Примерное время чтения: 6 минут
350

Десант в бессмертие

В ЦЕНТРЕ Николаева, на высоком берегу Ингула, стоит памятник 68 героям-десантникам. Сомкнувшись плечом к плечу, в боевом порыве застыли краснофлотцы, саперы, связисты. У подножия памятника горит Вечный огонь.

...Перелом в ходе войны уже наступил. Но враг пытался зацепиться, удержаться на каждом рубеже. Март 1944 года. Весенняя распутица. Вязкие, непролазные черноземы... Войска 3-го Украинского фронта продвигались к городу-порту Николаеву - стратегически важному пункту обороны противника. Фашисты возвели вокруг мощные укрепления, планируя задержаться здесь надолго.

Чтобы сберечь солдат, спасти город и порт от разрушения, было решено высадить в тылу врага отвлекающий десант. Десантный отряд сформировали из 55 моряков-добровольцев 384-го отдельного батальона морской пехоты. Командиром был назначен старший лейтенант Константин Ольшанский.

На берегу Южного Буга нашли семь рыбачьих баркасов. Когда все уже погрузились в них, на пирсе появилась группа солдат, и старший доложил: "Направлены к вам из дивизии. Среди нас связисты, саперы. Всего двенадцать человек". Самый молодой из местных рыбаков, Андрей Андреев, вызвался быть лоцманом по Бугскому лиману.

За несколько дней до высадки десанта гитлеровцы готовились уничтожить несколько важных объектов в городе. Они успели взорвать почти все причалы в порту. На очереди был портовый элеватор - железобетонный гигант. Враги торопились. В туннель под рабочей башней они вкатили платформу со взрывчаткой. Порт дрогнул от оглушительного грохота, повалил черный дым, но прочное здание элеватора устояло. Тогда фашистские подрывники стали готовиться к повторному взрыву.

Утром 26 марта по дороге, ведущей в порт, спускалась первая телега со следующей партией взрывчатки для элеватора, на ней ехали двое солдат. Приблизившись к двухэтажному зданию конторы "Экспортхлеб", они заметили странные перемены. Ее окна оказались заложены кирпичом. Кое-где в стенах виднелись свежепробитые бойницы, из которых торчали черные стволы пулеметов. Фашисты поспешно повернули свою телегу назад, и тут загремели выстрелы. Один солдат рухнул замертво. Второй с криком "партизанен!" убежал.

Враг переполошился. Вскоре появилась рота автоматчиков. Пройдя ворота порта, гитлеровцы цепью направились к зданию конторы. Их встретил кинжальный огонь десантников. Ни один фашист не ушел.

А дальше все слилось в один бесконечный бой. Враг вводил свежие части, артиллерию, шестиствольные минометы и танки. Для того чтобы "выкурить" смельчаков из зданий элеватора, гитлеровцы применили огнеметы и дымовые шашки. В батальон поступила радиограмма: "Вступили в соприкосновение с противником. Ведем ожесточенный бой, несем потери".

Бронебойщик М. Хакимов метким выстрелом из противотанкового ружья попал в штабель снарядов, сложенных у орудий. Взрыв потряс территорию порта.

Гитлеровцы перенесли огонь минометов на сарай, где расположилось отделение старшины К. Бочковича. Загорелась, поливая моряков раскаленным варом, толевая крыша сарая. Затем враги, видимо, считая, что там никто не уцелел, перенесли огонь на домик, где оборонялись отделения Ю. Лисицына и И. Макиенко. От удара обвалившейся балки ослеп И. Индык, но продолжал стрелять на слух. Падая от жгучего удара в плечо, Лисицын видел, как навстречу врагу бросился огненный факел: на Мамедове горела одежда - и он врезался в толпу гитлеровцев, подняв над головой связку гранат...

Вечером 26 марта в штаб батальона ушла еще одна радиограмма: "Противник атакует. Положение тяжелое. Прошу дать огонь на меня. Дайте быстро. Ольшанский".

Начался второй день боя. Напрягая силы, очнувшийся от контузии Ю. Лисицын дополз до конторы, где находилось ядро десанта. Здания уже не было - под артиллерийским огнем оно превратилось в руины. Из командиров остался в живых лишь К. Ольшанский. Несколько раз раненный, он ни на минуту не покидал боя. Десант уже выполнил свою задачу. В городе среди фашистов началась паника. Не зная сил десанта, боясь его прорыва в город, вражеское командование вынуждено было снимать свои подразделения с передовой.

В середине второго дня сражения появились танки. И опять "ожил" молчавший до сих пор цементный сарай, где притаились бойцы. М. Хакимов подбил первый танк, да так удачно, что он загородил дорогу остальным. Второй танк попытался оттащить его в сторону, но загорелся. Третий танк подбил С. Голенев, но четвертый пошел напролом. Над десантниками нависла смертельная угроза. И тогда совершил свой подвиг В. Ходырев: взяв в здоровую руку (вторую ему оторвало взрывом) противотанковую гранату и зажав в зубах еще одну, матрос бросился под надвигающийся танк...

Атаки следовали одна за другой. Когда стало совсем трудно, К. Ольшанский приказал радисту: "Передайте в штаб: "Прошу открыть шквальный огонь по квадратам..." И он назвал координаты, где сражались остатки десантников. Но рация молчала, разбитая осколком, возле нее, истекая кровью, умирал радист. Тогда выбор пал на Ю. Лисицына, его отправили в качестве связного. Он незаметно пробрался окраиной города к позициям советских войск, но недалеко от переднего края подорвался на мине. Тяжело раненный, он продолжал ползти к своим и выполнил последний приказ командира.

В порту десантники продолжали отбивать атаку - уже восемнадцатую по счету...

Гитлеровцы стали забрасывать моряков дымовыми и газовыми шашками. И вдруг из дыма сквозь грохот пулеметов пробилась старинная матросская песня:

"Наверх вы, товарищи, все по местам.
Последний парад наступает..."

В ночь на 28 марта 1944 года 61-я гвардейская и 243-я стрелковая дивизии ворвались в город Николаев. В порту советские воины увидели страшную картину. Там, где сражался десант, насчитали свыше 700 убитых фашистов, подбитые танки, пушки... От десанта к этому времени в живых оставалось одиннадцать человек. Все были ранены и обожжены. Из госпиталя вышли шестеро...

Взятие города Николаева 28 марта 1944 года столица нашей Родины Москва отметила салютом 20 артиллерийскими залпами из 224 орудий.

Все шестьдесят восемь участников "десанта Ольшанского" стали Героями Советского Союза. Это - единственный случай в истории Великой Отечественной войны, когда каждому из отряда, проявившего беспримерный героизм, было присвоено это высокое звание. Многим - посмертно.

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно