Примерное время чтения: 5 минут
104

Грумер - это не гурман и не гример

"ДАЙ ему корвалолу, а то сейчас опять нам здесь Дездемону устроит!" Я метнулся за пузырьком, но успел заметить, что кокер-спаниель на рабочем столе закатил глаза, повис на страховочном тросе и изобразил глубокий обморок. Почему-то я всегда предполагал, что стричь собак - работка не из пыльных, а тут такое творится...

МНЕ как грумеру, или попросту - собачьему парикмахеру, сегодня не повезло. Первым на очереди оказался старый-престарый кокер, и воняло от него так, как будто он только что из тухлого болота. Лена, мастер-грумер салона "Грейси", выразилась более конкретно: "Сейчас увидишь, что эта симпатичная псина на самом деле - злобная, жадная, прожорливая и агрессивная тварь. Мы с ним еще наплачемся".

Дисциплина в папильотках

Я ВЫЧЕСЫВАЛ этому гаду колтуны на пузе, стараясь дышать ртом и как можно реже - вонь стояла неописуемая. Сначала он пробовал меня укусить и так рычал, что я почти разбирал трехэтажный мат. Потом, наверное, понял, что новый грумер совсем не пацифист и настроен весьма решительно. Тогда пес сменил тактику и начал давить на жалость - скулил, заискивал, а когда и это меня не проняло, рискнул прибегнуть к шантажу и симуляции. Положение исправила только лошадиная доза корвалола, после чего он забалдел и вел себя более-менее спокойно, тихонько пованивая.

"Терпи, - внушала мне Лена, - без этого не обходится. Еще хорошо, что кокер сегодня только один, а дальше пойдет наше счастье - йоркширские терьеры, такие лапочки... Ути, моя девочка, моя хорошая, - Лена отвлеклась на йорка Шейлу, - такая красавица, спокойная..."

Я наконец утер кокеру сопли и слюни и поволок его в ванную. Завернутый в полотенце и запертый в вольере, он больше не возникал, только изредка взвизгивал - жаловался, наверное.

"Им тоже не позавидуешь, - рассуждала Лена. - Одно дело, когда стрижем и чешем, вот как сейчас, по необходимости, так называемый санитарный уход. А если собака выставочная, то никакой свободы она не видит: с рождения подчиняется неизбежному - постоянные стрижки и подготовки к выставкам, в общем, жизнь хоть и хорошая, но все равно собачья. Представь себе: помыли мы и расчесали, скажем, болонку. Это еще половина работы, надо ей шерсть смазать репейным маслом, разделить на сегменты, скрутить в папильотки. Потом ей наденут сверху комбинезон, и вот так она и живет до следующей стрижки, причем на улицу выходить - ни-ни!"

Я представил себе несчастных псов. Это ж не поиграть и не побеситься от души, и вообще... Хоть какие-то радости у них в жизни остаются?

"Для них одна радость, - вздохнула Лена, - выставка. Там уж они разворачиваются по полной программе, буквально преображаются, а уж как важничают... Погоди, сейчас приведут выставочного ризеншнауцера, увидишь".

Аристократы и простолюдины

КОГДА ризена поставили на рабочий стол, он посмотрел на нас с таким презрением, что стало неуютно. Вид у него был как у британского лорда, по недоразумению попавшего в деревенский кабак.

"Ты не обижайся, но от этой работы я тебя отстраню, - сказала Лена. - Ему назначен тримминг, это когда выщипывают шерсть, а ризенов триммингуют почти по всему телу... Но будь готов его придерживать, если что". Никакого "если что" на мое счастье не произошло. Собачий аристократ величественно терпел выдирание шерсти с корнем, пока не стал совсем лысым. "Понимает ведь, - Лена повернулась ко мне. - Осознает, что это ему нужно, хитрый, только держись! А при хозяине визжал бы, как поросенок, защиты просил, "помирал" бы и симулировал. Но у нас не забалуешь".

Насчет "не забалуешь" я был готов с ней согласиться, пока не привели довольно запущенную, явно невыставочную южнорусскую овчарку. Просто помыть. Но "просто" не получилось. Нет, вела себя она очень спокойно, не ругалась и не шантажировала. Однако в ванну лезть отказывалась наотрез. Вдвоем с Леной мы справиться не могли, позвали помощь. Вчетвером нам удалось собаку поднять над ванной и почти засунуть ее туда. Почти, потому что она растопырила лапы и уперлась в края. Пришлось задействовать еще двух человек, чтоб согнуть ей лапы... Через час (!) возни с этим теленком я понял, что вонючий и сопливый кокер - это еще полбеды.

Спокойствие, только спокойствие!

"ЭТО ничего, это нормально, - Лена, казалось, совсем не устала. - Собаки хоть и упираются и, бывает, кусаются, но работать с ними терпимо. Другое дело - коты. К нам их приводят редко, на 10-15 собак приходится 1 кот... И слава богу! Их тоже приводят помыть, а персов еще и постричь. Вот с одним персом здесь было шоу. Когда его мыли, обошлись четырьмя сотрудниками, а когда начали стричь, шести оказалось мало - он все равно вырвался и устроил нам здесь "ночь длинных ножей". Страшнее кошки зверя нет..."

Мало-помалу я вошел во вкус. Особенно когда мы обрабатывали йорка Шейлу. Сплошное удовольствие: собачка умная, добрая, расслабилась и получила кайф, а под феном вообще заснула от удовольствия. Все было прекрасно до тех пор, пока улыбающийся хозяин не принес бандитского вида кота. "Постригите его, пожалуйста". В общем, несмотря на заверения Лены, что кот только с виду такой, а так совсем не страшный, я бесславно бежал. Хотя, если честно, мне на прощание сказали, что все у меня получилось прекрасно, и даже пробовали перевербовать в грумеры. Ну уж нет...

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно