115

Путин на распутье

В ЯНВАРЕ 2000 года, когда кремлевское кресло занял не слишком известный "наследник" Ельцина, на Западе спрашивали: "Кто такой Путин?" Оказалось - сторонник сильной государственной власти и рыночной экономики. Его идеал - сильная Россия, которую все должны уважать. Для этого целых 4 года ему пришлось выстраивать не слишком демократичную, но казавшуюся эффективной исполнительную "вертикаль", отобрать власть у регионов. Он наконец сумел поставить под контроль крупные корпорации и банки, которые при Ельцине фактически правили страной. Наградой стала запредельная популярность среди населения.

Одиночество власти

ЕЩЕ недавно, когда Путин во второй раз присягал на верность народу, казалось, что ему обеспечено "спокойное царствие" в течение второго срока. Аналитики гадали лишь о том, каким образом он обеспечит себе власть после 2008 года.

Но серия террористических актов и особенно убийство сотен детей в Беслане со всей остротой показали, что на вершине власти он, по сути дела, остался один. Ее ветви, на которые Ельцин всегда спихивал ответственность и по которым прыгал, как по кочкам в болоте, оказались фактически увядшими.

Согласитесь, такая нагрузка, павшая на одного человека, почти невыносима. Уже в те минуты, когда он собрал "силовое окружение" в аэропорту "Внуково", было заметно его трагическое одиночество. На лицах высших чиновников читался пугающий любого бюрократа вопрос: а кто ответит? Разумеется, все они привыкли - "за все ответит президент". Ведь это ему было решать: идти ли на уступки террористам, быть штурму или не быть?

Хотел того В. Путин или нет, но к пятому году его правления в России сложилась парадоксальная для огромной страны система управления и принятия решений. При ней все нити сходятся не просто на администрацию Кремля, а фактически на одного человека. В условиях деспотии такое бремя власти посильно и даже сладостно. А в гражданском обществе да еще в момент кризиса?

Чем помог президенту безвластный Совет Федерации? Какую помощь оказала дрессированная Государственная дума? Какой политический и интеллектуальный ресурс предоставила занятая ремонтом кабинетов "Единая Россия"? Что услышал президент, кроме раболепного и патриотического мычания? Где спряталось правительство? Кто из министров разделил с ним тяжкую ответственность? Кто был обязан успокоить встревоженный народ?

Когда в США произошел теракт 11 сентября и президент Дж. Буш пребывал в растерянной прострации, его поддержала даже оппозиция. И эта поддержка мгновенно вылилась на улицы. Была наглядная демонстрация здоровья политической системы, умеющей в критический момент мобилизовать все политические ресурсы страны. Поднять дух национальной солидарности.

Выбор решения

В. ПУТИНУ предстоят трудные и знаковые решения.

Изначально было ясно, что на уступки он не пойдет, второго позора Хасавюрта и Буденновска не допустит. Не только во имя единства и престижа России, но из соображений собственного политического выживания. Оплакав жертвы, население простит жесткие меры, но не простит слабости перед лицом бандитов.

Но такой энтузиазм быстро улетучится, если обществу не предложить нечто радикальное. И в этом смысле логика силовиков, к которым принадлежит и сам В. Путин, на первый взгляд очевидна: закрутить гайки.

По нашим сведениям, "наверху" активно готовятся предложения о создании нового суперведомства. Его условное название - МБВД, Министерство безопасности и внутренних дел. Такое слияние планировал еще в 1991 году Б. Ельцин. Его Указ N 289 был отменен Конституционным судом. Но сегодня тем же путем уже идут США.

Еще одна жесткая мера - отмена моратория на смертную казнь для террористов, их идеологов и пособников.

Есть и такие предложения, как прямое обращение к народу. Во дворах, на предприятиях, улицах предлагается организовать "отряды гражданского общества". Это своеобразный институт комиссарства при начальниках ДЕЗов, районных управах, мэриях.

Наконец стало ясно, что обычный бардак, который происходит в момент захвата заложников, пора прекратить. Группа заместителей министров, из которых организуется кризисный штаб, не спасет. Нужен постоянно действующий оперативный штаб с широчайшими полномочиями по координации действий. Даже сегодня спецслужбы в большинстве случаев знают о готовящемся теракте. Но использовать информацию и предпринять контрмеры не могут.

Пора возвращаться и к старой, испытанной десятилетиями работе с агентурой. В КГБ СССР, к примеру, заранее знали о планах диверсантов и диссидентов. Диссидентов уже нет, появились террористы. А содержание агентов хоть и дорогое удовольствие, но необходимое.

И последнее. У г-на Путина нет кадрового резерва. Питер вычерпан до дна. Где взять новых силовиков - умных и готовых смотреть на госслужбу как на священную обязанность, а не способ самообеспечения? Кузницы кадров - ВЛКСМ и КПСС, где отбор велся с молодых лет, - уже нет. Быть может, прислушаться к предложению президента Татарстана М. Шаймиева? Он предлагал выдвигать от регионов самых лучших представителей в кадровый федеральный резерв. Чего тут страшного?

По нашим сведениям, в течение двух недель многие из этих предложений и ряд других будут оформлены в виде документов. Помогут ли они в случае их принятия избавить президента от одиночества, в котором он оказался? Помогут ли расширить базу противодействия террору?

Парадоксально, но холуйско-бюрократическая система, сформировавшаяся в последние несколько лет, сейчас, в кризисной ситуации, может сработать против президента. Она обеспечивает "полный одобрямс", но не хочет да и не может претворить решения в жизнь.

Очевидно, что для поддержания стабильности нужны альтернативные бюрократии политические силы. В кризисных ситуациях они могли бы работать и вместе с президентом, и независимо от него. Обеспечивать национальную солидарность. Нужна классическая схема сдержек и противовесов, которая при всех неудобствах в моменты кризисов работает на страну, а не только на лидера.

Смотрите также:

Также вам может быть интересно