Примерное время чтения: 5 минут
1535

Шведы не знают, что такое "шведская семья"

"В ГОРОДЕ Стокгольме, на самой обыкновенной улице, в самом обыкновенном доме живет самая обыкновенная шведская семья по фамилии Свантесон. Семья эта состоит из самого обыкновенного папы, самой обыкновенной мамы и трех самых обыкновенных ребят - Боссе, Бетан и Малыша".
Астрид Линдгрен,
"Карлсон, который живет на крыше"

КТО придумал, будто шведские семьи - это когда при одном муже две жены или при двух мужьях - одна жена, или семья из двух мужей и двух жен, все живут вместе и дети общие? Я спрашивал шведов, и они удивленно вскидывали брови, хмурились, переспрашивали, не понимая, а потом смеялись: "Это в России так про нас говорят? Ну и ну... Конечно, у мужа может иметься любовница, а у жены - любовник. Но чтобы семьей... и чтобы это считалось привычным делом и не осуждалось обществом - такого не бывает. Группенсекс - бывает. Но, насколько нам известно, это есть и у вас. С таким же успехом можно сказать "американская", "голландская", "французская" семья. Конечно, лет 30 назад то, что вы имеете в виду, может, и было в моде, но сейчас - исключено."

Вместе - дружная коммуна

ВПРОЧЕМ, раскрепощенная и незакомплексованная Швеция во все времена отличалась свободой нравов и демократичностью во взаимоотношениях полов. С высокой степенью уверенности шведов можно назвать пионерами европейской сексуальной революции. Масла в огонь подлил вышедший в 60-х годах шведский фильм "Желтое любопытство", пестревший откровенными эротическими сценами.

Недавно скандальный режиссер Лукас Мудиссон, главная надежда современного шведского кино, решил обратить свой взор на эпоху 70-х и рассказать о некой коммуне под названием "Вместе". Швеция, середина 1970-х. Десять лет сексуальной свободы заметно отразились на эволюции нравов в стране, "изнасилованной" экономическим чудом. Мудиссона можно было бы обвинить если не в эпигонстве, то во всяком случае во вторичности, ведь всего двумя годами ранее Ларс фон Триер снял "Идиотов" и, что называется, закрыл тему. Однако швед в отличие от датчанина избрал совсем другую интонацию, предложив вместо радикального экстремизма сентиментальный пастиш, ностальгирующий по безрассудству и обретению нового необычного опыта.

Побитая мужем жена перебирается с двумя детьми в дом к брату, который приютил в своем двухэтажном особняке хиппующую коммуну, уже только одним своим общинным образом жизни протестующую против буржуазной морали и как бы ведущую своеобразную классовую борьбу. Здесь могут долго ссориться из-за необходимости мыть за собой посуду, но быть солидарными при сообщении о смерти испанского диктатора Франко. Тут могут дискутировать в обнаженном виде, не стесняясь ни детей, ни друг друга. Коммунары принципиально отказываются иметь телевизор, не покупают детям рождественских подарков, но при этом в случае необходимости они готовы уступить товарищу-пролетарию собственную подругу; месяцами способны блюсти пост, но при этом не брезгуют однополыми связями... Такая противоестественная жизнь "либеральной секты" с ее противоречивыми установками становится для некоторых настоящим испытанием. Кто-то съезжает, отправляясь в другую коммуну, а кто-то не выдерживает гнета собственного либерализма, вышвыривая на улицу не на шутку увлекшуюся любовными похождениями гражданскую жену. Однако дети цветов не превращаются в цветы зла. Спор между идейными догмами и житейскими ценностями заканчивается торжеством последних. Постепенно хиппующие бездельники становятся людьми.

Ситуация, отраженная в фильме, хоть и укоренена в социальной традиции, но Мудиссон ухитряется найти такую интонацию, что кажется, будто смотришь чистую комедию. Сегодняшние дети-прагматики победившей буржуазии, скорее всего, как раз и будут воспринимать "Вместе" как чисто жанровый опус, не относясь серьезно к закидонам "семидесяхнутых", искавших в том числе и новой любви, но тогда еще не знавших, что она не бывает левее сердца.

Что считать свободой

ИЗВЕСТНЫЙ шведский журналист Пер Далберг, работающий на "Радио Швеции", поведал о своем опыте проживания в такой коммуне.

- В Швеции действительно нет такого устоявшегося понятия, как "шведская семья" - в том смысле, который вы подразумеваете. В 50-е годы существовало обозначение "женат или замужем по-стокгольмски". Тогда люди жили вместе, не расписываясь, и это не считалось официальным браком. Далее, в 60-70-е годы, "левые", тесно связанные с движением хиппи, внесли новый оттенок в так называемое совместное проживание. Они искали альтернативу нормальной гармоничной семье. Это было "красное" социалистически-коммунистическое движение, в то время очень популярное не только в Европе и Скандинавии. Прямой вызов ячейке буржуазного общества и его благополучию - нормальной семье, где папа - глава, то есть так называемому патриархату. Мы были в то время детьми, подростками, и даже в школе это влияние было заметно. Почти все, что было мужским, - считалось негативным, над мужским началом смеялись, издевались. Кстати, многие из моих друзей узнали себя и свое детство в фильме "Вместе". Я тоже жил в коллективе или коммуне, называйте как хотите. Это было в городе Карлстад. Мы спали вместе на одной кровати, хотя каждый имел свою комнату. И, естественно, ничего странного, если я "был" в понедельник с Сусси, а во вторник с Анной. Главное - обоюдное желание.

Мы питались кашами, недорогой пищей, не хотели работать, жили на социальное пособие, у нас даже был свой автомобиль "Форд". Это считалось "Свободой". Неизбежный побочный эффект - буйный расцвет венерических заболеваний в то время. Многих одно это разом вернуло в "нормальное русло". Еще одна деталь, круто повлиявшая впоследствии на возврат к патриархальности семьи, - несколько другая свобода, экономическая: введение в середине 80-х оплачиваемых страховкой свободных рабочих дней по уходу за ребенком для отца. Три месяца для папы, при этом нас еще и активно призывали воспользоваться этой возможностью. Постепенно уравнивание прав женщины и мужчины в Швеции пошло именно таким курсом, чтобы оба могли и работать, и детям внимание уделять.

А вообще было бы интересно пожить в семье, например, с шестью "тетками". Я мог бы попробовать ненадолго, может, кто-то предложит...

Мифы и факты о "шведской семье" собрал
Виталий РАХЛЕНКО,
глава самого обычного семейства, проживающего в самом обычном шведском городе Гетеборге, примерный отец маленькой дочери. Кстати, дети в Швеции занимают особое место, причем на "государственном уровне". Об этом - в следующем номере.

Оцените материал

Также вам может быть интересно