Примерное время чтения: 6 минут
252

Мария-Луиза

ТЕЛЕФОННЫЙ разговор Ирины Ильиничны с близкой ее приятельницей и к тому же соседкой Верой Сергеевной длился уже более часа, и конца ему не было видно. И понятно: обсуждался очередной южноамериканский сериал. В самый разгар беседы тихо отворилась входная дверь и в прихожую вошла Ольга.

- Мама, - сказала она с порога, - мне нужно с тобой поговорить.

- Ой, погоди, Лелек, не до тебя, - бросила Ирина Ильинична, даже не обернувшись в сторону дочери. - Я и так вчера серию пропустила, пришлось тете Вере звонить.

- Но мам, это очень важно... - Ответа, однако, не последовало, и, чуть помедлив, девушка побрела в свою комнату. А Ирина Ильинична продолжала:

- Верунчик, извини, это Ольга моя из института пришла, вечно она не вовремя. Ну никакого покоя. Господи, даже к бабушке летом не поехала, весь июль и август в Москве просидела. Несправедлива к ней? Это почему же? Я в ее дела не лезу, и, в конце концов, имею же я право на личное время, хватит, я свое отработала давно. Что? Да, да, это ты верно говоришь, молодежь нынче не та, совсем не та. Ну ладно, совсем заболталась я с тобой, пойду смотреть, через пять минут начнется...

- Картошки начисти! - скомандовала она, проходя мимо комнаты дочери. - Я сегодня что-то совсем закрутилась, не успела.

Когда очередная серия была отсмотрена, а картошка, салат и сосиски готовы к употреблению, Ирина Ильинична и Ольга сошлись за столом.

- Так что же ты хотела мне рассказать? - проявила наконец интерес Ирина Ильинична. Ольга долго мялась и наконец выпалила:

- Мам, я замуж выхожу.

- Что-о-о?! - аккуратно выщипанные брови Ирины Ильиничны поползли вверх. - Ты совсем с ума сошла? Какой тебе замуж? Двадцать один год всего, диплом на носу! Не работаешь, на нашей с отцом шее сидишь, между прочим! И за кого ты, кстати, собираешься? Он что - богатый, с квартирой?

- Ни то, ни другое - он со мной в одной группе учится. Да он приходил к нам как-то, Саша. Помнишь Сашу?

- Сашу?! - негодующе закричала Ирина Ильинична. - Из Курска? Да ты соображаешь, что говоришь?!

- Не кричи, пожалуйста, - ответила Ольга устало, - все решено. Тут уже ничего не поделаешь. Я люблю его, и мы ждем ребенка.

Ирина Ильинична на миг оцепенела, а потом закричала громче прежнего:

- Господи! Да что же это такое?! У всех дети как дети, только моя - дура набитая! Ты разве не понимаешь? Ему не ты нужна, ему прописка твоя нужна!

- Зачем ты так? Не все же...

- Я же не вчера родилась, знаю этих иногородних мальчиков. Сперва ляльку заделают лохушке вроде тебя, а потом разведутся и полквартиры оттяпают. В общем, так: эта свадьба будет только через мой труп - аборт сделаешь. И чтобы я больше от тебя подобных глупостей не слышала, ясно?

- Я не буду делать аборт, - ответила Ольга спокойно.

- Не будешь? Но и здесь, в нашей квартире, запомни, вы жить не будете!

- Хорошо, - сказала Ольга, глаза ее сделались совсем чужими и холодными. Она вышла, оставив на кухонном столе свою нетронутую тарелку.

- Скотина неблагодарная! - выкрикнула Ирина Ильинична вслед уходящей дочери и нервно потянулась за сигаретами.

Целая неделя прошла в молчании. Ирина Ильинична оправилась от пережитого стресса и ждала, когда Ольга придет виниться. А Ольга отчего-то не шла, а тихо, как мышь, сидела в своей комнате. Муж отнесся к ситуации с олимпийским спокойствием: "Это ваши с ней дела, женские. Тебе, Ирочка, виднее, поступай как знаешь. У меня и так дел по горло".

Каждый вечер Ирина Ильинична неизменно садилась перед экраном и смотрела свой любимый сериал, "Марию-Луизу", - он хорошо отвлекал от тревожных мыслей. Все там было не по-нашему: красивые платья, пылкие чувства, а уж интрига-то как развивалась! Сколько горя сразу свалилось на бедную девочку! Никакого тебе банального студента из Курска. Вот оно, настоящее, а то придумают тоже: ни денег, ни квартиры, ребенка им, видите ли, захотелось.

Ирина Ильинична постепенно привыкла к молчанию дочери. Ей от этого было даже как-то спокойнее, и от экрана никто не отвлекал. А на десятый день, когда Мария-Луиза как раз попала в автомобильную катастрофу и началась ненавистная реклама, Ирина Ильинична вышла в коридор по какому-то важному делу и застала там дочь. Ольга старалась пристроить поудобнее на своих худеньких плечах две спортивные сумки и гитару и упорно не смотрела на мать.

- Надолго? - без любопытства спросила Ирина Ильинична.

- Навсегда, - ответила Ольга.

И, кто знает, может быть, все бы сложилось по-другому, но тут реклама закончилась, послышалось из комнаты пламенное "О, Хелена!", и, буркнув дочери через плечо:

- "Ты позвони мне вечером, только после восьми, когда фильм закончится", - Ирина Ильинична бросилась обратно к телевизору.

Ольга не позвонила. В конце октября сыграна была тихая студенческая свадьба, однокурсники помогли кто чем мог, а весной появилась на свет здоровенькая девочка - три триста весом, рост пятьдесят один сантиметр. Назвали ее Машей. Целый год прожила маленькая Маша в комнате общежития, в ватном одеяле, поскольку денег на ползунки и памперсы у родителей не было, да и холодной была эта семиметровая комната. А потом Ольга и Саша защитились, устроились на работу, сняли квартиру...

Ирина Ильинична не искала дочь. То ли держала паузу, то ли ей было просто некогда.

***

А Мария-Луиза ничего, выкрутилась. Серий через сто пятьдесят, испытав на себе поочередно аварию, амнезию и непроизвольный выкидыш, осела наконец на своей персональной вилле со своим персональным миллионером.

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно