Примерное время чтения: 9 минут
315

Банковский кредит

СНЫ ОДОЛЕВАЛИ. Особенно по утрам. Всякий раз, когда прикосновения мужских губ горячей цепочкой опоясывали шею, что-нибудь случалось. Таня даже не успевала понять, чьи это были губы. Наверное, все-таки Антона... От его поцелуев всегда сладко падало сердце, хотелось зажмуриться и отдаться на волю мужских рук. Таня едва сдерживалась. Но Антон был частенько занят. Неужели бизнес слаще любви?

И на этот раз телефонная трель вспугнула мечту. Рука, зажатая между подушкой и щекой, неохотно выбралась на поверхность. Голос Лельки был злораден и упруг.

- Дрыхнешь? - рявкнула она. - А ну-ка, срочно включи телевизор!..

Таня щелкнула пультом. По экрану побежали тучки с цифирками. Говорили о погоде.

- Ну и... - вяло пробормотала Таня. - Что смотреть-то? Сказки синоптиков?

Телефонная мембрана застонала от Лелькиного напора.

- Проспала! - завопила она. - Все на свете проспала... Только что в "Новостях" сообщили, что ночью ограбили Коммерсбанк. Подозреваемый - некий Петров. Антон Петров. Ты случайно такого не знаешь?

Таня похолодела. Антон ограбил банк? Как? Почему? Неужели ее мама была права, подозревая Антона во всех смертных грехах? Неужели и вправду материнское сердце не обманешь...

- А может, это не тот Петров? Мало ли в Питере однофамильцев? - попробовала посопротивляться Таня.

Трубка зарыдала от Лелькиного смеха:

- Как же! И фотография не его? Он это, он... Тот самый, твой голубчик... Наделал долгов и пошел ва-банк. - Лелька заржала над своей шуткой. - Так что сиди дома и не рыпайся. Его теперь по всему городу ищут. Может, и к тебе заглянут. Поняла?

Таня кивнула. В трубке запели гудки отбоя. Значит, Антон теперь вне закона?

Таня вскочила, свернула постель. Боже, да как же он теперь? Ведь его могут убить?

Таня выскочила на кухню. Мама, увидев ее перепуганное лицо, сразу обо всем догадалась.

- Ну? Выкладывай! - строго сказала она. - Что опять?

Таня в недоумении пожала плечами.

- Антон ограбил Коммерс-банк...

Мама всплеснула руками.

- Я всегда подозревала, что этим кончится. Слава богу, вовремя вмешалась!

Ее лицо сияло торжеством. Как же, она сохранила Танину чистоту. Можно радоваться...

- А каков фантазер! - Голос мамы звенел гордостью. Дескать, у него и заводик, и три квартиры, и счета в банках. Как же, видали мы таких миллионеров. Еще молоко на губах не обсохло, а туда же - миллионер...

- Мама, не надо, а? - вспылила Таня. - Помолчи, пожалуйста.

Мама обиженно поджала губы.

- Эх, дуры вы, дуры! - бурчала она. - Всему верите. Готовы любую лапшу ложкой есть. А они только и ждут, чтоб вас в постель уложить...

Таня стояла у окна, смотрела на дождь.

- Сходила бы лучше за хлебом. Невеста миллионера... - мама не удержалась, съязвила.

ТАНЯ надела куртку, спустилась во двор. Дождь лил со страшной силой. Странно, но она совсем не чувствовала обиды. Только жалость. И потому, что теперь они были разделены стеной, и потому, что дважды отказала Антону в близости. Эх, надо было уступить. Таня вспомнила вкус его губ наяву и в предутренних снах... Сердце заныло, защипало в глазах...

Мужская рука грубо схватила ее за запястье. Она вскрикнула.

- Тихо! Это я...

Голос принадлежал Антону. Он не был похож на себя. Вместо шикарного плаща сверху была накинута драная куртка, голову покрывала серенькая кепчонка.

- Иди за мной! - то ли попросил, то ли приказал он.

У Тани закружилась голова. Ей стало все равно. Будь что будет! Она забежала вперед, зашептала:

- Антоша, я все знаю... Не бойся, я не выдам...

Он приложил палец к губам и быстро, прижимаясь к стене, пошел к выходу. Таня пошла за ним, стараясь ступать след в след.

Взявшись за руки, они перебежали улицу. Неприметный "жигуль" стоял в соседнем дворе. За рулем сидел пожилой мужчина с квадратным подбородком. В темных стеклах его очков бежали хмурые тучи.

- Алик, гони! - приказал Антон, как только за ними захлопнулась дверь.

Таня ничего не успела спросить. Страх, смешанный с любовью и возбуждением, вспыхнул ярким фейерверком сразу же, как только губы Антона прикоснулись к ее губам. Таня почувствовала, как внутри все задрожало и рухнуло сладким водопадом. Она не могла сдерживаться, глотала слезы со стонами вперемешку и целовала любимое лицо до умопомрачения, до сладких судорог, пока пальцы Антона гладили плечи, скользили по волосам, по запрокинутой шее.

Они мчались по каким-то темным улицам, свет вспыхивал и гас, и Таня не понимала, то ли свет мелькает под веками, то ли за дрожащими от скорости автомобильными стеклами носятся солнечные зайчики.

Они выскочили на Суворовском, у темного старинного дома с лепниной на фасаде. Лифт дребезжал, Тане казалось, что она поднимается на небеса.

ОНА НИЧЕГО не видела, но чувствовала, что эта квартира с высоченными потолками принимает их так же, как Таня принимала Антона, - целиком, с мучительным, почти последним наслаждением. Наконец-то ее предутренние сны стали реальностью - губы Антона медленно, но неудержимо скользили по ее телу, по ее раскрытым губам. Таня закрыла глаза, горячее дыхание обдало ее лицо, пальцы Антона пробежали сверху вниз. Они вместе полетели в черную звездную пропасть, туда, где не было ни ограбленных банков, ни суровых матерей, ни необходимости просыпаться посреди громадной комнаты, забитой бронзой, зеркалами, красной лоснящейся мебелью...

Таня поднялась и уселась на краешек кровати. Шея горела от мужских поцелуев. Антон спал, отвернувшись к стенке. Где она? Что она здесь делает?

Таня встала, прошла в коридор. На часах было три. Она отогнула штору, выглянула во двор. Надо позвонить матери. Таня вернулась в комнату, нашла телефон. Антон лежал в той же позе.

Мама ответила сразу.

- Ты где? - строго спросила она.

- Потом... - шепнула Таня. - Не волнуйся. Я потом все объясню...

- Ты не с ним? - испугалась мама.

- Нет, - твердо сказала Таня.

Обман дался легко. Мама поверила.

- К нам не приходили? - спросила Таня, опасаясь услышать, что дома их уже ждут.

Голос мамы был спокоен.

- Нет. А кто должен прийти? Таких, как ты, у него, может, полгорода...

Таня усмехнулась и поторопилась ее успокоить:

- Я так, на всякий случай спросила. Ладно, потом перезвоню...

Таня положила трубку. Повернула голову. Антон смотрел на нее.

- Куда ты звонила? - вкрадчиво спросил он, взяв ее руку в свою.

Его ладонь была горячей и твердой.

- Маме, - тихо сказала Таня.

Она не могла себе представить, что вскоре их ждет долгая разлука. Возможно, разлука навсегда. Банки и их владельцы умеют мстить.

- Почему ты ничего не спрашиваешь? - спросил Антон.

Таня покачала головой.

- А зачем? Я и так все знаю...

Антон улыбнулся и потянул ее на себя. Начал целовать ее мокрое лицо, что-то говорить.

У Тани не было слов. Ей вдруг показалось, что на лестничной площадке кто-то притаился. И точно, через мгновение всхлипнул звонок. Антон вскочил, начал одеваться. У Тани похолодели руки.

- Антон...

- Это за мной, - сказал он, вдруг успокаиваясь.

Он подошел к ней. Таня положила голову ему на грудь. Они стояли обнявшись, а дверной звонок заливался, словно глупый щенок, учуявший чужого.

Наконец, Антон взял ее за плечи и отодвинул от себя.

- Пора... - тихо сказал он. - Иди в комнату.

Он пошел к двери. Таня, забывая себя, метнулась следом.

- Антон, я всегда буду с тобой! - шептала она, сдерживая слезы. - Я дождусь. Обязательно дождусь...

АВ ДВЕРЬ уже колотили. На лестнице раздавались громкие голоса. Антон поцеловал Таню коротким прощальным поцелуем и повернулся к двери.

Щелкнул замок. Таня закрыла глаза и, чтобы не упасть, прислонилась к стене. Она ожидала всего: выстрела, выкрика, автоматной очереди.

Но вместо этого услышала вежливый мужской баритон:

- Извините... Антон Петров здесь проживает?

Таня открыла глаза. На лестничной площадке стояли двое. В руках у одного была громадная корзина с красными, туго закрученными розами.

У другого - серебристое ведерко со льдом, из которого выглядывало золотистое горлышко шампанского.

Ничего не понимающая Таня уставилась на нежданных гостей. Перевела взгляд на Антона. Он виновато, растерянно улыбнулся и приоткрыл дверь пошире.

- Здесь. Проходите...

Молодые люди вошли в прихожую. Корзина с розами была такой огромной, что широченный коридор внезапно сузился, покрылся алыми бликами.

Таня в растерянности уставилась на Антона, который вдруг опустился перед ней на колени.

- Таня, выходи за меня замуж, - виновато сказал он. - И прости за этот спектакль!

Молодые люди заулыбались.

- Да... да... я согласна... - нервно выдохнула Таня. - Но как же... банк... Антоша, это же тюрьма...

Антон наклонил голову.

- Таня, не было никакого банка. - Его голос звучал глухо. - Это розыгрыш...

Он поднял голову и посмотрел Тане в глаза. - С Лелькой я договорился. Она согласилась мне подыграть...

Антон поднялся с колен и крепко обнял Таню.

- Пойми меня правильно - я должен быть уверен, что любимая готова разделить мою участь. - Он улыбнулся. - А не только мои миллионы...

Геннадий ЕВДОКИМОВ, Санкт-Петербург


"АиФ. Дочки-матери" продолжает конкурс рассказа. Авторы всех опубликованных историй получат гонорар 3000 руб. (без вычета налогов). Рассказ должен быть неожиданным и занимать не более 5 стандартных машинописных страниц (7500 знаков). Не забудьте оставить свои координаты: точный почтовый адрес, паспортные данные, ИНН и номер пенсионного удостоверения (это обязательно, бухгалтерия у нас строгая). Редакция категорически не вступает в переговоры и переписку с авторами.

E-mail: boyarkina@aif.ru

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно