Примерное время чтения: 4 минуты
137

ЕЖЕМЕСЯЧНЫЙ ОПРОС "АиФ" - ФЕВРАЛЬ 1988 г. Как мы представляем себе демократию и гласность?

АКТУАЛЬНОСТЬ этого вопроса сейчас очень велика. Сегодня нам важно знать, какое содержание вкладывается в эти понятия в различных социальных группах и слоях общества, насколько полно известны каждому из нас важнейшие компоненты демократии, как мы представляем себе "технологию" демократизации. Именно поэтому в ходе телефонного опроса, проводившегося по заданию "АиФ", перед респондентами были поставлены следующие вопросы: "Как вы понимаете, что такое демократия? В чем конкретно она проявляется? Какие примеры вы могли бы привести из опыта вашей работы, вашей жизненной практики, из жизни страны?" Аналогичные вопросы задавались и о гласности.

За годы перестройки эти понятия стали настолько распространенными, что казалось - ответы на поставленные вопросы не вызовут затруднений. Однако...

Для значительной части опрошенных оказалось трудным дать какое-либо определение понятиям гласности и демократии, привести конкретные примеры. "О, какие вопросы вы задаете!", "Нет, это сложно, я не знаю", "Трудно ответить без подготовки!", "Нужно посмотреть в словаре..." - отвечали многие респонденты. При этом уровень информированности в значительной мере определяется уровнем образования, о чем свидетельствуют данные таблицы.

Упомянутые вопросы отнюдь не имели целью проверить знание научной терминологии или строгих энциклопедических определений демократии и гласности. Важно было выяснить другое: как эти понятия воспринимаются на уровне обыденного сознания, с какими событиями, поступками, жизненными ценностями связываются они в повседневной практике людей, как соотносятся с жизнью страны. Полученные данные показывают, что для всех опрошенных легче определить понятия, чем привести конкретные примеры. За этим, думается, кроются естественные трудности, с которыми связан переход процесса демократизации с уровня общегосударственных управленческих решений на более конкретные ступени: жизнь коллективов, социальных групп, отдельных людей.

Эту особенность ситуации подчеркивал и М. С. Горбачев на встрече с руководителями средств массовой информации: "Люди хотят перемен, хотят участвовать в перестройке, но во многих случаях просто не умеют. Не умеют - это же беда, товарищи!"

Приведенные опрошенными определения и примеры, как правило, весьма лаконичны: в среднем по 1,1 - 1,3 суждения на каждого ответившего. Естественно предположить, что назывались самые актуальные, близкие для отвечающего признаки, свойства, примеры, то есть то, что находится "на поверхности" сознания.

Большинство опрошенных связывают понятие демократии и гласности со свободой слова - сегодня именно этот аспект демократизации выступил на первый план. Для многих эти понятия сблизились почти до синонимичности. Показательно, что, приводя примеры демократии и гласности, отвечающие чаще всего говорят о деятельности средств массовой информации. Не означает ли это, что пока мы чаще читаем, слушаем, смотрим, чем лично непосредственно участвуем в процессе демократизации?

Как уже отмечалось, опрошенные чаще дают определения демократии и гласности, чем приводят примеры. Кроме того, если в определении демократии она чаще всего ассоциируется с гласностью (11,1%), то, приводя примеры, обращаясь к личному опыту, респонденты в первую очередь говорят об участии в управлении (28,3%). "В декабре выбирали бригадиров тайным голосованием. Было много неожиданных кандидатур". "У мужа на работе наконец-то скинули декана за все его безобразия". "Выбрали помощника директора института вопреки давлению сверху". Но далеко не всегда происходящие перемены оцениваются, как значительные. Только половина опрошенных, у которых на работе прошли выборы руководителей или аттестация сотрудников, назвали эти факты в числе наиболее заметных событий минувшего года, имеющих для них лично существенное значение.

Перестройка становится заботой каждого из нас. И на первый план выступает наша личная компетентность в вопросах демократии и гласности, переход с позиции наблюдателя на позицию непосредственного участника.

О. МАСЛОВА, кандидат философских наук

* * *

Я ОДНА ИЗ ТЕХ, кто отказался отвечать на вопросы анкеты "АиФ" (см. N 5, 1988. - Ред.). Почему? Да очень уж необычная форма опроса. Не привыкли мы к ней. Да потом, честно признаюсь, думала, звонят, время отрывают, а кому оно нужно, мое мнение? Что оно может изменить? А когда увидела в газете результаты опроса - пожалела об отказе. Как-то остро почувствовала - по-новому начинаем мы жить. И устраняться от этого нельзя. Ведь из крупиц мнений и оценок каждого складывается как раз то, что сегодня и важно - общественное мнение. И самое главное - оно становится достоянием всех. Очень важное и нужное дело вы затеяли. Теперь я в этом убеждена.

М. Соколенко, Москва

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно