Примерное время чтения: 9 минут
73

Лебедю трудно быть губернатором

ЗАВЯЗКА. КАК ЭТО БЫЛО

СНАЧАЛА Анатолий Петрович Быков, на заре своей юности учитель физкультуры, ныне председатель совета директоров КрАЗа (Красноярский алюминиевый завод), поддерживавший Лебедя на выборах, публично заявил, что ошибся в Лебеде и раскаивается, что помог ему прийти в край.

Сюжет закрутился с новой силой в связи с появлением нового действующего лица - Центра. Н. Бордюжа заявил, что в Красноярске сложилась угрожающая криминальная обстановка, и даже сравнил край с Дагестаном, хотя регион не выделяется по уровню преступности в целом по стране. А вскоре после этого на место вылетела комиссия из Москвы во главе с 1-м замминистра внутренних дел В. Колесниковым. Наконец, на прошлой неделе в крае побывал с "визитом доброй воли" экс-премьер Сергей Кириенко, незатейливо изображавший из себя туриста.

Так из-за чего вся эта шумиха? А самое интересное, почему именно сейчас? С трудом как-то верится, что проблемы возникли сегодня.

РАЗБИТЫЕ ИЛЛЮЗИИ

СОЧЕТАНИЕ Лебедь - Быков не могло не вызывать вопросы с самого начала. Всякий здравомыслящий человек должен был понимать, что это мина замедленного действия. Проблема здесь в неадекватности ожиданий. Быков ждал, что Лебедь: а) будет ковать предстоящий президентский триумф (и, как говорят, готов был и дальше помогать ему "чем Бог послал") и в хозяйственную жизнь края не полезет - тебе вершки, мне корешки, тебе политика, мне бабки; б) будет по гроб жизни благодарен ему за оказанную в ходе выборов "моральную" поддержку, по крайней мере будет относиться к нему с уважением, на равных. Генерал же, строящий отношения на несколько иных принципах, привыкший людьми пользоваться, считал, что Быков будет "писать кипятком" только от того, что прикоснулся к самому Лебедю, и, несмотря на предвыборную поддержку, поймет свое место в новой, послевыборной ситуации.

На какие дивиденды рассчитывал Быков? Анатолий Петрович вынашивал мечту (носит и сейчас) восстановить народно-хозяйственный комплекс, как тот и задумывался в свое время Госпланом: "Хотим контролировать весь цикл - от добычи угля и глинозема до производства алюминия. В интересах края и людей, которые тут живут". И, придя к власти, Лебедь даже помог Быкову откупить Красноярскую ГЭС, крайне, надо сказать, недорого.

Когда Лебедь осознал, какая роль ему отводится при осуществлении проекта "единой энергометаллургической" компании, да на фоне оппозиции со стороны законодательного собрания и общей растерянности, он отказался от предвыборных договоренностей. Чтобы не стать из отставного генерала генералом свадебным. Одновременно и Быков понял, что губернатор его "не уважает" (он возмущается, и, в общем-то, справедливо, что Лебедь ни разу не был на КрАЗе ), договориться с ним по-человечески, "по понятиям", не получится, и пошел к своей цели другим путем.

Его фирмы перекупили долги угольщиков на сумму 40 млн. рублей (вся задолженность - 48 млн.) и 31 декабря выставили компанию на процедуру банкротства. Расчет быковских юристов (все признают, что у него самые лучшие законники в крае и одни из лучших в стране) был верен: пока праздники да похмелье - Лебедь спохватился слишком поздно. Таким образом Быков рассчитывал за 40 млн. приобрести угольную компанию, которая, по разным оценкам, стоит от 3,6 до 6 млрд. рублей. Красноярский уголь в отличие от большинства других отечественных углей рентабелен, поскольку разрабатывается открытым способом: машины загружают вагон за 50 секунд. Так что приобретение было вполне выгодным само по себе. Но несравнимы с экономическими были бы политические выгоды. Губернатор оказывался между быковским углем и быковским же алюминием (завод потребляет 53% производимой в крае энергии и едва ли не единственный платит живыми деньгами и в валюте).

И вот тут Лебедь по-настоящему испугался и поехал в Москву. Что он там наговорил Примакову - неизвестно, но общественности Лебедь заявил ни много ни мало, что "премьеру остается либо доказать свою состоятельность, либо уходить в отставку".

БУРЯ В ТАЙГЕ

И ЦЕНТР вмешался. Первое, что поднял В. Колесников, был четырехмесячной давности отчет Счетной палаты, которая проверяла КрАЗ. Это не приговор Быкову. Аудиторы пришли к выводу, что приватизация завода может быть признана незаконной (!). Дело в том, что 20%-ный пакет акций, принадлежавших государству, не продали с аукциона, а просто передали, причем по номиналу (!), банку "Металэкс", контролируемому Быковым.

ДЛЯ СПРАВКИ. В МВД о В. Колесникове говорят как о сыщике от природы и считают фаворитом Степашина, который держит его за особого порученца по ответственным случаям.

В отчете есть еще одна любопытная цифра - в связи с тем, что в 1997-1998 годы электроэнергия продавалась заводу ниже себестоимости, убытки госкомпании "Красэнерго", то есть фактически убытки бюджета, составили 1 599 млн. рублей. А самое смешное, что полученная прибыль (ведь себестоимость и, соответственно, цена алюминия уменьшились на ту же сумму) из-за толлинговой схемы используемого глиноземного сырья, приходящего на переработку в алюминий из-за границы, пошла иностранцам. Той самой Trans World Group Льва Черного. В свое время Быков захватил КрАЗ на волне всеми поддерживаемого патриотического пафоса, мол, ни пяди алюминиевой земли иностранцам, то есть израильским гражданам братьям Черным.

Масштаб уведенной прибыли позволяет требовать возврат денег через суд и если и не обанкротить могущественного короля, то основательно его прижать. А нарушения при приватизации позволяют - страшно сказать! - поднять вопрос в Генпрокуратуре о национализации завода, учитывая невиданную активность этого ведомства в последнее время.

Еще комиссия Колесникова собирается поднять - в порядке "плановой проверки", разумеется, - нераскрытые убийства последних лет. А среди них есть очень интересные случаи. В 1992-1995 годах, во времена так называемой "большой алюминиевой войны", были убиты некоторые предприниматели, так или иначе касавшиеся алюминия. Среди них нашумевшее убийство президента банка "Югорский" Олега Кантора, его зама и одновременно замдиректора КрАЗа Яфасова, зампреда Роскоммета Кисельникова. В это же время "зачистили" и самых серьезных авторитетов края, претендовавших на контроль за алюминием.

На самого Быкова данных якобы нет (впрочем, сегодня нет, завтра есть). Однако Анатолий Петрович упоминается в деле о серии убийств бизнесменов в 1993-1994 гг., осуществленных группировкой саянского братка Татарина (Владимир Татаренков). В частности, там говорилось, что Татарина с Быковым связывала дружба, некоторые из убитых перед гибелью вступили с последним в конфликт на почве все того же алюминия.

ЧЕМ СЕРДЦЕ УСПОКОИТСЯ

ЧТО получается: по первому же слову Лебедя Примаков бросился топить его врага, то есть завоевывать дармовую победу не себе, а кому-то другому. Евгений Максимович не производит впечатления человека, чьими руками таскают каштаны из огня. Пролить лучик света на это может другой персонаж. Вслед за Колесниковым в край приехал еще один, но уже мирный посланник Центра - С. В. Кириенко. Экс-премьер всю дорогу изображал из себя Мальчиша-Кибальчиша и на все вопросы отвечал что-то типа того, что "надо же где-то концепцию моей партии "Новая сила" заявить" (в связи с чем некоторые шутили: "Кириенко овладел Красноярским краем с новой силой"), "давно мечтал познакомиться с Лебедем", "здесь очень интересная с точки зрения антикризисного управления промышленность".

Как открыто говорят в Москве - его послал А. Чубайс, чтобы проконтролировать Лебедя. Чубайс, и в этом он не оригинален, считает генерала непредсказуемым, а еще вернее - поддающимся влиянию. Он сначала соглашается, а потом, задним умом поняв, что за яд ему вливали в уши, дает задний ход. История с "Красуглем" - последнее тому подтверждение. Чубайс дал угольщикам 71 млн. рублей, чтобы они могли расплатиться с кредиторами и избежать банкротства, но - под залог акций. Результат чист, как попка младенца в рекламе памперсов, - кредит, естественно, не возвращается, "Красуголь" отходит РАО ЕЭС. И Лебедь на это согласился. Но вслед этому с ним поговорил кто-то из местных, расписал, как его - фронтового генерала! - обкрадывают, и Лебедь перестал отвечать на звонки Чубайса, да сдуру спустил неуправляемый фактор - натравил профсоюзы. Задачей Кириенко и было наглядно объяснить, что, если он будет чужих людей слушать, останется вообще ни с чем.

Неоткрыто же в Москве говорят - гонца послал не железный Толик, а еще более железный Примус, Евгений Максимович то есть. Спустив на край столько гончих, он, конечно, думает и о справедливости - а кто ж о ней, родимой, не думает. Но больше этого он думает об усилении власти: что Лебедь, что Быков - весьма слабоуправляемые личности. И эти люди - в богатейшем крае, в стратегически важном регионе. И это при давней привязанности не то Березовского к Лебедю, не то Лебедя к Березовскому, а Евгений Максимович относится к олигарху и связанным с ним людьми очень и очень трепетно.

Примаков воспользуется перешедшим в открытую фазу конфликтом, чтобы потеснить всех. Первый шаг - уголь края, который в результате совсем несложной игры уже принадлежит РАО ЕЭС, фактически - правительству. КрАЗ в целом и Быков в частности - еще не подвешен, но это произойдет, видимо, скоро. Лебедь уже морально обязан правительству, которое решило его финансовую и обещает решить криминальную проблему. И этот долг может стать не только моральным. Ведь сколько захватывающих вопросов во всей своей молчаливой красоте встает перед суперсыщиком В. Колесниковым. Например, сколько единичек и нулей было у предвыборной дружбы генерала и учителя физкультуры...

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно