Примерное время чтения: 11 минут
165

Запретная черта

Хочет ли кто-нибудь из вас, дорогие родители, чтобы его ребенок вырос вором? Да не дай бог, скажете вы. И расскажете ребенку о том, что воровство - это плохо, за это сажают в тюрьму. Но через час, в раздражении от рекламы дорогих туров и автомобилей, обрушившейся на вас в разгар интересного фильма, невольно воскликните, что честный человек и за всю жизнь столько не заработает... А потом зайдет к вам "на огонек" ваш знакомый и расскажет, как его сосед хорошо устроился: "гонит" за границу медную проволоку и уже построил дом на Кипре. Станете смотреть новости, и кто-нибудь обязательно скажет, что в нашей стране порядок может навести только мафия. И дети все это слышат и наматывают на ус. Как же в такой ситуации воспитывать честность? Об этом - наш разговор с психологами Ириной МЕДВЕДЕВОЙ и Татьяной ШИШОВОЙ.

Система координат

Сейчас нередко можно услышать, что в России народ вообще вороватый, что это, мол, в крови испокон веков. В доказательство цитируют Н. М. Карамзина. Якобы на вопрос, как он при помощи одного слова охарактеризовал бы Россию, великий историк ответил: "Воруют". Ну и, конечно, приводят множество примеров крупного и мелкого расхищения государственного имущества.

Не будем долго полемизировать и распространяться о том, что в массовом сознании советского периода существовало резкое разграничение государственной общенародной собственности и собственности личной, принадлежащей другому человеку. Но вот по поводу того, что это в крови, хотим уверенно возразить. Когда какая-то черта, что называется, исконная, она проявляется уже в детстве. Причем в детстве даже более отчетливо, чем в зрелом возрасте, ибо еще не замаскирована, не скорректирована, не уравновешена воспитанием. Если бы народ у нас был вороватый, то и дети как минимум через одного норовили бы что-нибудь стянуть. Но ничего подобного мы не наблюдаем ни на своих занятиях, ни в быту.

Очень интересно и другое. В 1992-1993 годах воришки буквально посыпались на нас, нам даже пришлось разработать особый вариант методики.

Но вскоре произошла обратная неожиданность. Примерно с весны 94-го года "кривая детского воровства" резко пошла вниз.

Какое-то время мы недоумевали. В чем же дело? Ведь преступность растет, и детская - в том числе. А на наших занятиях все наоборот. Сейчас, по прошествии некоторого времени, кажется, мы все-таки догадались о причинах такого несовпадения. Похоже, это была одна из форм реакции на то, что так цинично называлось "шоковой терапией". Дети слишком активны, поэтому, в отличие от взрослых, не могут впасть надолго в состояние прострации, анабиоза.

А если учесть, что заповедь "не укради" в первые 10-15 лет жизни далеко не у всех успевает стать железным табу, то "бум" детского воровства становится вполне объяснимым.

Но почему же среди наших пациентов оно почти сошло на нет, хотя в целом по стране детская преступность растет? А потому, что наступила относительная экономическая стабилизация, состояние шока прошло. Разлившаяся река рано или поздно входит в свои берега, то же и с детским воровством. Оно вернулось в маргинальные слои общества, где, собственно, всегда и обитало. Разумеется, нельзя сказать, что общественная "река" полностью восстановила свои границы. Маргинальный слой общества увеличился, потому и возросла детская преступность. Но к нам-то обращаются по большей части люди, не выпавшие из культуры и, следовательно, очень большое внимание уделяющие воспитанию детей, их поведению и деформациям этого поведения.

Нельзя - и все!

Бессмысленно вести разговор о проблеме детского воровства, не связав это напрямую с формированием строгих, даже непреложных запретов - табу. Сейчас эта задача существенно усложнилась. Как ни странно, одним из препятствий стал рационализм, вошедший сейчас в моду и сильно отразившийся на принципах воспитания. Считается, что детям, даже малолетним, все надо объяснять. Мы думаем, что это заблуждение, как, впрочем, и любой перехлест. Да, конечно, многое надо объяснять, но есть вещи, которые объяснять не стоит и даже вредно, ибо это может расшатать "гранитные берега" основ человеческой этики. Например, как рационально объяснишь, почему нельзя совершать убийство? Грех? А вы докажите! Кто это сказал? Бог? А вы докажите, что Он есть... Или почему нельзя есть человеческое мясо...

Заповеди в этом смысле иррациональны, то есть неподвластны человеческому разуму, не находятся в поле его выбора.

"Не укради" - это заповедь. И выбора здесь нет. Нельзя - и все!

Понятно, что в нашей сегодняшней ситуации не очень-то легко воспитывать честность. И именно поэтому теперь на это надо обращать гораздо больше внимания, чем раньше. Родители, как правило, это понимают. Они не понимают другого: как в сегодняшних условиях "размытых берегов" основ человеческой этики с этим справиться?

Казнь через повешение

Сколько раз приходилось слышать, в том числе и в связи с воровством: "Ничего на него (на нее) не действует. Уж я и так и сяк... Все перепробовала - без толку!"

И бывает нелегко объяснить, что за воровство нужно не просто наказывать, а наказывать очень сурово. Причем независимо от реальной ценности украденного: за ластик точно так же, как за бабушкину пенсию. Чтобы "нельзя" зафиксировалось на уровне рефлекса.

"Да мы его и били, - жаловалась мать тринадцатилетнего мальчика. - Отец даже ремнем врезал". Как ей было втолковать, не боясь показаться монстрами, что для тринадцатилетнего "подростка из подворотни" (а Денис был именно таким) пара ударов ремнем - это тьфу! Наказание должно быть соотнесено с ребенком не только в одну сторону - как бы не пережать, но и в противоположную. Недожать не менее опасно, чем пережать. Да-да, не только бессмысленно, но и опасно. Почему? А потому, что воровство - одно из проявлений своеволия, и если взрослый, вступая с ним в борьбу, терпит поражение, то, во-первых, рецидив почти гарантирован, а во-вторых, ребенок утверждается в мысли, что он сильнее взрослого, а значит, взрослому в следующий раз нужно будет усилить наказание. Снова не поможет - снова усилить. Но ребенок ведь с каждым разом получает своеобразную закалку. И каким тогда в конечном счете должно быть наказание, чтобы наконец проняло? Казнь через повешение?

Пожалуй, лучше все-таки, стиснув зубы и преодолев вполне естественную жалость, в самый первый раз, не дожидаясь "развития сюжета", наказать воришку как следует, чтобы надолго запомнил, чтобы неповадно было. Поступив так, вы на самом деле пожалеете его гораздо больше. Хотя бы потому, что избавите от страшной судьбы, которая его ждет, если "сюжет" все-таки будет развиваться.

Самое главное, чтобы не было пустых угроз. "Приговор" следует привести в исполнение, и желательно сразу после "раскрытия преступления". Но, конечно, не следует заигрываться. Предположим, если вы видите, что ребенок потрясен рассказом о его проступке одной вашей подруге, то не обязательно рассказывать еще троим. Но надо обязательно, как мы считаем, дождаться раскаяния и обещания никогда в жизни так не поступать. Причем не вы должны заглядывать ему в глаза и спрашивать: "Ну, ты обещаешь? Ты больше никогда так не будешь?", а он должен прийти к вам и все сказать сам. Помните, что для всех детей, даже для очень демонстративных и своевольных, как бы они ни пытались показать свое безразличие к бойкоту, хорошие отношения с родителями - огромная, ни с чем не сравнимая ценность!

Бунт слабых

Мотивы воровства среди детей невротического склада, как правило, не связаны напрямую с непреодолимой жаждой владеть украденным. Не связаны они и со слабым осознанием тяжести проступка. Иными словами, это мотивы опосредованные. Они бывают самыми разными. Тут и отчаянная попытка привлечь к себе внимание, и жажда самоутверждения, и проверка себя ("могу ли я преступить запретную черту?"), и желание приобщиться к миру взрослых, и бунт против гиперопеки. А часто и все вместе.

Мать девятилетнего Лени Д. начала разговор с нами со слов:

- Я ни на что не надеюсь. Все перепробовала - и как горох об стенку. Короче, мой сын - кандидат в колонию. Это однозначно. А к вам я пришла просто так, для очистки совести...

Леня стал заниматься у нас, и очень быстро выяснилось, что он безумно привязан к матери. А мать вторично вышла замуж и уже два года жила отдельно от сына.

- Муж у меня нервный товарищ, - объяснила она, - до сорока лет жил с горячо любимой мамочкой и детей не выносит.

Впрочем, она призналась, что и ее ребенок тяготит, что она не любит с ним играть, заниматься и вообще ей все это неинтересно.

Мы поняли, что мальчик остро переживал равнодушие матери и предпочитал вызывать пускай отрицательные, но сильные эмоции с ее стороны. Воровством он этого добивался. Мать впадала в состояние неистовства, кричала, плакала, проклинала Леньку и весь белый свет. А он... он почти блаженствовал. Мать же еще больше ужасалась, видя такую странную реакцию, и обзванивала валютные аптеки в поисках таблеток, прописанных психиатром.

Нельзя сказать, чтобы эта женщина ни в чем нас не слушалась. Нет, она начала уделять сыну больше внимания, даже пыталась неуклюже приласкать его (чего раньше не делала никогда!). Воровство стало случаться реже - раньше мальчик воровал чуть ли не каждый раз во время встреч с матерью или непосредственно накануне.

Но в одном мать была непреклонна: Ленька по-прежнему жил с бабушкой и дедушкой. К счастью, в дело вмешалась судьба. Придя на очередное занятие, Ленька с восторгом оповестил всех присутствующих, что теперь он живет с мамой.

- Мои родители его просто выгнали, - пояснила, оставшись с нами наедине, мать. - Он их до ручки довел... А папа недавно перенес инфаркт. Так что теперь мое сокровище со мной!

После этого мы видели Леню с интервалами в полгода и год. За все время он совершил кражу всего один раз - в летном лагере, где ему очень не нравилось и куда мама за месяц ни разу не приехала. Кстати, его отчим оказался не таким уж страшным детоненавистником, а напротив, принял самое деятельное участие в воспитании пасынка.

Домашний театр

А теперь - этюды. Простые сценки для домашнего театра, где ребенок вместе со взрослыми может "проиграть" сложные житейские ситуации. Своевольным детям очень полезно научиться прогнозировать последствия своих поступков. Но, давая подобные этюды, важно позаботиться о том, чтобы самолюбие ребенка не пострадало, чтобы он ни в коем случае не был опозорен перед другими детьми и перед взрослыми! Поэтому мы очень часто даже в этюдах "хозяин - собака" не говорим прямо о воровстве собаки, а делаем упор на безрассудные поступки, на их печальные и курьезные последствия. Итак...

Этюд 1. Собака, обидевшись на хозяина за то, что он ушел и оставил ее одну, устроила в доме ужасный беспорядок (побольше живописных деталей!). Что было, когда хозяин вернулся и увидел это безобразие?

Этюд 2. Собака требует, чтобы хозяин любил только ее, тогда как он любит еще и... (перечислить кого или назвать кого-то одного, к примеру - маму). Она во что бы то ни стало хочет добиться своего, но избирает не совсем обычный способ: залезает к хозяину в портфель (в стол), вынимает (придумать что) и прячет. Проделка обнаруживается. Реакция хозяина? Завоевывает ли собака его любовь?

Этюд 3. Собака завела новые знакомства среди дворовых псов и, решив произвести на них впечатление, пригласила целую свору домой, сделав вид, что она живет одна и является полноправной хозяйкой квартиры. Придумать как можно смешней, какое разорение и раскардаш учинили в доме четвероногие гости и как на это среагировал внезапно вернувшийся хозяин.

Вообще юмору мы придаем большое психотерапевтическое значениe, но когда имеешь дело с "собаками"-воришками, это важно вдвойне!

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно