Примерное время чтения: 5 минут
116

Психиатрия в камуфляже (04.02.2004)

С точки зрения психиатра, любая война - явная "клиника". Кандидат медицинских наук Игорь КОЗЛОВСКИЙ, ведущий научный сотрудник Всероссийского центра медицины катастроф "Защита", знает об этом не понаслышке. Он много раз выезжал в зоны боевых действий, попадал в экстремальные ситуации. Даже в заложниках довелось побывать...

ДАВНО известно, что у армии победителей и раны заживают быстрее. Радость победы придает новые силы, лица солдат-победителей сияют, как будто они только что уложили Майка Тайсона в нокаут. Ура! Мы, как водится, ломим, а "шведы", как им положено, гнутся. И так легко в минуты после победы не замечать досадные "мелочи", из которых, собственно, и состоит жизнь на войне.

Например, пища: Министерство обороны никогда не баловало своих воинов разносолами, забывая, что голова солдата напрямую связана с желудком. Через месяц на каше с тушенкой или вермишели с килькой наступает авитаминоз, а раздавать витаминные комплексы в нашей армии не принято. Почему, спрашивается, солдаты то и дело отстреливают овец, принадлежащих местным? Оттого, что они мародеры такие? Да нет, просто организм свежей пищи требует, а свои снабженцы не расстарались.

Отдельное дело - отдых на войне. Это значит хотя бы 6 часов сна в сутки, причем обязательно в тепле и сухости. Почему? Адреналин расходуется организмом на поддержание температуры тела и на психическую деятельность. Как только его запасы истощаются, наваливается усталость и депрессия. Сейчас, как в Великую Отечественную, по всем городам и весям собирают вещи для солдат. Так вот, если хотите на самом деле прислать полезную вещь, купите коврик туриста (в просторечии - "пенка"). Он не промокает и не пропускает тепло - хоть на снегу спать можно, хоть на битых кирпичах.

Когда "сносит башню"

КОГДА начинается стрельба, "крыша едет" у всех, но это еще полбеды. Беда в том, что не у всех она после этого "встает на место". На войне в разных обстоятельствах в психиатрической помощи нуждается от 10 до 60% личного состава. При средней интенсивности и продолжительности участия в боевых действиях мы имеем среднюю цифру - 20-25%.

Будь ты матерым омоновцем, имеющим за плечами десяток командировок в "горячие точки", или зеленым первогодком, на тебя воздействуют одни и те же законы человеческого поведения. Первая неделя пребывания в зоне боевых действий у всех вызывает состояние оглушенности с резким снижением восприятия окружающей среды. Оно и понятно: ритм жизни полностью меняется, и в эту неделю организм приспосабливается к новой обстановке. Опытным бойцам, конечно, легче "въезжать" в ситуацию, да и психически они крепче.

В течение следующего месяца - нормальное адаптированное существование: человек втянулся в ситуацию и все происходящее вокруг воспринимает как норму. Так продолжается довольно долго, но к исходу второго месяца у тех, кто природой менее приспособлен к жизни на войне, начинают проявляться симптомы усталости. Развивается хроническое утомление. Далее - по нарастающей. Кто-то выдержит 4 месяца, кто-то, если раньше не попадет в разряд "груза 300" (раненые) или "груза 200" (убитые), продержится полгода. В конечном итоге заморить можно даже самого здорового бойца элитных подразделений. Все будет зависеть от времени пребывания и тяжести ситуации. Кстати, самые тяжелые для психического (да и для физического) здоровья - это боевые действия в городе и в горах.

И мировой опыт, и наш собственный говорит о том, что через 2 месяца на передовой солдат должен быть отправлен в тыл для отдыха. В противном случае боец может предпринять попытку самоубийства или начнет стрелять во все, что шевелится. Известный случай, когда солдаты открыли огонь из-за того, что в ларьке им не продали водку, - типичный нервный срыв, которым обычно заканчивается длительное пребывание в стрессовых условиях. Избежать стресса солдат не может, поэтому его приходится подавлять. Напряжение нарастает, уровень тревоги становится непереносимым... Обычно срыв проявляется в виде агрессии, направленной или на окружающую среду, или на себя - самоубийство.

И ведь вот что обидно: военным психиатрам все это известно достаточно давно, так что никакого секрета тут нет. Если бы только у нас кто-нибудь этим серьезно занимался непосредственно в войсках...

За что воюем?

ТО, ЧТО способствует нормальной жизни солдата в ненормальных условиях войны, известно давно. Это четкое руководство, забота о личном составе, нормальные бытовые условия, уверенность в медицинской помощи, хорошо налаженная связь с домом и, естественно, товарищеские отношения внутри коллектива. Не способствуют адаптации отсутствие всего вышеперечисленного и еще один моральный фактор: отсутствие ясных целей войны. То есть, когда каждый солдат четко представляет, ради чего он подставляет голову под пули, он какое-то время сможет перетерпеть холодный ночлег и отсутствие писем из дома. Но если об истинных целях войны можно только догадываться, все это приобретает решающее значение. Если представить себе человека, готового умереть за Родину, можно, то кто согласен идти на смерть за некий абстрактный "конституционный порядок"?..

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно