Примерное время чтения: 6 минут
220

...А нам остались их письма

cЧерез воспоминания фронтовых товарищей. И даже в кинофильмах про войну, которые крутили в сельском клубе, я узнавал и открывал его. Доброго, улыбчивого, готового прийти на помощь, влюблённого в жизнь, Родину и женщину, самоотверженного, умеющего преодолевать любые трудности, не сомневающегося, не просящего о снисхождении. Узнавал и гордился, что у меня был такой отец.

Много позже я сделал настоящее открытие: почти все они - люди этого поколения - такие! Готовые на подвиг, готовые отдать всё - даже жизнь - ради Отечества, ради будущего своих детей и светлой идеи, в которую искренне верили. Довольствуясь при этом самым малым. Обрекая себя на лишения и страдания.

Братскую могилу, в которой покоятся останки моего отца, нашёл в приграничной полосе в ста километрах от Кандалакши заместитель мурманского губернатора Лёшка Барабанов (мы вместе учились в Ленинградском университете), по моим всегдашним представлениям, - большой счастливчик: учился и был под отцовской опекой - проректора университета по научной работе, знаменитого учёного-геолога, автора работ о генезисе месторождений, в которого безнадёжно влюблялись студентки.

Мы стояли молча у памятника, потом я спросил Алексея:

- Как здоровье твоего отца?

И услышал в ответ:

- Он умер. Ты же знаешь - без ноги, без руки, да и другие раны мучили его страшно...

Я не знал этого! Профессор Барабанов, как, впрочем, и другие преподаватели, вернувшиеся с фронтов Великой Отечественной войны, держался великолепно, не позволял себе даже намёка на какие-то поблажки, учитывающие последствия тяжёлого ранения и наличие двух протезов - и походка, и осанка, и манеры, - хотелось подражать и хотя бы чуть-чуть самому быть похожим...

Алексей дал почитать дневник своего отца:

"...Очнувшись после наркоза, я с удовольствием обнаружил себя в светлой комнате, лежащим на удобной кровати, накрытым чистым бельём и тёплым одеялом. Рядом на стуле сидела молодая женщина в белом халате. Увидев, что я открыл глаза, она положила мне руку на лоб и добрым ласковым голосом, предупреждая мои вопросы, начала разговор:

- Не волнуйтесь, не волнуйтесь. Всё будет хорошо. Операция прошла успешно. Вы прекрасно сможете работать председателем колхоза...

Я опешил.

- Что же произошло? Я вижу, слышу, у меня ничего не болит. Почему же вы меня пугаете колхозом?

Женщина в халате, а это была оперировавшая меня врач Ася Моисеевна Азбель, волнуясь, объяснила мне, что у меня ампутированы правая рука и левая нога... "А боль появится, как только пройдёт наркоз. Но мы её облегчим..." - успокаивала она меня.

Да! Было над чем задуматься... Геолог-геохимик в 24 года без руки и без ноги. Как жить-то?"

Этот вопрос старший Барабанов задал себе. Потом были многочисленные экспедиции на Урал, в Хибины, в Восточное Забайкалье, на Дальний Восток, в Казахстан, Приладожье, выдающиеся работы в геохимии и экологии, сотни талантливых учеников, создание научных направлений и открытий. И любовь к женщине, медицинской сестре госпиталя, которую он пронёс как святыню через полвека своей жизни. И дети - дети своего отца...

***

МОЯ БАБУШКА (мамина мама), Александра Ефимовна, умерла, когда я только поступил в свой первый вуз - это был МВТУ им. Баумана. Но я почти год не знал о её смерти, потому что регулярно получал от неё письма-наставления. Услышав от врачей диагноз-приговор, бабушка подготовила заранее свои послания, которые мне отправляла её сноха Нюра.

Раковая опухоль настигла мою бабушку в молодом возрасте, немногим больше шестидесяти ей исполнилось. Дед умер, надорвавшись на лесозаготовках, во второй год войны. И она одна выхаживала после ранений двух старших сыновей, растила троих младших, опекала после родов мою маму.

Она работала на маслозаводе. Дядя Борис после госпиталя сильно ослаб физически, и бабушка решилась на страшный грех - возвращаясь с работы, спрятала кусок сливочного масла под кофту. Между заводом и её домом было большое картофельное поле, по одной стороне его она спешила к сыну, а с другой стороны её вдруг окликнули по имени. Она обмерла - там стоял деревенский участковый.

Он хорошо к ней относился, более того, в деревне судачили, что неравнодушен был к ней. Но тот страх, великая растерянность, пронзительная сердечная боль, которые её охватили, превратили в немощную статую, были настолько велики, что она стала терять сознание. Участковый ринулся к ней через поле, помог дойти до дома, где ждали дети и раненый дядя Борис...

Бабушка не смогла забыть свой грех и унижение, которые испытала, до конца жизни. Участкового всегда обходила стороной. Плача, рассказала всю эту историю в драматических деталях, когда мне только исполнилось десять лет. Зачем, казалось бы...

Она (первая! Потом я отыскал фронтовых друзей отца) рассказала мне о моём отце, с которым виделась всего-то дважды. Рассказала с великой точностью в оценках его характера, внешности, поступков. Любовь к Родине, доброта и образованность - это прежде всего открыла бабушка в моём отце для меня, и я нашёл подтверждение этому, когда мне позволили читать его письма с фронта.

Только сейчас я понимаю до конца значимость того, что бабушка для меня сделала. Конечно, были потом и школа, и комсомол, и мама, и огромное количество встреченных в жизни людей, и собственная семья. Но уроки бабушки оказались главными...

Они, наши бабушки и дедушки, папы и мамы, не стремились из своей жизни делать школу для нас! Они просто жили, трудились во имя Отечества ("жила бы страна родная!"), заботились, как могли, о нас, любили беззаветно. Они жили во всю широту своей бесконечно доброй и щедрой души!

А нам остались их письма.

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно