271

Эдвард Радзинский. Любовные сумасбродства Джакомо Казановы (часть 2)

Окончание. Начало в "АиФ"N 40, 41.

"Он был литератор..."

ЧИТАЯ книгу, написанную Казановой о его жизни, я все чаще ловил себя на странных мыслях. Они появились не потому, что, согласно его словам, он уже в двенадцать лет учился в Падуанском университете и в восемнадцать защитил диссертацию; не потому, что вся история его побега из тюрьмы упоительно фантастична; не потому, что французский посланник де Бернис, которого Казанова уложил в постель вместе с М. М. и К. К., никакого отношения к ним не имел; не потому, что маркизе де Юфре было вовсе не семьдесят лет, а всего лишь пятьдесят с хвостиком, да и умерла она на десять лет позже, чем схоронил ее Казанова в своей книге; не потому, что множество его любовных приключений являются попросту пересказами анекдотов XVIII века (мы их найдем и в "Хромом бесе", и в эротических романах). Но потому, что однажды я внимательно перечел его биографию. И некое обстоятельство в ней меня поразило.

Именно тогда мне еретически стало казаться, что тот фантастический авантюрист, которого он изобразил в своей книге, и тот, кто писал эту книгу, - весьма разные люди... Все дело в том, что среди многочисленных своих профессий, которые указывает Казанова, он лишь вскользь говорит об одной, хотя она проходит через всю его жизнь. Однако венецианский стукач, который в 1755 году написал донос на тридцатилетнего Казанову, называет ее вполне определенно: "Говорят, что он был литератор..."

И ведь действительно не зря Казанова будет обращаться в Дрезден к премьер-министру графу Марколини, прося напечатать его "Историю". Именно в Дрездене началась (и с блеском!) его карьера литератора. В 1752 году, когда ему было двадцать семь лет, в дрезденском Королевском театре итальянская труппа поставила трагедию, переведенную им с французского. В том же году вместе с соавтором Казанова пишет комедию, поставленную в том же театре. И тогда же его комедию "Молюккеида" вновь ставит все тот же Королевский театр в Дрездене.

Три пьесы за год - в Королевском театре! И две из них явно имели успех, иначе не ставили бы последующие. А вот третья, скорее всего, провалилась. Ибо более Казанова не тревожил Королевский театр своими пьесами.

Но мы знаем об этих - осуществленных творениях. А сколько должно было быть неосуществленных, пропавших во тьме, в безвестности?

Когда, помирившись с инквизицией, он возвращается в Венецию - он возвращается к перу. Пишет "Опровержение "Истории Венецианского государства", написанной Амело де ла Уссе, где в нужном для властей духе изложена история республики, и бесконечно переводит...

Он снова в Венеции - и переводит "Илиаду", пишет антивольтеровский трактат, издает сборник "Литературная смесь", где печатает свой рассказ о дуэли с Браницким. И опять переводит множество французских романов - идет постоянная работа литератора! И с Венецией Казанова рассорится из-за литературных занятий: он перевел роман, который имел успех, но венецианский аристократ Карло Гримальди не выплатил ему гонорар. Как мстит Казанова? Как истинный литератор - пишет язвительный памфлет, после чего и попадает в опалу. В 1786 году он напишет трактат против Калиостро и Сен-Жермена и пять томов скучнейшего фантастического романа "Изокамерон".

Он работает непрерывно - но бесславно. Принц де Линь говорит о его сочинениях, написанных до "Истории моей жизни": "Его писания напоминают старинные предисловия - многоречивые и тяжеловесные". Видимо, как литератор он и был представлен Вольтеру. Отсюда его фраза: "Вот уж двенадцать лет, как я ваш ученик".

И отсюда вопрос Вольтера: "Какой род литературы вы избрали?"

А ответ свой Казанова явно приписал позже: "Пока я только читаю, изучаю людей, путешествую... Время терпит".

И вот, оказавшись в замке Дукс приживалом, старый литератор придумал, как услаждать хозяев. Он рассказывает им истории своей жизни - бесконечные истории про любовь.

Преисподняя любви

ИМЕННО тогда он с горечью понимает: зачем изучать историю Польши, Венеции, размышлять и философствовать в "Изокамероне"? Вот что им нравится, вот за что они готовы платить... И он решает записать свои рассказы.

Уже приближаясь к могиле, старый литератор нашел себя. Работая по двенадцать часов в сутки, он открыл законы будущего успеха. Герой должен быть удачлив, публика любит истории о Победителе. О молодом Победителе. Именно поэтому он вовремя остановился на середине своего повествования. Не потому, что боялся своих шпионских дел, - кому они были известны! Он просто понял: Победитель не может быть стариком. Вот откуда фраза в его письме: "Я решился бросить мемуары... ибо, перевалив за рубеж пятидесяти лет, я смогу рассказывать только о печальном..."

И был еще один закон, тоже им открытый. Казанова-старик хорошо знал людей: если рассказывать им о себе вещи низкие - только тогда они поверят и в высокие. Чтобы люди верили во все его фантастические любовные победы, он решает открыть им "преисподнюю любви", как назовет ее кто-то из исследователей... И он описывает свои бесконечные венерические болезни, мочу в ночном горшке, пот любовного труда - тайную физиологию любви. Правда, он немного перестарался.

"Остановило меня в моих набегах лишь недомогание, каковым наградила меня одна красавица-венгерка... было оно седьмым по счету" - так Казанова пишет о времени, когда ему было только двадцать пять лет. А впереди была еще целая "эротическая Илиада"!.. Нет, не создать бы ему эту книгу, не осилить, приближаясь к семидесяти годам, труда по двенадцать часов в сутки, требовавшего физической мощи и главное - памяти, если принять на веру такие сообщения...

Наказание шлюхой

ВСЕ была игра, и все была - литература! Но, рассказывая о Победителе, литератор Казанова не забывал о морали, как не забывали о ней создатели Дон Жуана, отправляя своего героя в преисподнюю. Порок - пусть самый обольстительный - должен быть наказан! И оттого в конце первого акта книги и появилось то самое наказание героя - коварной шлюхой.

Итак, он был сочинен, молодой Казанова, как был сочинен молодой д.Артаньян. Великие истории о Победителях!

Но "тикали часы", и "весна сменяла одна другую". Закончился XVIII век. И те, кто отрубил голову королю в Париже, уже успели порубить головы и друг другу. И все это время в столице Франции сбрасывали статуи - сначала королей, потом революционеров, потом корсиканца, сменившего этих революционеров... А потом все статуи возвратили на место.

К двадцатым годам XIX века эта скучная карусель сменилась мифом. Мифом о Золотом Времени, об утерянном Галантном XVIII веке... Так что книга Казановы, начавшая печататься в 1822 году, поспела вовремя.

И Казанова шагнул в этот новый век, век рантье, в великолепии своих бессчетных любовных приключений, заставив печально вздыхать все будущие поколения женщин.

Юный Казанова в книге старого Казановы сумел соблазнить сто двадцать две женщины.

Старик Казанова своею книгой сумеет соблазнить их всех!


Читателям "АиФ" - подарок от Э. Радзинского

Николай II. Современники прозвали его "Николай Кровавый". Сегодня же церковь причислила последнего русского императора к лику святых. Так кто же был Николай II? Тиран, недалекий политик, мученик...

Григорий Распутин. Для большинства он был "дьяволом", "бесом-развратником". Но для царицы Александры Федоровны простой мужик Гришка стал Другом. Она называла его "Святым Старцем". Русский народ в то время говорил о царской семье: "Царь с Егорием (орден Святого Георгия. - Ред.), а царица с Григорием". Что делал Григорий Распутин при дворе Николая II?

Трагедия Александра II. Этот великий реформатор был самым непопулярным человеком в России, и именно на него было совершено самое большое количество покушений. Почему? Немолодой царь Александр II ради юной княгини Юрьевской пошел на очень многое. На что?

Об этих великих людях, а также о многих других неординарных личностях русской и мировой истории расскажет читателям "АиФ" в следующих номерах Эдвард Радзинский.

Напоминаем, что в декабре "АиФ" проведет викторину, на вопросы которой без труда ответят читатели, внимательно следившие за публикациями Эдварда Радзинского в нашей газете. Призами станут роскошные книги известного писателя и драматурга, а также его именные автографы.

"Загадки Истории" Эдварда Радзинского

НЕРОН, Сократ, княжна Тараканова, Чаадаев, Сталин, Николай II, Наполеон... Какую роль сыграли эти неординарные личности в Истории? Об этом - в интригующей, интереснейшей книге известного драматурга и писателя Эдварда Радзинского "Загадки Истории", выпущенной издательством "Вагриус".

Смотрите также:

Также вам может быть интересно