Примерное время чтения: 11 минут
96

ГОСТЬ "АиФ". Бурбулис не в обиде на Ельцина и добавляет ему еще срок

Пожалуй, нет сегодня на политическом небосклоне России фигуры более непонятной и загадочной, чем Геннадий Бурбулис.

Ярлык "серый кардинал" намертво прилепился к нему с "легкой руки" Аркадия Вольского. Второе по сути лицо в стране, самый близкий Ельцину человек, не он ли управлял страной? Это всегда будоражило одних и раздражало других.

Бурбулис - один из тех, кто внес на своих плечах Ельцина в президентское кресло и в короткое время оказался сам, мягко говоря, в отставке. Его "сдали". Президент в своей последней книге "размазывает" бывшего соратника. Ни жалости, ни пощады. Одна лишь только правда? Сам "кардинал" так не считает. Президента с книгой "подставили", а те страницы, которые касаются его лично, лживы и несправедливы, отмечает он.

Бурбулиса можно или любить, или ненавидеть. И врагов, и друзей у него достаточно. Отказавшись от предложения Президента выбрать для себя любую должность, он ушел из команды Бориса Николаевича с поднятой головой. И остался в политике. Название его фонда "Стратегия" говорит само за себя.

Осталась ли обида? Почему все же Президент поступил так? Не хочет ли Бурбулис сказать "всю правду"?

Мы удивились, когда улыбчивый и остроумный Бурбулис, вновь появившись у нас в редакции, хотел сообщить не об обидах (что было бы естественно), а о том, что Президента не нужно переизбирать еще 2 года. Но все по порядку.

Г. БУРБУЛИС ИМЕЛ ВОЗМОЖНОСТЬ ПО 12 ЧАСОВ В ДЕНЬ СМОТРЕТЬ ПРЕЗИДЕНТУ В ГЛАЗА. ОДНАЖДЫ ПРЕЗИДЕНТУ ЭТО НАДОЕЛО...

- Парадокс. Вы как ельцинский единомышленник поддерживаете предложение, с которым выступил Шумейко. Но в то же время дистанцируетесь от Президента, да и он вас гонит от себя. Что это - высокая нравственность или страх, что могут шарахнуть так, что костей не соберешь?

- Это моя сегодняшняя жизненная позиция, с ясным представлением о состоянии страны, о ее перспективах. Конечно, я более, чем другие, знаю Ельцина. Мне нет никакого резона состязаться с ним в воспоминаниях о наших творческих отношениях. Что бы он ни говорил про меня, мне ему доказывать нечего. В наших с ним отношениях и так все ясно. Но унижать, обличать его я никогда не буду. Бог ему судья! Я пишу книгу, которая в ближайшее время выйдет. Она касается моего осмысления наших совместных действий. В книге нет каких-то шокирующих подробностей.

В чем моя сила? Я - соратник, но только тех, чьи действия соответствуют моим убеждениям. Я никогда не был холуем. У нас с Ельциным был такой уровень близости и доверия, который постоянно сопровождался откровениями. И слова: "НИКОГДА. НИКОМУ. НИЧЕГО" - были часто повторяемыми. Мне и в голову не приходило (когда пошли сигналы) прийти и сказать Борису Николаевичу: "Имейте в виду, вам будут каждый день про меня рассказывать всякую чушь, и она будет в самых черных красках".

Любой опытный человек на моем месте раза два в неделю запускал бы к Ельцину посетителя, который бы говорил: "Борис Николаевич, не вздумайте отдать Бурбулиса, это ваша спина, защита". Я этого не делал. Любой на моем месте хоть раз в день говорил бы: "Вам еще донос на меня не принесли? Принесут завтра".

Потом Вольский обрисовал меня как "серого кардинала". Борис Николаевич - человек очень чувственный. Он говорил, что ошарашен, так как даже демократы не воспринимают Бурбулиса, а это отражается и на Президенте, и на деле. На том этапе Борис Николаевич считал, что принимает правильное решение: отстранить меня на время, сохранив на будущее. А дальше образовался зазор... Наступила смена психологического ритма в наших отношениях. Это была как бы линия фронта. Наша ежедневная работа с Ельциным шла по 12 часов "глаза в глаза", где любая информация, любой поступок извне немедленно обсуждался в плане рабочего доверия. Но новая работа в правительстве дистанцировала меня от Ельцина, и в этот зазор полезло много народа.

Возможно, Борис Николаевич не очень охотно воспринимает то, что кто-то может быть профессионально более состоятелен, чем он сам. Мои неосторожные действия, некий план самостоятельного политика, тоже здесь сказались. Я стал профессиональным политиком. То, что я знаю и умею, не знает и не умеет никто в этой профессии. "Скурвиться" легко, но сохранить чувство достоинства, не сбиться на фальшивую ноту - трудно.

Г. БУРБУЛИС ВЫРАЩИВАЕТ ПАРТИИ, КАК КЛУБНИКУ НА ГРЯДКЕ

- Политика - грязное дело, это уже как бы аксиома?

- Политика чаще всего связана с властными структурами. На самом деле есть немало профессионально-политических сфер, где конечная цель - власть -не столь очевидна. Нам нужна совершенно другая стратегия. Она предполагает и иную тактику. Я не считаю, что демократы потерпели поражение, что реформы споткнулись и захлебнулись. Просто мы исчерпали первый этан: митинговый, лозунговый, этап политизированных экономических реформ. В этом смысле поражение потерпели не вообще демократы, а демократы именно этого периода, уровня и стиля. Когда фронтовики после войны вернулись домой, то ходили по гостям и рассказывали о своих выдающихся боях. Их потчевали, слушали, но потом осторожно говорили: "В поле надо идти, на завод, мельницы стоят". А они все не могли оторваться от радости победы и понять, что жизнь идет дальше, что надо работать.

Неверно, что сегодня страна пребывает в политической апатии. Дело в том, что исчерпан прежний уровень политической активности. Появился средний слой профессиональных политических деятелей. Не партию сейчас надо любой ценой создавать, а объединиться для создания устойчивой политической системы. Любая попытка создать партию на известности лидера и его заслуг обречена на гибель. Я сейчас создаю политический центр в виде двух партий. Остряки говорят: "Бурбулис всегда "выделывается". Не удалось ему одну партию создать, он сейчас две делает".

Г. БУРБУЛИС НЕ ХОЧЕТ ВЫБИРАТЬ ПРЕЗИДЕНТА В 96-м. ДОБАВЛЯЕТ ЕМУ ЕЩЕ 2 ГОДА. НА ТО У НЕГО ВЕСКИЕ РЕЗОНЫ. "ЕЛЬЦИН ОТСТРАНИТ ШПАНУ И НИКОМУ НЕ СТАНЕТ СТАВИТЬ ПОДНОЖКИ", - СЧИТАЕТ ОН

- Выборы в 96-м году будут маловразумительны и превратятся в вакханалию. Они не будут способствовать ни демократизации, ни стабилизации, ничему полезному для страны.

Смотрите, в каких условиях мы сейчас живем. Президент не работает, а смотрится в зеркало выборов. Правительству не до работы, оно находится между двух огней. Парламент не работает с самого начала. И что теперь? Либо дикий подкуп, либо оболваненный избиратель, либо очередные фальсификаций, либо случайные результаты выборов. Поэтому в 1996 году Ельцину будет трудно избраться, но конкурировать с ним будет еще труднее.

Шумейко молодец, что заставил это обсуждать вслух. Самый благоприятный для нас выход - конституционным образом или через референдум - эту поправку внести в переходное положение и дать Президенту и Федеральному Собранию действовать еще 2 года.

- Неужели вы всерьез надеетесь, что это будет возможно, когда столько людей навострились в президенты, насоставляли программы, готовы ринуться в бой?!

- Я докажу, что ни одна политическая структура не готова к выборам 1996 года. Президент идет на вариант "плюс 2" без выборов, но не баллотируется в президенты в 1998 г. Это соображение сегодня самое конструктивное для всех нас.

Если мы даем Президенту "плюс 2", то ему не нужно каждый день дергаться, и он может вернуться к тому своему образу, который мы в свое время поддерживали. Уверенный, имеющий достаточную волю, он освобожден от ужасных предчувствий - откуда, кто в него целится. Он может наконец-то сосредоточиться на главной идее - укреплении российской государственности.

Второй очень важный момент. Прекращается разгон тех, кто появляется на горизонте с претензией на президентское кресло. Президент сам будет заинтересован в том, чтобы появилась нормальная плеяда лидеров. А пока: высунулся чуть-чуть Черномырдин, удалось ему свой рейтинг поднять, так обязательно надо искать вариант, дабы "прихлопнуть" Виктора Степановича, чтобы сидел на своих газовых кнопках и не изображал из себя политика государственного масштаба. Так что "плюс 2" меняет расклад в этой сфере. Появляется 4 года для конкуренции, и Ельцин уже не будет ставить претендентам подножки, а шпана не будет заряжать его сиюминутной информацией.

И самое важное - на выборы не прибегут случайно, по конъюнктуре сбитые блоки со зловещим финансовым запалом: "Купим вас всех разом".

- Еще два года! Не мытьем, так катаньем - и опять обман?

- Все эти события я связываю с одной ценностью - стабильностью. Ничего нельзя сделать, если в стране не будет стабильности. Как бы мы ни относились к Борису Николаевичу и к депутатам, но сегодня факторами стабильности являются Президент Ельцин, правительство и премьер Черномырдин и этот странный парламент. Впрочем, у нас наступил удивительный период. Люди в большинстве своем перестали нуждаться во власти, правительстве. Оппозицию уже никто не слушает. Безразличие масс полезно, оно даже стабилизирует. В этом безразличии - как бы защита от бунта.

Наступил период, когда в стране доминирует потребность в стабильности, когда заинтересованность в согласии - не выдумка политиков, а необходимость, отвечающая чувствам, эмоциям людей, и они сегодня не допустят конфронтации.

Все, что делалось недавно в Кремле, делалось правильно, за исключением одного. Договор об общественном согласии не стал событием для общества, он стал делом политически ангажированного актива и не перерос в понятную, привлекательную и полезную для людей инициативу снизу. В этом я усматриваю ущербность организаторов.

- Вы подписали договор?

- Нет, но если было бы нужно, подписал бы.

- Вас к этому не привлекли?

- Нет. Но я о другом. Сейчас появилась возможность содействовать российскому политическому центризму. Жизнь страны раскачивается, как маятник. На одной стороне маятника - идеи равенства, справедливости, социальной защиты, на другой - идеи конкуренции, частной собственности. Жизнь человеческая, массовая психология - тоже маятник. Если вы бесконечно эксплуатировали социал-демократические идеи, то рано или поздно ваша экономика придет к застою. И вы будете вынуждены стимулировать то, чем славится либеральное мировоззрение: конкуренцию, защиту частника. Но если и это длится долго, вы рискуете оказаться там, где царят волчьи законы капитала.

Сегодня никто не возражает против свободы, демократии, только скажите, что с ними делать. Никто не против рынка, только как накормить детей завтра?

Мы должны преодолеть эффект имен и должностей и поступить стратегически. Все действующие лица этого сценария должны хорошо понимать, что, не организуясь, они не имеют шансов на свою личную политическую биографию, а организуясь, должны включиться в договор, чтобы определить, кто может претендовать на первые роли, кто - на вторые.

Если нам удастся преодолеть болезнь персон, этот договор может состояться и наполниться и финансами, и профессионально организованными людьми, и верной идеологией.

У Г. БУРБУЛИСА ЕСТЬ ВСЕ: СВОЙ ФОНД, ЕДИНОМЫШЛЕННИКИ, ДАЧА, ИНОМАРКА. ОТКУДА?

- В любой области есть люди, кто эти три года не скулил. У кого осталось профессиональное достоинство, у кого есть возможность решать материальные вопросы, есть свой выстраданный взгляд на проблему управления, на государственное строительство. К этим людям нельзя подходить, используя идеологические и политические шаблоны, - они способны отозваться, только если будут затронуты их профессиональные и конкретные интересы.

- Возник новый класс предпринимателей, где их место?

- Вы попали в точку. Я лучше многих знаю, что в нашей стране никакое партийное строительство невозможно. И вообще, это вторично. На самом деле происходит корпоративная сборка. Идет стыковка финансового, технологического капитала, держателей природных ресурсов. Никто не сможет создать партию, если он игнорирует эту глубину. Я, например, активно общаюсь и со Смоленским, и с Ходорковским, и с Гусинским.

Смотрите, в какой странной фазе находится общество. Предприниматели, состоявшиеся бизнесмены, лидеры новых экономических отношений кое у кого вызывают презрение, даже гнев. С другой стороны, эти же люди охотно принимают их спонсорские деньги. И это уже считается нормальным. Общество почему-то не реабилитирует этот класс, он сегодня не имеет достойной защиты ни в сфере моральной, ни в юридической.

- У вас шикарная "БМВ", так и хочется спросить...

- Это машина фирмы "Микродин", она передана нам в эксплуатацию. И все. Центр "Стратегия" покупать машину не собирается, а ездить в трамвае мне не хочется...

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно