Примерное время чтения: 5 минут
76

Грозный все так же грозен

"ПОШЕЛ осел за рогами, а вернулся без ушей", - гласит старая восточная поговорка. Война в Чечне, начатая без малого год назад с единственной целью добить террористов в их логове, никак не может этой цели достичь. Более того, теракты стали еще более жестокими и массовыми. В них чувствуется рука инструкторов, сделавших террор своей профессией. Взрывы, аналогичные тем, что только что прогремели в Урус-Мартане, Аргуне, Гудермесе и Новогрозненской, приводившиеся в исполнение террористами-камикадзе, в разное время звучали в Ливане, Израиле, Египте.

НЕИЗВЕСТНО, запугали ли новые взрывы в Чечне милицейские силы, против которых были направлены, но кое-какие политические цели уже достигнуты. Губернатор Челябинской области Петр Сумин, чей ОМОН пострадал от взрывов, немедленно заявил, что более не даст ни рубля на восстановление Чечни. Хорошо бы объяснить губернатору, что терроризм процветает среди людей нищих, и кто не хочет помочь соседу бороться с бедой в его доме, может получить беду в своем...

За несколько дней до трагедии из Чечни вернулся корреспондент "АиФ" Дмитрий МАКАРОВ.

Ровно пять лет назад я объездил Чечню с коллегой-журналистом и общим нашим другом чеченцем, чьи политические симпатии мы так и не узнали, но зато сумели побывать с его помощью и у министров правительства Завгаева, и у чеченских полевых командиров. Тогда сложнее всего было общаться с российскими генералами и политиками. Им было наплевать, что о них напишут, как оценят их действия, пользуется ли война поддержкой народа или нет. Война поддержкой не пользовалась и потому была проиграна.

И вот теперь новая поездка. На сей раз в составе большой команды журналистов, представляющих московские газеты и сопровождающих из аппарата помощника президента РФ Сергея Ястржембского, отвечающего за освещение войны. Сегодня новой власти в лице президента Путина совсем не наплевать, как выглядит эта война в России и за рубежом.

Моздок

КРУПНЫЙ, явно с военной выправкой парень выскочил в холл гостиницы "Моздок", имея на себе только банное полотенце на бедрах: "Что у вас за безобразие? В бассейне стекла от пивных бутылок, а в парилке презервативы использованные валяются!..." - "Так ведь ваши же офицеры и отдыхали до вас", - парировала администратор за стойкой. Инцидент был исчерпан, и слегка смущенный парень снова отправился в сауну получить свою порцию удовольствий перед возвращением в Чечню, где о пиве и использовании презервативов по назначению придется на время забыть.

Моздок - тихий уютный город в Северной Осетии, в нескольких километрах от границы с Чечней, - еще в прошлую войну превратился в перевалочный пункт, где располагаются штабы, узлы связи и тылы российских силовых структур.

Местные жители говорят, что от присутствия войск в Моздоке разве что вздорожала аренда на квартиры да кривая проституции резво поползла вверх, в основном за счет приезжих.

Похоже, в этом городе нет и национальных проблем или они сведены до минимума. Здесь мирно уживаются осетины, чеченцы, русские. Большим влиянием пользуются кумыки и корейцы. Все понимают, что политическое равновесие легко нарушить, но трудно восстановить, и пример Чечни заставляет все национальные общины быть предельно корректными в отношении друг друга.

Наша земля

ДЛЯ МЕНЯ возвращение в Грозный было как страшный сон. От центра города, и так жестоко пострадавшего в прошлую войну, теперь остались только гигантские кучи строительного мусора. Я помнил удивительно красивую православную церковь неподалеку от центра города. Сейчас от нее остались одни стены. Солдаты расчистили ее от завалов и кое-как накрыли сверху. Священника давно уже нет. Но церковь живет. У ворот нас встретила женщина по имени Антонина, с удивительно красивым благородным лицом. Она как может охраняет и убирает церковь. Рассказывая о своем житье, Антонина беспрерывно плачет. Показывая на высящиеся вокруг горы мусора, она говорит, что вот под этим домом все еще лежат двое русских, под тем - трое. И так чуть не в каждом доме. Когда их наконец по-христиански похоронят, никто не знает.

- Почему вы не уезжаете отсюда?

И вдруг слезы ее просохли: "Я родилась здесь и прожила всю жизнь. Мои предки приехали на Кавказ больше двухсот лет назад и все здесь похоронены. От своих могил я никуда не уеду".

Больше всего чеченские русские боятся, что армия снова уйдет. Они почти уверены в этом, потому что удержаться армии во враждебном городе действительно трудно. Если в первые недели после освобождения грозненцы получали приличную гуманитарную помощь, то сегодня она практически иссякла. Голодают пациенты больницы в Старопромысловском районе Грозного, который более или менее сохранился. В больнице часто не бывает света, нет лекарств, нет инструментов. "Мне стыдно перед больными за то, что бывают дни, когда я не могу даже напоить их чаем, и стыдно перед своими коллегами за то, что не могу заплатить им положенную зарплату", - говорит главврач, с которым нам удалось пообщаться.

Умирающие больницы, школы, предприятия просят, умоляют дать им средства на восстановление. Средства, вложенные в мирную жизнь, должны вернуться сторицей. Ведь Чечня - это второй Кувейт, буквально стоящий на нефти. Но пока средств нет. Точнее, они были: правительство РФ выделило на восстановление полмиллиарда рублей, но они куда-то пропали. Куда - предстоит выяснить специальной комиссии, сформированной правительством России, в которую входят представители Минфина, ГТК и ФСНП. Найдут ли?

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно