Примерное время чтения: 3 минуты
182

МНЕНИЕ ЧИТАТЕЛЯ. Пусть пишут всё?

Недавно прочитала опубликованный на страницах журнала "Ровесник" отрывок из книги М. Влади "Владимир, или Прерванный полет..." (NN 9, 10). Наслышана была об этой книге немало. И вот читаю и, как говорится, глазам своим не верю...

О ЧЕМ ЖЕ ПОВЕДАЛ "Ровесник" своему юному читателю (в основном подросткового возраста)? О том, что у нас в стране, как утверждает М. Влади, существует "братство в выпивке", что "терпимость к этому злу повсеместна".

Неправдоподобна и цифра, которая определяет норму потребления ее мужем алкоголя: "Шесть или семь бутылок водки в день вычеркивают тебя из жизни".

Редакцию, по-моему, нисколько не смутила эта явная нелепость. Не смутила и простая логика. В это десятилетие (с 1970 по 1980 год) Высоцкий отнюдь не был "вычеркнут из жизни". Напротив, это был период его наивысшего творческого подъема и как поэта, и как актера.

М. Влади претендует на полное откровение. О Высоцком, заявляет она, должны знать "правду и только правду" вплоть до мельчайших подробностей.

Но вспомним, что писал сам Высоцкий: "Я не люблю, когда мне лезут в душу, тем более, когда в нее плюют". А тут ведь залезли не только в душу, но и в тело, почти патологически живописуя те места, куда вшивался имплантат и откуда извлекался по мере надобности.

Но, видимо, никто из тех, кто имеет отношение к этой публикации, не задумался, что такие "детали" не только задевают память умершего, но и больно ранят живущих, близких ему людей - мать, отца, сыновей.

Мне было интересно проверить свое отношение к публикации "Ровесника", и я прочитала отрывок небольшой группе лиц. Одним стало явно не по себе: детали личной жизни, вынесенные на всеобщее обозрение, их просто коробили. Другие, неожиданно для меня, бурно одобрили: "Правильно, мы так давно были лишены правды - так пусть пишут всё!"

Словом, "давай подробности!", даже если при этом приходится переступать нравственные пороги, представления о которых передаются из поколения в поколение. Вспомним примеры прошлого. Вспомним, с каким тактом писала Анна Григорьевна о своем муже Ф. М. Достоевском. А уж ей-то не раз приходилось вытаскивать его буквально из бездны. Или завещание А. С. Эфрон не вскрывать архивные материалы ее матери М. И. Цветаевой до 2000 года. И все это делалось во имя бережного отношения к человеку, во имя того же милосердия.

Почему же в данном случае мы пренебрегаем этими понятиями? Разве гласность дает нам на это право?

Сейчас в издательстве "Прогресс" готовится к изданию книга М. Влади "Владимир, юга Прерванный полет...". Автор немало поработала над ней, чтобы подготовить окончательный вариант для нашего читателя. Но "Ровесник" решил опередить всех, опубликовав перевод французского варианта книги. И сделал это, по-моему, далеко не лучшим образом.

Москва

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно