Примерное время чтения: 3 минуты
137

0телло играл на гармошке

РЕЖИССЕР Някрошюс на встрече с журналистами был немногословен. Это в его стиле. Зато исполнитель главной роли Владас Багдонас сказал: "Мы ставили пьесу про любовь. Все пьесы про любовь. Каждый должен любить. Любовь - двигатель внутреннего сгорания. Двигатель внутренней погибели - зависть и ревность".

Спектакль "Отелло" ожидался как сенсация Международной театральной олимпиады, так и случилось. После "Гамлета", "Ромео и Джульетты", "Макбета" Эймунтас Някрошюс продолжает свою собственную шекспириану. Впереди, возможно, "Король Лир". Этот спектакль, "Отелло", встреченный овацией, стоя, на удивление, для Някрошюса, прост. Тона, краски спектакля - черное и белое. Старое корыто, через которое перешагивают герои, засучив штанины, четырехугольник из камней, плеск волн, шум прибоя, от которого, воображаемого, убегают герои, - вот и море. Отелло, тянущий на веревках воображаемые корабли, как Гулливер, - вот и его подвиги.

Дездемона, литовская звезда балета Эгле Шпокайте ("Это наш символ, как Плисецкая", - сказал режиссер), женщина-девочка, в первой же сцене несущая, вся в черном, на себе белую дверь-крест, как крышку гроба. Отелло в исполнении великолепного актера Владаса Багдонаса, с самого начала кричащий как зверь - от счастья ли, от предчувствия ли грядущей беды? Скорее последнее - это человек, предчувствующий будущую трагедию, человек, изначально готовый принять предательство, измену. Он, и это так ощутимо, буквально ожидает этого предательства и измены. И, в сущности, спектакль об этом. О том, что беда неизбежна. Лишь музыка, обтекающая его, нежная, переливчатая, живая (на сцене рояль и пианист), говорит нам о том, что счастье было так возможно, так близко.

А Яго? Что Яго? В этом спектакле он - простоватый паренек, милый, и жену ласково приобнимет, и повеселится при случае. Отнюдь не картинный злодей. Зло не имеет внешнего зловещего обличья, оно просто, буднично, повседневно, банально. Спектакль и об этом тоже: человек верит во зло. И когда Яго и Отелло, перед этим играющий на губной гармошке от избытка чувств, обсуждая месть, ползают на четвереньках, это говорит о том, что зло животно. Но при этом оно - в человеке.

Отелло видит, как Дездемона, шаловливая девчонка, смеется, сидя на шее у Кассио (будущего соперника), - жизнь, молодость, игра! Этой сцены нет у Шекспира, и это тем больше подтверждает мысль режиссера - Отелло изначально готов к подозрению: она моложе его, она красавица, бела кожей (хотя Отелло в этом спектакле не черен, а бел). Значит, изменит, значит, предаст.

Этот спектакль смотрится как кино - крупные планы, немые сцены, музыка, паузы, пластические эпизоды. И последний танец Отелло с Дездемоной, уже удушенной, когда он, как куклу, обнимает ее, носит по сцене, как живую. И после украшает, мертвую, горшками с цветами.

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно