Примерное время чтения: 6 минут
184

БЛАГОТВОРИТЕЛЬНЫЕ ФОНДЫ: РАССЛЕДОВАНИЕ. Гримасы милосердия

Благотворительность в России - все равно что секс в СССР. Она вроде есть. Но ее как бы нет. Нет законов. Нет статистики. Нет контроля. Есть только несколько крупных и целая куча мелких объединений, союзов, фондов и пр.

СКОЛЬКО их всего - никто не скажет. 200 благотворительных фондов зарегистрировано в Минюсте России, более 600 в Москве. Их регистрируют на всех уровнях и местах. На Западе фондом считается организация, аккумулирующая средства и распределяющая их среди благотворительных организаций. В этом плане у нас каждый благотворитель сам себе фонд: денежки аккумулирует под себя. Всего же благотворительных организаций раз в 10 больше, чем фондов.

Судя по их названиям, наиболее защищенными у нас являются беженцы, чернобыльцы, наука и военнослужащие. Некоторые названия изумительны по своей простоте: Гуманитарный фонд, Благотворительный русский фонд, Народный фонд. Два фонда зовутся "Содействие", три - "Надежда", есть "Святая надежда" и "Добрая надежда". Самым популярным направлением благотворительности является содействие социально- экономическим преобразованиям в России. Этим занимаются 9 фондов, и 2 - поддерживают преобразования демократические.

СОЗДАТЬ благотворительный фонд проще простого. Первичного капитала для этого не надо. Необходимо только грамотно сочинить устав. Один из московских фондов - помощи многодетным семьям - создал ранее судимый за изнасилование. Назвать фамилию нельзя, чтобы не скомпрометировать: мало ли, оступился однажды человек. Другой из московских фондов создал ранее трижды судимый. Этот деньги уже саккумулировал и скрылся. Назвать его тоже нельзя: следствие не окончено, регистрация фонда не отменена.

Вообще, за все время помнят только один случай, когда фонд прикрыли.

С другой стороны, среди членов правлений фондов немало людей с громкими именами, что дает фондам и информацию, и связи, и престиж: как говорится, "жена Цезаря - вне подозрений".

Фонды являются независимыми и некоммерческими организациями и, как они сами утверждают, существуют в основном на вклады учредителей, спонсоров и добровольные пожертвования.

Благотворительная организация может создать при себе предприятия, банки, страховые компании, деятельность которых "направлена на решение уставных задач", а те, в свою очередь, могут иметь свои дочерние фирмы. Выгод масса и прямых, и косвенных. Во- первых, в глазах окружающих созданное товарищество будет уже не с ограниченной уголовной ответственностью, а с благородными целями. Во вторых, пожертвования смогут оборачивания и приносить прибыль. Наконец, даже если с фондом что-нибудь случится, созданные структуры никуда не денутся.

Оборачивать можно не только добровольные пожертвования, но и бюджетные средства, выделяемые государством под конкретные программы. Можно спорить сколько угодно о том, что по закону государственная подпидка негосударственных объединений невозможна. Однако она существует. Фонду "Возрождение" были переданы бюджетные деньги. Одно из отделений фонда "Соотечественники" получило государственные средства под строительство жилья для беженцев. Передало их строительному ТОО (учредителем которого являлся один из руководителей объединения). Там деньги какое-то время поработали, принесли положенную прибыль, и вернулись в бюджет под видом несостоявшегося договора.

Под громкие имена и благие цели выделяются не только деньги из казны, но и практически бесплатно передается недвижимость. Нам известно, например, что два года назад фонду "За выживание и развитие человечества" и его структурам было отдано 15 зданий в Москве (в том числе здание бывшего союзного министерства медицинской и микробиологической промышленности). Все наши усилия (в течение 2 месяцев) получить в Москомимуществе более свежие данные о передаче фондам недвижимости оказались тщетными. Эти сведения хранятся и оберегаются гам, как в былые времена сверхсекретные государственные тайны.

Деятельностью фондов мало кто интересуется. Подотчетны они исключительно своему правлению. Раз в год обязаны представлять в налоговую инспекцию сведения о благотворительных поступлениях и тратах.

Бланки этих отчетов достаточно забавны: деньги, идущие собственно на благотворительность, заносятся там в графу "прочие расходы".

В одной налоговой инспекции г. Москвы нам удалось взглянуть на отчетность нескольких фондов. Каких - сказать не можем, потому что это "не то чтобы коммерческая тайна, но публиковать нельзя".

Вот пример отчета за I квартал 1994 г. одного фонда, который не ограничился официальной формой, а расписал все подробно.

В другом фонде в IV квартале 1993 г. произошло следующее движение капитала: доходы - отчисления от вышестоящего органа 1964,2 тыс. руб., расходы - содержание вышестоящего органа 1038 тыс. руб. Это тоже никого не удивило.

Проверки благотворительных организаций, по свидетельству нач. отделения Главного управления экономических преступлений МВД РФ М. Комкова, показывают, что "только единицы действительно занимаются благотворительностью". Большинство вкладывают средства в коммерческие банки, приобретают акции бирж, выдают беспроцентные кредиты "левым" предприятиям и организациям и приобретают ценности для дальнейшей их перепродажи. Например, московский фонд "Проминформ" за время своего существования лишь 5,4% денежных средств направил на уставные цели.

И это, заметьте, деятельность абсолютно законная. Сколько благотворитель может отдать на уставные цели, сколько оставить себе - только на его совести. Зарплата у них никак не ограничивается, и налога на превышения фонда оплаты труда они не платят.

С НАЛОГАМИ вопрос тоже деликатный. По закону либо все фонды получают льготы, либо никто. Тем не менее есть, например, распоряжение Правительства РФ о том, что Фонд Г. Вишневской не уплачивает налог от процентов с депозитных вкладов. И, поверьте, вопрос тут не в отношении к фонду Г. Вишневской, вопрос в законе: он есть или его нет?

Четыре благотворительные организации освобождены от уплаты экспортно-импортных пошлин, в их числе Российский фонд инвалидов войны в Афганистане. Кстати, в этом фонде оказалось два претендента на председательское кресло и начались мафиозные разборки. В московской региональной организации "Союз-Чернобыль" тоже два претендента, Одному подложили гранату в машину. Другого избили. Как вы думаете, что они делят? Право первым подать страждущим руку помощи?

Это все, если не считать случаев обыкновенного воровства. В Екатеринбурге фонд "Чернобыль" не досчитался 30 млн. руб., в одном из московских благотворительных обществ уплыли налево 3 млрд. руб. и т. д. и т. п.

В прошлом году выявлено 713 фактов хищения (против 326 в 1992 г.), 76 - взяточничества (против 45).

Диву даешься, откуда в нашей, как говорят, небогатой стране такое количество свободных благотворительных средств?!

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно