Примерное время чтения: 11 минут
631

Доктор Бранд - выраженный фаталист

Яков БРАНД - во всех отношениях личность весьма заметная.

И, кроме того, очень разносторонняя.

Поэтому сказать однозначно, кто он, нельзя. Хирург-кардиолог, ведущий научный

сотрудник отделения сердечно-сосудистой хирургии Российского кардиологического

научно-производственного комплекса, доктор медицинских наук?

Популярный телеведущий? Киноактер? Сюда же смело можно добавить: путешественник, автомобилист, охотник, кулинар, любитель хороших напитков. И, конечно, красивых женщин.

ПО ГОРОСКОПУ - Телец, в душе - выраженный фаталист, сочетающий в себе здоровый риск со спортивным интересом. Отсюда любовь к перемене мест и видов деятельности. Но при этом одно категоричное условие, "установка" самому себе: подходить ответственно к любому начатому делу. Наверное, именно поэтому появившаяся на телевизионных экранах в конце прошлого года авторская программа "Без рецепта" за столь короткий срок завоевала огромную зрительскую популярность. А может быть, еще и потому, что доктор Бранд знает, о чем говорит.

Стрелять - так стрелять...

- Яков Бениаминович, то, что вам удается делать хорошо, - очевидно. А есть ли на свете вещи, которые вы бы делали не так хорошо?

- Наверное, есть. Но все-таки я предпочитаю заниматься тем, чем умею, что у меня получается неплохо, по крайней мере, не хуже, чем у кого-то другого. Или тем, что мне нравится, что мне близко. Например, люблю готовить и делаю это с удовольствием, зато не умею играть на трубе - но мне этого и не надо.

Хотя... Может быть, я не очень хороший семьянин...

- В таком случае давайте поподробнее о том, что у вас получается.

- Думаю, что прежде всего я неплохой врач, хирург и, кроме того, умею неплохо готовить. Не подумайте, что это самореклама, - просто так считают те, кто пробовал мои блюда. Когда я нахожусь дома в ожидании гостей, подхожу к этому мероприятию с максимальной ответственностью. Пытаюсь в каждое из блюд вложить душу, немного приправляю фантазией и подаю с искренностью. Говорят, получается вкусно... А когда я один, не готовлю - скучно и неинтересно, получается замкнутый круг. В таких случаях лучше уж наведаться в ресторацию или, по крайней мере, обойтись парой бутербродов.

- Доктор, а не вредно ли "обходиться парой бутербродов"?

- Вредно, естественно. А что не вредно? Конечно, всегда предпочтительнее горячий обед, обязательно с первым блюдом, но современный темп жизни, обстоятельства навязывают нам обратное. И потом, я не хотел бы заниматься ханжеством, распространяясь о том, как отрицательно это может отразиться на здоровье. Уверяю вас, кирпич, упавший с крыши на голову, не менее сильно "отразится" на здоровье.

- Слышал, вы страстный охотник. Как вам, врачу, призванному спасать жизни, удается сочетать в себе противоположное - стрелять в птиц и зверюшек?

- Мне интересен сам процесс охоты, я бы даже сказал, обряд. Любовь к этому "виду деятельности" мне привил мой близкий друг профессор Давыдов. Так получилось, что по характеру я скорее охотник, нежели рыболов, готовый часами сидеть с удочкой и ждать: клюнет - не клюнет. Охота - это поиск, это самореализация личностных качеств, потребность в активных действиях. Меткий выстрел - логическое завершение любой охоты. Такова природа, и она диктует свои законы. А мужик по природе - добытчик.

Если не могу, то не берусь

- Яков Бениаминович, представляю, как вам надоели все эти разговоры про телевидение. Но большинство знает вас не иначе как автора и ведущего телепрограммы...

- Ну, во-первых, я не совсем автор; выпуск телепередачи - это труд большого числа людей. Команды, как сейчас принято говорить, где каждый участник отвечает за свой этап работы. Моя функция как врача заключается в том, чтобы с точки зрения медицины все соответствовало истине, а как ведущего - чтобы зритель, видя по телевизору мои очертания, не стремился его выключить или переключить на другую программу. Так что я удачно вписался в телеэкран только благодаря всей телевизионной команде, замечательным людям, с которыми меня свела судьба. Над передачей я работаю бок о бок с восхитительными авторами, великолепным режиссером, очаровательным шеф-редактором, потрясающими директорами и ассистентами.

- Судя по этим эпитетам, все они к тому же симпатичные женщины?

- В отличие от многих мужчин на телевидении я придерживаюсь нормальной сексуальной ориентации, поэтому в мужской части нашей группы вижу только хороших людей, профессионалов, но не более.

- Всю сознательную жизнь вы посвятили медицине, участвовали в "громких" операциях, накопили огромный опыт по части лечения людей. И среди специалистов ваше имя широко известно. Возникает вопрос: если не жажда славы, что же тогда сподвигло вас стать телеведущим - личные амбиции, может, меркантильный интерес или что-нибудь еще?

- Интерес? Конечно. Но не меркантильный, а чисто спортивный: справлюсь или нет? Когда шаг сделан и обратной дороги нет, приходится ставить себя в определенные рамки, в колею, выйти из которой уже нельзя, иначе - провал. С одной стороны, я - действительно ярко выраженный фаталист, иначе бы никогда не шел на риск, но с другой - если чувствую, что с чем-то не смогу справиться, просто не буду за это браться. К примеру, ни разу в жизни не пытался бросить курить, потому что не был уверен, что смогу выполнить эту задачу до конца.

А что касается денег, уверяю вас, работа на телевидении не способна удовлетворить и малой части моих бытовых запросов.

- Сколько же, извините, вам нужно?

- Ну... Я думаю, несколько миллионов долларов меня бы устроили, однако пока никто не дает...

Вообще все в моей жизни складывалось из случайностей. В детстве занимался в кукольном театре, затем закончил театральную студию и в свое время даже мечтал поступить во ВГИК. Многолетний перерыв. И уже потом, через много лет - в начале 90-х годов - снялся в художественном фильме "Звездный дождь, или Ничего не случилось". Там я сыграл роль мафиози Бори Цыгана - любовника Галины Брежневой. Но поскольку процесс съемок мне не понравился, думал, на этом моя актерская карьера закончится...

В стенах нашего кардиоцентра во время небезызвестной операции съемочная группа "НТВ" снимала фильм под названием: "Сердце Ельцина". Телевизионщики брали интервью у всей операционной бригады, у персонала клиники. Как участник операции в кадр попал и я - уж не знаю, чем я приглянулся авторам фильма, но впоследствии у них родилась идея: сделать медицинскую передачу и пригласить меня в качестве ведущего. Поначалу я долго сомневался: стоит ли мне, кардиохирургу, ведущему научному сотруднику, становиться ведущим массовой программы? Но потом подумал: "Собственно, почему бы и нет? Я - врач и смогу рассказать телезрителям о болезнях лучше, нежели профессиональный шоумен".

- Вы приглашаете в студию профессионалов, компетентных в том или ином вопросе; самолично не загружаете публику заумной медицинской терминологией, и у вас все в порядке с юмором. А когда мой ребенок видит вашего мультяшного двойника, спрашивает: "Как его зовут?"

- Что же, вполне логичный и серьезный вопрос. Каждый мультипликационный персонаж имеет имя собственное. Есть имя и у моего героя: "Брандик". Брандик - Бранд...

Он позволяет себе сказануть такое, чего не смог бы сказать я; он - как бы мое второе "я", причем не лучшая его сторона, но при всем при этом - мой друг и помощник.

От Одессы до Москвы

- Не жалеете, что не стали профессиональным журналистом?

- Абсолютно не жалею. Мои родители - врачи, старшая сестра - тоже врач. Кем я еще мог стать? Помню, когда отец или мама шли на дежурство, брали маленького меня с собой. До сих пор в памяти те больничные коридоры, больные в полосатых пижамах, запах эфира...

И хотя родом я из Одессы, детство проходило сначала на Дальнем Востоке, потом в Поволжье. Отец работал в военном госпитале, так что нашей семье пришлось в свое время изрядно поколесить по стране. В Одессу мы вернулись, когда мне было 13 лет, и годы юности прошли уже там - вплоть до поступления в Кемеровский мединститут.

- Неужели ничего не нашлось поближе?

- Тогда система образования Украины негласно была ориентирована на подготовку национальных кадров. А поскольку фамилия моя не самая украинская, так, очень по-дружески, мне намекнули, что лучше поучиться в каком-нибудь другом месте.

- И это в Одессе, скажем так, - не самом украинском городе?

- Одесса как часть государства не являлась исключением. Но после двух лет, проведенных в Сибири, и после первой женитьбы я вернулся в родной город и заканчивал уже Одесский медицинский институт. Увы, сейчас этот город сильно изменился: исчез неповторимый одесский дух, да и контингент самих одесситов уже не тот. Из Дерибасовской, к примеру, сделали маленький филиал Парижа - столики летних кафе и прочее. Красиво. Но это не та Одесса. Я знал и любил ее другой: своих друзей, соседей, учителей, старые дворы с одесскими бабушками, готовыми часами обсуждать всех и вся. Замечал, такие перемены иногда происходят и в людях...

В принципе я ни о чем не жалею, судьба ко мне благосклонна (тьфу-тьфу-тьфу...). Около двадцати лет живу в Москве и чувствую себя уютно.

- А как оказались в Москве?

- После неудачного распределения пришлось очень постараться, чтобы трудиться по специальности: сначала работал хирургом в Николаевской больнице "скорой помощи". Жил в деревне. Уже позже женился второй раз и переехал в Москву. Устроиться в Первопрестольной в те годы было ох как проблематично - на каждом шагу ставились бюрократические препоны, преодолевать которые мне помогали друзья. Один из них, мой "московский папа" - журналист Юрий Вячеславович Зодиев, занимавший в то время солидную должность: руководитель отдела международных связей в АПН.

В Москве мне посчастливилось попасть в коллектив отделения экстренной микрохирургии 51-й горбольницы, известного своими специалистами и научными достижениями. Там у меня появилась возможность заниматься именно тем, к чему я стремился.

- Вы оказались там по блату?

- Если по блату можно устроиться в угольный забой, считайте, что по блату. Когда я пришел в Минздрав на перераспределение, чиновники, услышав мою просьбу направить меня в это отделение, радостно потерли руки и дали "добро". Дело в том, что, кроме таких, как я, - молодых энтузиастов-романтиков, туда никто особенно не рвался.

- Существует ли рецепт успеха?

- Я же рецептов не даю. Просто судьба моя насыщена интересными случайностями. Надо только в нужное время оказаться в нужном месте. И обязательно с хорошими людьми, а с ними мне везло. Может быть, поэтому везло и на события. Под руководством моего учителя профессора Акчурина в начале 80-х была произведена реплантация (восстановление полностью оторванных конечностей. - М. Т.) ног попавшей под сенокосилку литовской девочке Расе, в которой ваш покорный слуга принимал участие, а также многие другие, включая реплантацию вместе с доктором Ширяевым пальцев руки мальчику Роме из Молдавии и, конечно, аортокоронарное шунтирование Борису Ельцину в его бытность президентом.

- Яков Бениаминович, я часто замечал, что среди ваших коллег, особенно известных хирургов, много людей далеко не атлетической, даже внушительной комплекции. Все они - классные специалисты, но при этом в большинстве своем курят и не прочь в меру выпить. Первое: не мешают ли выполнению операции толстые пальцы рук? И второе: разве все эти качества сопоставимы со здоровым образом жизни?

- На мой взгляд, толстые и короткие пальцы не только не мешают хирургу, а наоборот - очень помогают в работе: чем короче рычаг, тем точнее движения. И это, кстати, не только в медицине - посмотрите на руки пианиста Петрова.

А про здоровый образ жизни - давайте лет так через 50; я же фаталист.

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно