и посмотрим, чего их любовь стоит", - так думают все. Ведь тюремный роман - это еще не самое сложное. Самое сложное - это любить изо дня в день, это быть счастливыми без зарплаты, это все время быть рядом и доказывать свою любовь в прозаичном быту, а не в романтических письмах. Самое сложное - это возвращение.

"Знаете, из тюрьмы еще можно убежать. А вот от судьбы - нет", - говорит мне на прощание Виталий.

Смотрите также:

Также вам может быть интересно